Страница 55 из 77
Глава 19
Белозёров посмотрел на городовых, которые выносили тело покойного купца Шилова, и стал помогать Лужину снимать отпечатки с прислуги. Через тридцать минут они полностью закончили.
Судебный следователь Рябинин заполнил протоколы, ознакомил с ними понятых и дал расписаться.
— Понятые свободны, можете идти, — махнул рукой Рябинин в сторону двери. Понятые раскланялись и быстрым шагом покинули гостиную.
— Я тогда тоже поеду, Аристарх Платонович, — к Рябинину подошёл Лужин. — Я вам тут более не нужен. А в лаборатории сразу начну снимки проявлять.
— Хорошо, Пётр Степанович. И сделайте тогда сравнения отпечатков прислуги и дочери купца с теми, что мы обнаружили. Особенно с отпечатками ладоней на стекле, — попросил Рябинин.
— Всё сделаю. Василий, помоги до пролётки всё донести, — Лужин взял штатив с камерой и саквояж.
Белозёров забрал ящик с пластинами и пошёл за фотографом.
— Что‑то тут не сходится, — уже возле пролётки сказал Василий.
— Что именно? — Лужин поставил саквояж на лавку пролётки и аккуратно уложил штатив и камеру.
— Зачем дочке купца убивать отца? Кроме неё у купца никого нет. Всё наследство и так ей достанется, — сказал Белозёров.
— Так, может, дело не в наследстве? — предположил Пётр Степанович.
Василий молчал, задумчиво смотря на дом купца. Потом снова посмотрел на Лужина:
— Пётр Степанович, сравните в первую очередь отпечатки ладоней со стекла и отпечатки кухарки.
— Хорошо, Василий. А почему именно кухарки? — поинтересовался Лужин, садясь в пролётку.
— Пока не знаю. Но прошу, сделайте это в первую очередь, — ответил Белозёров.
— Сделаю, Василий, — Лужин уже хотел сказать извозчику ехать, но Белозёров задал вопрос:
— Пётр Степанович, а каким образом можно узнать фамилию врача, который принимал роды у купчихи?
Лужин задумался буквально на пару секунд:
— Должно быть медицинское свидетельство о рождении. Его заполняет врач или акушерка. Там фиксируют факт рождения, данные матери и сведения о том, кто принимал роды. На основании него потом в церкви метрику делают. Вот там и будет фамилия врача или акушерки.
— Спасибо, Пётр Степанович, вы мне очень помогли, — Василий развернулся и быстро пошёл к дому.
В гостиной, кроме Рябинина и дочки Шилова, никого не было. Василий вошёл и сел на свободный стул.
— Сейчас дождёмся Фёдора Емельяновича и тоже поедем, — судебный следователь посмотрел на Василия.
— Хорошо, Аристарх Платонович, — Белозёров кивнул и, посмотрев на дочь купца, спросил:
— Анастасия Наумовна, а у вас медицинское свидетельство о рождении есть?
Девушка задумалась, потом посмотрела на дверь в кабинет отца:
— Надо посмотреть в документах отца. Оно раньше там было. Он мне показывал.
— Если вам не сложно, можете принести? — попросил Белозёров.
— Сейчас схожу, — девушка встала и направилась в кабинет.
— Зачем тебе медицинское свидетельство о рождении? — тут же спросил Рябинин, как только девушка вошла в кабинет и не могла его услышать.
— Хочу узнать фамилию врача, который принимал роды, — ответил Белозёров.
Судебный следователь нахмурился:
— Рассказывай всё.
— Чуть позже, Аристарх Платонович. Вон Анастасия уже возвращается, — Василий взглядом показал на девушку, которая вышла из кабинета, держа в руках документ.
Подойдя к столу, она протянула Василию своё медицинское свидетельство о рождении.
— Аристарх Платонович, можете записать фамилию врача? — попросил Белозёров.
Судебный следователь молча переписал данные и вернул документ девушке.
— Аристарх Платонович, предлагаю уже пойти и на улице дождаться Фёдора Емельяновича, — предложил Василий.
— Ты прав, засиделись мы. Анастасия Наумовна, мы сообщим вам, когда можно будет тело забрать, — Рябинин встал.
— Спасибо, Аристарх Платонович, — девушка тоже встала. — Я провожать вас не буду. Пойду к себе в комнату.
— До свидания, Анастасия Наумовна, — сказал Белозёров и вместе с Рябининым направился к выходу из дома.
Василий чувствовал на себе взгляд Рябинина, но молча шёл к воротам ограды. Не успели они выйти за ворота, как возле них остановилась пролётка.
— Аристарх Платонович, Василий, я поговорил с нотариусом… — сразу заговорил Румянцев.
Но Василий резко прервал его:
— Подождите, Фёдор Емельянович.
Белозёров подошёл к извозчику:
— Ты знаешь, где живёт врач по фамилии Ряжский?
— Знаю, ваше благородие. Только он помер недавно. Я как раз две недели назад купца Шилова из этого дома к нему возил поздно вечером, — ответил извозчик.
— А он один жил? — дрогнувшим голосом спросил Белозёров.
— Нет, у него жена и сын остались. Они так и живут в том доме. Минут двадцать до них ехать, — сказал извозчик.
— Едем, — Белозёров повернулся к Рябинину и Румянцеву, которые удивлённо смотрели на Василия. — Я всё расскажу по дороге.
Как только пролётка тронулась, Василий заговорил:
— Фёдор Емельянович, нотариус сказал вам, что Шилов собирался лишить свою дочь наследства? Может, передать кому-то или ещё что-то сделать?
Брови Румянцева поднялись от удивления:
— Да, он собирался всё своё имущество завещать на строительство церкви. Когда нотариус был у него, они обсуждали, как лучше составить бумагу. Его дочь не должна была ничего получить. Но купец умер, а завещание составлено не было. Теперь всё достанется ей.
Белозёров откинулся на спинку лавки:
— Если мы получим подтверждение в доме врача, то всё встанет на свои места.
— Василий, — не выдержал судебный следователь, — ты обещал всё рассказать по дороге, но пока я не услышал от тебя ни слова. Кроме того, что ты каким-то образом узнал, что Шилов собирался лишить свою дочь наследства. А теперь мы едем к семье мёртвого врача.
— Сейчас всё расскажу, Аристарх Платонович. Дайте мне несколько секунд собраться с мыслями, — попросил Белозёров.
Он прикрыл глаза, посидел так несколько секунд и заговорил: