Безнадежный

— Ладно. Да.

На этот раз его рука опускается у основания моей шеи, когда он уводит меня от реки, пальцы такие длинные, что они изгибаются по моему плечу и пылят по пульсовой точке на моем горле.

Я не могу не задаться вопросом, чувствует ли он, как ускоряется мой пульс, был ли это его обычный способ проверить или это была ошибка. У меня есть тонущее подозрение, что эта договоренность заставит меня слишком много думать о каждом маленьком прикосновении, каждом маленьком взгляде.

— Может, на этот раз я смогу сделать тебе чай.

Мой смех выходит немного пронзительным, его пальцы поглощают вибрацию в моей шее.

— Мне бы пригодилось что-то покрепче чая для этого разговора.

Его рука опускается, когда мы идем по тропинке вверх по набережной. Я так изголодалась по прикосновениям; Хотелось бы, чтобы он вернул его на место.

— Ну, это прекрасно. У меня в холодильнике есть пара бутылок пива, которые проигнорированы. На них твое имя.

Он ведет меня на холм, и я стараюсь не пялиться на его задницу. Но его широкие плечи не менее отвлекают. Они изгибаются под черным полиэстером любой спортивной рубашки, которую он носит, и сужаются к идеально узкой талии. Мои мысли перемещаются к тому, каково это — положить на них свои ноги, пока он уткнется головой мне между бедер. Каково это будет?

Я помню, как лунный свет освещал его голый торс той ночью. Это невозможно забыть. Интересно, насколько тяжелым будет его тело по сравнению с моим.

Каким будет скольжение кожи другого человека по моей.

Я прочищаю горло и качаю головой, прежде чем спросить:

— Ты совсем не пил? Даже дома?

— Нет. Теперь я пристрастился к ромашковому чаю.

Кажется, это вторжение — спрашивать, спит ли он, поэтому я не сплю. Плюс, учитывая, как мы встретились у реки посреди ночи, похоже, я могу сделать обоснованное предположение.

— Хм, — глупо отвечаю я, прежде чем добавить — Молодец.

— Да, ну, один человек, которого я уважаю, сказал мне, что я не могу продолжать пить так, как я пил.

Кожа на моей груди вибрирует от тяжелого удара моего сердца.

Он имеет в виду меня? Это могла быть только я.

— Она также сказала мне, что я опозорился, и назвала меня придурком.

Я не могу сдержать застенчивую улыбку, которая изгибается на моих губах.

— Ого. Она звучит действительно умно.

Как раз в тот момент, когда мы достигаем вершины насыпи, он оборачивается и оглядывается через плечо.

— Она так же красивая, — бормочет он, и золотое небо сияет вокруг его силуэта.

Он почти замораживает меня на месте этим маленьким дополнением, но я скрываю это и закатываю глаза с легким смехом.

— Милый. Очень милый. — Я нежно шлепаю его по плечу, чтобы снять напряжение, не желая слишком долго наслаждаться его мягкими словами.

Я напоминаю себе, что Бо старше и очарователен и скоро станет моим фальшивым женихом.

Он всегда был флиртом — выпендрёжником — и приятно взглянуть на эту его сторону. Приятно быть тем, кто может вызвать это в нём, но если я собираюсь довести это пари до конца, мне нужно будет постоянно напоминать себе, что мы притворяемся.

И что Итон не общаются с Дженсен.

— У тебя хороший дом. — Я кручу между ладонями бутылку холодного пива.

Честно говоря, я не любительница пива, но это похоже на ситуацию, когда нищим не приходится выбирать.

— Суперсовременно. — Я поворачиваю голову, оглядывая открытое пространство.

Если честно, ему это не подходит. Все острые углы и холодные материалы. Полированные бетонные полы. Странные деревянные балки в паре с серыми стенами. Большие окна от пола до потолка, выходящие на открытое пространство земли с одной стороны и на русло ручья с другой.

— Да. Выросши в том, что казалось горным домиком, я построил что-то немного другое. Меньше Дикого Запада и больше.. — Он пожимает плечами через стол, окуная свой чайный пакетик в дымящуюся кружку с водой.. снова и снова.

Это почти сексуально. Вдох, выдох. Вдох, выдох.

Эти фальшивые отношения будут мучительно долгими, если я даже не смогу справиться с тем, как этот мужчина обращается с чайным пакетиком.

Я облизываю губы, скрещиваю ноги и делаю большой глоток пива, внутренне ругая себя за то, чтобы взять себя в руки.

— Свежий. Гладкий, — задумчиво заключает он.

— Да, ну. Это очень по-мужски. Прямо как ты. — Я бросаю на него взгляд.

Самодовольный юмор украшает каждую его черту.

— Бля. Просто.. — Я отвожу взгляд, снова вращая бутылку, пытаясь не поддаться давлению, сидя напротив него за маленьким обеденным столом. — Я нервничаю. Ты заставляешь меня нервничать.

— Почему? — Он не двигается с места, полностью сосредоточившись на мне.

Потому что я бесконечно возбуждена, а ты встречался с собой?

— Эта ситуация заставляет меня нервничать, — поясняю я, вместо того чтобы выпалить первую мысль, которая приходит мне в голову.

На этот раз.

— Ладно, — он откидывается на спинку стула, выглядя таким расслабленным. Я завидую его уровню уверенности. — Давай поговорим. Спланируем. Поставим все на карту.

Я киваю, покусывая губу, стараясь не позволить своим глазам снова скользнуть вниз по его телу.

— Да. Нам нужны некоторые основные правила.

Он наклонился вперед, локти упираются в стол, кружка между его большими ладонями. Я смотрю.

Хотела бы я быть таким же придурком.

— Никакого анального секса, Бейли, — невозмутимо говорит он. — Я знаю, что тебе это действительно интересно, но мне это просто не нравится.

Я вздрагиваю, глаза вот-вот вылезут из орбит. Моя рука взлетает к губам, и я заставляю себя проглотить пиво во рту, чтобы не выплеснуть его на него.

— О, боже! — говорю я из-под пальцев. — Это был всего лишь вопрос!

— Да. Вопрос, который никто другой просто мне не задавал.

— Ну, а кого еще мне спросить?

— Погуглить?

Я откидываюсь на спинку стула, стону и смотрю в потолок.

— В данный момент это не казалось странным вопросом.

Честно говоря, мне нравится наблюдать за его реакцией. Он так.. невозмутим мной все время. Но когда я задаю такие вопросы, я получаю реакцию. Это как доказательство жизни.

— Правда? — Он смеется надо мной сейчас. И кто может его винить? Он, должно быть, думает, что я сумасшедшая.

— Нет, я только что посмотрела видео, и оно заставило меня задуматься. Это было забавно. А ты кажется опытным, поэтому я хотела знать. Ты мог бы сказать мне, что это личное, если бы не хотел отвечать.

С усмешкой он говорит:

— У тебя был анальный секс, Бейли?

Я фыркаю и опускаю подбородок, чтобы встретиться с ним взглядом.