Страница 62 из 83
52
«Чероки» промчался по центральной улице и свернул налево. Марк, зажатый с двух сторон крепкими парнями, сидел не дергаясь, — все равно без толку. Пересекли знакомую улицу Малышева и по кольцу выехали на Беловодскую. Потом вновь повернули налево. Начался квартал частных домов. Этот район города Марк не знал совсем.
Крепкие особнячки тянулись улица за улицей. Попадались и большие трехэтажные постройки, но джип остановился перед обычным с первого взгляда домом. Единственное отличие — высокий забор из железобетонных плит с протянутой поверху колючей проволокой и сторожевой башенкой в углу двора с мощным прожектором. Вышка очень походила на те, что устанавливают в зонах.
Крашенные зеленой краской железные ворота распахнулись, словно нехотя, и машина вкатилась внутрь обширного двора, где уже стояли два представительных «Мерседеса».
Тут же со стороны дома и откуда-то сбоку к джипу подтянулись вооруженные люди, встречая хозяина. В сетчатом открытом вольере Марк услышал собачий лай.
«Ничего себе они тут окопались, — подумал он, выбираясь на утоптанный снег. — Прямо крепость».
Элю вывели вслед за ним, и все прошли в дом.
Внутри поразило обилие ковров на полу и на стенах. Мрачноватый и удушливый восточный колорит. Но комната оказалась просторной, из нее же на второй этаж вела лестница.
— Как тебе у меня? Дорогу запомнил? — Гюндуз отослал лишнюю прислугу и в комнате остались только телохранители.
— Надо будет, найду.
— Конечно, надо будет, дорогой. Ты ведь не хочешь, чтобы с Элеонорой случилась беда? Такая красивая, молодая. Очень тебя любит.
Марк перевел взгляд на Элю. Она на него даже не смотрела. Уперлась глазами в пол и молчит. Плакать себе на позволяет, но видно, как дрожат губы и пальцы мнут дешевую сумочку. Все собирался купить что-нибудь получше, да так и не собрался.
— Девушка останется здесь. Три дня буду ждать. Нет, два дня. Потом будем Элеонору потихоньку мучить. У меня есть сильные ребята, хорошие парни, но нервные. Очень не любят тех, кто ссорится с Гюндузом.
— А что ты хочешь, чтобы я тебе отдал? У меня и денег-то нет.
— Зачем мне деньги? Портной — ох, какой он плохой стал! — сказал, у тебя есть вещь. Она дает силу. В ФСБ тоже знакомые говорили, есть такая вещь. Ты от них убежал. Многих убил.
— Не боишься, что и тебя убьют?
— Гюндуз никого не боится. Раз ты пока ничего не сделал, не сделаешь и дальше.
Логично. Марк осмотрелся более внимательно. Куда они поместят Элю? В подвал? Что же он сможет тогда сделать? Да если даже и в доме, где-нибудь наверху, никакой разницы. Во двор, и в тот не прорваться. В милицию обращаться бесполезно. Есть смысл попробовать договориться с ФСБ, но простят ли ему пожар на Лубянке и убийство сотрудников. Вряд ли их устроит объяснение, что это не он, а Джесертеп.
— Джесертеп, — тихо прошептал Марк.
— Ты чего шепчешь? — подозрительно спросил Гюндуз. — Молишься? Аллах не сотворит для тебя чуда, а нет бога, кроме Аллаха.
«Ну почему же, — хотел возразить Марк. — Кто знает, сколько этих богов на самом деле? И кто знает, не один ли это бог, несмотря на свою много-ликость?»
— Не хочешь оставлять девушку, давай договоримся прямо сейчас.
— Давай попробуем, — Марк взял Элю за руку, притянул к себе. — Во-первых, ты не знаешь, чего просишь. Во-вторых, если я тебе это и отдам, то ты все равно не сумеешь этой вещью воспользоваться. Честно говоря, я и сам не умею. Так зачем этот разговор? Отпусти нас, и мы уйдем. А если хочешь, то можем даже уехать.
— Я хочу получить то, что есть у тебя, — голос Гюндуза снова стал жестким. — И давай без этого «уеду-приеду». Или Гюндуз глупый? Смотри, что можно сделать. Самед! — позвал он. — Покажи.
Один из бойцов грубо дернул Элю за плечо, а когда та качнулась в его сторону, схватил за волосы.
— Можем бить, — вкрадчиво сказал Гюндуз, и боец пока несильно хлестнул пальцами по Элиному лицу. — Можем сделать уродом. Жалко, конечно, портить такую мордашку. Такие щечки. — Самед вытащил нож, щелкнул затвор, выбрасывая длинное острое лезвие. Эля заплакала. — Можем просто любить. Мои парни любить умеют. — Самед рванул ворот Элиной курточки.
Марк попытался достать Самеда и подался вперед, сжав кулаки, но его просто попридержали сзади за ворот, как щенка.
— На! — неожиданно для себя сказал Марк, сдергивая с пальца кольцо. — Подавись!
— Тц-тц, — Гюндуз опять поцокал зубом. — Забудь такие слова. Давай это. — Он повертел кольцо, рассматривал рисунок. — Все правильно, — улыбнулся он. — Я думал, обманешь. Тогда бы я тебя убил.
Марк, словно задохнувшись от быстрого бега, тяжело дышал. Кольцо ушло, как будто его и не было. Ничего не осталось, ничего. Один страх перед этой жизнью. Или смертью.
— Я знал про кольцо, — Гюндуз с трудом втиснул в ободок мизинец. — Но специально тебе не говорил. Вдруг захочешь хменя обмануть. Но нет, ты честный. А если со мной по-честному, то я — добрый. Живи!