Безнадежный

Все, что она говорит в ответ, — это невозмутимо пожимает плечами, берет свой бокал с вином и невозмутимо делает глоток.

— Семья, я полагаю. Родственные души? Мы не такие уж разные, ты и я. Мне нравится смотреть, как мы, облажавшиеся люди, вытаскиваем себя из собственного дерьма.

— Наверное, нам нужна терапия, — тихо шучу я.

Уинтер кивает.

— Вероятно, нет. Определенно.

— Ты совсем не такая злая, какой тебя все считают, понимаешь? — Я наклоняюсь ровно настолько, чтобы коснуться её плеча.

Она улыбается, делая ещё один глоток белого вина. Затем она толкает меня плечом.

— И ты совсем не такой тупой, каким тебя все считают.

Я фыркаю. Она немного грубовата, но я очарован. Тео поворачивается и смотрит на нас, и когда его взгляд падает на Уинтер, он смягчается. Он теплеет.

Я знаю, что значит этот взгляд, но видеть его — совсем другое дело.

Я поворачиваюсь к Бейли, радуясь тому, как хорошо ей в этой обстановке. Моя семья стала её семьёй. А её семья замолчала с тех пор, как она уехала из города.

И это хорошо. Благослови их за то, что они настолько глупы и ленивы, что не стали бы докучать ей, если бы это потребовало от них каких-либо усилий. Полагаю, из поля зрения — из сердца вон.

Эта мысль побуждает меня к действию, и я стучу ножом по стакану.

— Заткнитесь все! Я хочу сделать объявление.

Уинтер фыркает рядом со мной, но все остальные замолкают.

За исключением Ретта — пусть он превратит всё в драку.

— Это не военные, тупица. Я не подчиняюсь твоим приказам. — Саммер стонет и поднимает глаза к потолку. — Почему ты такой?

— Может, нам стоит выйти на улицу, как в детстве? — Я приподнимаю бровь, глядя на своего младшего брата. Вот же засранец.

Ретт смеётся.

— Ни за что. Ты надерёшь мне задницу со своим дерьмом в стиле Джеймса Бонда. Я дикий, но не глупый.

Уинтер снова усмехается, но продолжает пить. Я вижу, как Тео давится смехом, прикрываясь кулаком.

— Возьми с собой Кейда, — Уилла как можно громче шепчет Ретту через стол, покачивая ребёнка на коленях. — Пусть потренируются. А я посмотрю. Или рефери. Как бы вы это ни называли, мне всё равно. Он такой сексуальный, когда злится, так что я полностью за эту идею.

— Я в команде дяди Бо! — объявляет мой племянник Люк.

Я указываю на него.

— Умный парень.

— Такими темпами мы превратимся в кучку скелетов, сидящих за столом, к тому времени, как он сделает свое заявление, — говорит Джаспер. — Мы умрем, так и не узнав, что он хотел сказать, потому что вы все планировали устроить Королевскую драку в новом доме Бейли.

В его глазах через стол пляшут веселые искорки, когда он делает глоток своего дерьмового дешевого пива с собакой на этикетке.

— Я тебя ненавижу.

Джаспер ухмыляется мне и протягивает руку, чтобы взять Слоан за руку.

— Я тоже тебя ненавижу, братан.

— Послушайте, я первым из нас превращусь в скелет, — вставляет Харви.

— Выкладывай.

Наступает тишина, и Бейли напрягается рядом со мной.

— Так что.. это не только дом Бейли. Он и мой тоже. Я переезжаю сюда и устраиваюсь на новую работу в пожарную часть. — Я бросаю взгляд на Кейда. — Извини, чувак, это моё уведомление за две недели.

Он только хмыкает.

— Все в порядке. Ты худший работник, который у меня когда-либо был.

Я закатываю глаза и продолжаю.

— Итак, я — мы — больше не будем жить на ранчо. Иногда мы будем приходить сюда потусоваться, но сейчас это наш дом.

Все молчат. Бдительный.

Первым заговорил мой отец.

— Это и есть твое объявление?

Я хмурю брови.

— Да.

— Это самое глупое объявление, которому я когда-либо был настолько глуп, чтобы обрадоваться.

Джаспер издает хриплый смешок и пытается прикрыть его рукой.

— Нет, послушай. Уинтер объявляет о тайном отцовстве своего ребенка на семейном ужине? Это было официальное заявление.

— Наверное, иногда нужно в чем-то выигрывать, — бормочет она рядом со мной.

— Я рассказываю вам всем, что мы с Корделией вместе? Это объявление.

По всему столу разносится вздох. Корделия закрывает лицо ладонью, но Харви не обращает на это внимания.

— Но вы с вашей невестой покупаете дом — чертовски хороший дом — в городе, где она проведёт следующие, сколько? Семь лет, по крайней мере? И вы сообщаете нам об этом так, будто это не самая очевидная вещь на свете? Вы все — кучка любителей внимания. Или дураков. Я не уверен. В любом случае, это просто безумие. — Он качает головой.

Уинтер усмехается. Снова.

Бейли наклоняется ближе и шепчет:

— Я так и знала.

— Харви, — начинает Джаспер, поглаживая пальцами коричневую бутылку в своей руке. — Поскольку ты не ищешь внимания.. — Он с трудом выговаривает слова, не теряя самообладания. — Не хочешь уточнить насчет ”вас с Корделией"?

Харви ерзает на стуле.

— Это просто так получилось, понимаешь? Она занимала мое личное пространство, когда ушла от мужа. И мы, ну, прошло много времени с тех пор, как ваша мама, ребята, ушла от нас. Тридцать лет, и я никогда не переставал её любить. И.. — он замолкает, глядя на Корделию с огоньком в глазах. Я рад это видеть, потому что он действительно долго был один. Долго был одинок.

— Корделия тоже никогда не переставала любить ее. И, думаю, это нас сблизило. Кажется, что это была другая жизнь, о которой людям часто слишком неудобно вспоминать. Но мы можем поговорить обо всем этом. Смеяться. Вспоминать. Я счастлив.

Она улыбается ему, и вокруг ее глаз появляются морщинки, когда он, словно защищая, накрывает ее руку своей, прямо на столе.

— Я тоже.

— Я так рада за вас обоих! — Саммер хлопает в ладоши, искренне радуясь. Все остальные следуют её примеру, поздравляя и выражая свою любовь.

— И, честно говоря, если Слоан сможет выйти замуж за своего кузена, я думаю, что смогу..

Харви снова начинает говорить, и я стону.

Джаспер опускает голову, прижимая ладони к глазницам, а Слоан смеётся, успокаивающе поглаживая его по спине.

— Тогда я смогу быть с Корделией.

— Она не моя кузина, — выдыхает Джаспер сквозь смех.

Харви игриво толкает его локтем.

— Конечно, конечно. И Корделия не моя невестка.

— Ну, если мы все разложим по полочкам, — говорит Слоан. — С тех пор как Харви рассказал о нас с Джаспером.. — Она кладет на стол маленькую черно-белую фотографию. — У меня четырнадцать недель. — Она смотрит на Харви, такая счастливая, что светится от радости. — Я принесла УЗИ, чтобы ты увидел, что хвоста действительно нет.