Страница 83 из 85
Глава 29 Финальный аккорд
Япония и правда оказалась совсем другой, чем в его мире. Может, только император прежний, потому что Ник как будто помнил, что его тоже звали Нарухито или как-то очень похоже. Перед поездкой он немного посвятил историей современной Японии, которая стала центром мировой роботизации и прогресса и держала эту планку последние лет сорок, но аниме-индустрия там была либо в зачаточном состоянии, либо её не появилось вообще в свете отсутствия определённых событий. Если уж говорить про «анимешек» с большими глазками, то к ним смело можно было относить русскую школу мультипликации*, хотя и без фанатизма, чтоб все как один. Но, например, мультсериал «Маша и Медведь» с большеглазой Машей точно создан, и Ник не видел каких-то сильных отличий героев относительно своей памяти. При этом мультсериал рвал все просмотры по всему миру, насколько он знал. Правда, в прошлом никогда не интересовался судьбой «Маши и Медведя» и не мог точно сказать, так же там или нет. В Японии, кстати, русские мультики очень любили. «Русьмультфильм» вообще был известен далеко за пределами Империи, а вот каких-то известных японских студий Ник особо на слуху припомнить не мог. И даже когда пробил самого известного мультипликатора «Миядзаки», имя которого отложилось ещё с прошлой жизни, нашел только художника-иллюстратора Хаяо Миядзаки. Известного в Японии, но не за её пределами.
Всё-таки принцип домино или какие-то там «эффекты бабочки» явно существовали.
Впрочем, Япония весной была очень красива и без аниме-культуры, даже как-то более сдержана и традиционна, что ли. К тому же в Токио к их приезду наступил пик цветения сакуры, словно вся страна готовилась именно к их прибытию.
Много людей по улицам ходило в традиционной японской одежде, и приставленный к их группе Такеда Кацуёри в своём чёрном кимоно с клановыми монами в виде ромбов пояснил, что это весной проходит что-то вроде фестивалей, когда в Японии принято носить традиционные одежды как мужчинам, так и женщинам. Это не обязательно, но почти все соблюдают такие правила. Японское общество в этом смысле было очень традиционным.
Кстати, стоило отдать должное команде «Сияния», они умудрились одеть всех девчонок очень по-женственному, во что-то напоминающее кимоно, а вот София, чтобы отдать дань уважения, надела наряд, который ей подарила японская делегация. Благо там был рисунок именно с сакурой, это вроде очень в тему местной сезонности, которую свято чтят. Впрочем, и местные магазины, которые во время этих своих фестивалей предлагали кимоно на любой тугой кошелёк, они немного обнесли.
Встречу с императором назначили на пятое апреля, видимо, чтобы поставить жирную точку в их поездке. Так что время у них имелось, и они успели провести съёмки под сенью стремительно облетающих сакур. Софию также уговорили сделать фотосессию для фанатов, сказав, что всё организуют, и хотя Ник подозревал какой-то подвох, но жене оказалось неудобно отказывать, к тому же это было полезно для продвижения бренда «Сияния», и она согласилась.
Оказалось, что это что-то с чем-то.
В Японии подобное действо, как потом объяснил им Кацуёри, давно поставлено на поток. Рядовой японец должен был купить билет на фотосессию к какой-то знаменитости. Постоять в очереди. Отдать билет, чтобы пройти через пропуск в особую фанатскую зону, сфотографироваться со звездой, поблагодарить, отчалить в течение пары минут, чтобы не задерживать остальных. С уплаченного билета государство забирало свой процент, остальное выплачивалось звезде. То есть в данном случае Софии. Она, по совету одного из пиар-менеджеров, официально передала заработанное на благотворительность. Причём японцы-организаторы ей сразу принесли список фондов, которые занимаются такими вещами, видимо, это всё тоже было в порядке вещей. София выбрала фонд помощи онкобольным детям. Её поблагодарили и раскланялись.
А потом бедная жена отрабатывала эту фотосессию.
Японцев, пожелавших с ней сфоткаться, оказалось огромное количество. Вежливая молчаливая очередь уходила вдоль улицы и пропадала за поворотом. Ладно ещё сами организаторы ограничили время и количество билетов, которые можно купить — видимо, они что-то знали про своих сограждан. Но по итогу, хотя ограничение «не более 10 000 билетов» поначалу всем им казалось чем-то даже смешным и нереальным, оказалось, что пять тысяч билетов распродали буквально за полчаса после объявления об их онлайн-продаже. А вторую половину «живых» билетов, которые надо покупать в специальных автоматах за наличку, раскупили за два часа, и то лишь потому, что это дольше, а автоматов по городу не так много.
При том, что некоторые покупатели фанатских билетов фоткались не по одному, а, например, вдвоём или втроём, всей семьёй, и сами фото были поставлены реально на поток — не более пары-тройки секунд на группу или одиночку, фотосессия заняла более десяти часов. Плюс там настолько всё продумано, что София по просьбе заранее сделала пару надписей, которые, как понял Ник, печатали поверх фото в качестве её автографа.
Десять часов жена практически без перерыва улыбалась, не ела, не пила, не ходила в туалет и потом, когда поток людей с билетами иссяк, практически без сил рухнула в его объятия. Ник дотащил Софию до их номера, благо фотосессия была прямо в холле отеля, где они остановились.
— Никаких больше фотосессий, — пролепетала София, когда пришла в себя и привела себя в порядок. — Я думала, упаду там в обморок.
— А прикинь, их звёзды соглашаются и на ограничение в двадцать тысяч фанатов… Это они там сутки стоят улыбаются, наверное.
— Ага, для книги рекордов Гиннесса явно, — рухнула на кровать София. — Монстры…
— Можно и мне фоточку? — не удержался от подколки Ник. Он прилёг рядом с Софией и сделал селфи. На кадре увидев, что жена уже спит.
Японские каникулы, несмотря на весь кипиш с фотосессией Софии, прошли очень хорошо и познавательно. До встречи с императором они ещё успели побывать в Киото, в парке у подножия горы Фудзи и целый день потратили в Токийском национальном музее, где Софию очень привлек корпус Хонкан, посвящённый японскому искусству. Ник там словил что-то вроде видений-дежавю, будто должны быть экспозиции, посвящённые аниме, а их просто не было.