Порочный

12

Майя

По телу устремляется жар, сознание заволакивает туманом, и я едва не оседаю на пол, потому что мои колени становятся слабыми и неустойчивыми, словно желе.

Губы Германа не жалеют мои. Он целует властно, собственнически, так, словно ему и не нужно моё позволение.

А ведь он и правда считает, что ему не нужно. Он просто берёт, что хочет и совершенно не скрывает это.

Внедряется языком в мой рот, демонстрируя нарочитую власть. Его пальцы сжимаются в моих волосах, удерживая голову запрокинутой и пресекая любую попытку сопротивления. И нет, мне совсем не больно. Физически не больно. Но морально это уничтожает.

Я пытаюсь вырваться, пытаюсь оттолкнуть его, но удаётся это мне лишь тогда, когда он решает, что можно. Сердце бьётся навылет, кровь в висках пульсирует с такой силой, что даже гул клубных басов смазывается и притупляется для восприятия.

— Да какого грёбанного черта?! — кричу я, но музыка глушит, и даже танцующие рядом люди словно не слышат.

— Ого. — Ублюдок хватает меня за шею, фиксируя ладонь сзади, и резко притягивает к себе. — А твой рот может быть таким грязным, маленький Котёнок? Это ведь хорошо, это провоцирует во мне желание затолкать в него не только язык.

В ноги ударяет жар, а по плечам наоборот пробегает озноб. Его отвратительные пошлые угрозы пугают. И самое страшное, что сомнений у меня относительно того, что он способен на что угодно, совершенно нет.

— Отпусти! — Снова предпринимаю попытку вырваться из его лап, но Герману моя мышиная возня нипочём, он даже не замечает моих усилий. Просто перехватывает меня под локоть и тащит из гущи людей куда-то.

Внутри всё скручивает от ужаса. В отличие от университета, и даже того долбанного бара, тут, за басами и вспышками, мои крики точно никто не услышит.

Герман тащит меня к выходу. Это ничем не лучше! Я едва успеваю перебирать ногами, не то чтобы упираться.

— Номерок гардероба давай, — бросает, когда выволакивает меня из основного зала.

— Я с тобой никуда не пойду!

— Ладно, пойдёшь без куртки, — пожимает плечами и продолжает бесцеремонно тащить меня к выходу. И никому и дела нет! Ни администратору, ни охране!

— Стой! Вот, — выдёргиваю из заднего кармана джинсов номерок.

Герман притормаживает, забирает его, а потом бросает охраннику. Тот молча, словно ничего странного тут и не происходит, идёт к гардеробу и передаёт администратору, а тот через минуту выносит моё пальто. Его забирает Герман, встряхивает и распахивает, чтобы я могла одеться.

Надо же, какой галантный.

Я просовываю дрожащие руки в рукава, не сразу попав правой, а потом он набрасывает пальто мне на плечи.

— Идём, — берёт за руку и увлекает за собой.

Мы выходим на улицу, и я всё же предпринимаю ещё одну попытку остановить его.

— Герман, куда ты меня ведёшь? — пытаюсь говорить так, чтобы голос не дрожал, но это невероятно сложно. — Я не хочу идти с тобой.

Он останавливается и разворачивается ко мне, не выпуская мою ладонь из своей. Я в очередной раз поражаюсь тому, насколько он высокий и массивный. Он во всём такой — монументальный, подавляющий. У него и рост высокий, и плечи широкие, и черты лица крупные. Он не похож на медведя, нет, он напоминает мне льва. И контрастом бьёт то, что где ожидаешь благородства — видишь скорее порочность и какую-то царственную жестокость.

Мне кажется, он сейчас схватит меня за шкирку и просто потащит дальше, но он внезапно выдыхает, будто это я достала его своими глупыми вопросами, а не он преследует меня.

— В машину. — У меня всё сжимается от ужаса, стоит только подумать, зачем ему это и что он собирается со мной делать. — Пообщаемся.

— Я не хочу, — мотаю головой и делаю шаг назад. — Мне вообще домой пора. Отпусти меня. Пожалуйста…

Последнее слово получается отвратительно умоляюще. Но я уже не выдерживаю его напора. Я боюсь его и хочу, чтобы он прекратил преследовать меня.

— А если нет? — выгибает бровь, складывая руки на груди.

— Герман, это уже не смешно. Перестань меня преследовать, пожалуйста. Меня это пугает.

Ощущение, что мои слова, словно горошины, просто отскакивают от него. Герман чуть склоняет голову на бок и прищуривается, ему явно пришла какая-то идея в голову, и я более чем уверена, что ничем хорошим лично для меня она не станет.

— Что ты делала у Триполина?

Этот вопрос ставит меня в тупик — настолько неожиданным оказывается.

— В смысле у Дмитрия Анатольевича? — Моргаю растерянно. — Я с ним курсовую пишу. А тебе какое дело?

— Этот ящер берёт на курсак или по большой просьбе или реально умных. Ты из каких?

О Господи, вот так постановка вопроса. Но я всё ещё не понимаю, к чему он вообще спрашивает об этом. Где, блин, логика в его словах и действиях?

— Ну, просить за меня некому, — хмыкаю. — Тебе-то что?

— Идём. — Он снова хватает меня за руку. — Поговорить надо.

Герман тащит меня за собой снова, и я опять задыхаюсь от страха перед тем, что же он задумал. Отвлёк странными вопросами и вернулся к тому, с чего начал.

— Садись, — открывает пассажирскую переднюю дверь и кивает на сиденье, а потом заталкивает внутрь, надавив на плечо, когда я торможу, понимая, что если сяду в его машину, мне уже никто не поможет, что бы Герман не решил сделать.

Вздрагиваю, когда дверь захлопывается, и прежде чем успеваю подумать, что ещё могу попытаться выскочить из машины, Герман садится на водительское и блокирует замки.

__________________

Друзья, на мой роман "Отмороженный" открыта подписка по минимально стоимости. А в первые дни ещё можно приобрести со скидкой - за 132 р.

https:// /shrt/3ir8

? молодёжка 18+, СЛР

? эротика

? дарк романс, дарк академия

? остросюжетный любовный роман

Героиня лапочка, но не ромашка (что бы там её сводный братец не говорил).

Герой не ублюдочный, но опасный бэд бой.

#сводные

#от ненависти до любви

#тронешь её — и ты труп. Но мне можно

#элитный колледж

#тайное общество

#буллинг и вынужденные отношения

?АННОТАЦИЯ?

— Я могу дать тебе защиту, а могу уничтожить, Ромашка. Здесь ты полностью зависишь от меня.

— Да кем ты себя возомнил? — мне хочется отодвинуться от него, но некуда — Стас припёр меня к стене.

— Тем, перед кем ты скоро будешь стоять на коленях, умоляя о пощаде.