Страница 29 из 83
26
«Гостиница “Россия”» — вот что было начертано в записке ровным хорошим почерком. Номер двести двенадцать. Почти невообразимое совпадение. Двести двенадцатая комната хироманта, такой же номер в гостинице. Случайность?
Имелся и телефон, и указанное время. Марка ждали завтра в одиннадцать утра.
Сейчас Марк ругал себя за то, что не посмотрел удостоверение капитана Утробина. А вдруг капитан такой же эфэсбэшник, как он испанский летчик? Хотя, если как следует подумать, никакой разницы. Главное — он на учете.
Марк хорошо помнил, что все предыдущие попытки спастись бегством, кончались смертью.
С Певцовым никакими проблемами он делиться не стал, но весь вечер оставался мрачен и немногословен — предстоящая встреча пугала.
На следующее утро, в начале двенадцатого (ничего, пусть немного подождут) Марк неспешно добрался до «России». Только вчера юн сидел на берегу Москвы-реки, пил шампанское и смотрел на гостиничный комплекс, совершенно не подозревая, что именно туда придется идти на следующее день. Опять совпадение?
Марк слышал, что гэбисты часто назначают встречи своим сексотам в квартирах жилых домов или в гостиницах. Но это были знания обычного обывателя, который с одинаковым интересом воспринимает слухи о крахе банка или запуске орбитального спутника. А теперь вдруг слухи становились самой что ни на есть противной реальностью, и это раздражало.
В просторном холле гостиницы он вместо пропуска, ничуть не сомневаясь, что его поймут правильно, предъявил записку. Впустили немедленно.
Пройдя по длинному коридору и свернув направо, он скоро оказался перед нужной дверью — номер двести двенадцать был на сей раз обозначен желтыми металлическими цифрами.
Собравшись с духом, Марк постучал.
Кого угодно приготовился увидеть Марк в секретном номере. Может быть, даже Николая Юрьевича с его черной тростью, но только не Василия. А между тем, тот самолично распахнул дверь, словно радушный хозяин на пороге собственной квартиры. Полыхнул васильковый взгляд, жизнерадостная улыбка раздвинула бороду — Рустаков радовался встрече так, будто не виделся с Марком лет десять.
— Ты? — только и сумел выдавить Марк вместо приветствия.
— А что, не ожидал? — Василий совершенно не выглядел смущенным. — Это, брат, жизнь, — добавил он философски и, заметив, что Марк застыл на пороге, так же, как и при встрече в конторе, втянул его в номер. — Судьба, рок. Шикзаль, как говорят немцы. Проходи, не бойся. Поговорим.
— Как ты меня нашел? — Марк нетерпеливо дернул плечом, сбрасывая мягко держащую его руку.
— А не я искал, не я. Мое дело маленькое — сказать, предупредить. Для поисков есть другие специалисты.
«Другой специалист» — капитан Утробин — сидел в комнате за столом и мелкими глотками прихлебывал из чашки горячий, вкусно пахнущий чай.
— Значит, ты меня сдал?
— Зачем же так грубо? — Рустаков убрал улыбку, поскреб в бороде и испытующе взглянул на Марка. — А, впрочем, если тебя это так задевает, то извини. Деньги нужны, брат, страшное дело. Жена пилит, дочь растет, от хиромантии одни убытки. За помещение плати, рэкету — плати, налоги, опять же… Тут поневоле, на что угодно согласишься. Раньше священники стучали органам — грехопродавцы, теперь к нам, экстрасенсам, народ идет со своими проблемами. Сам подумай, как убережешься, если есть хочется?
— Хватит болтать! — грубый тон не помешал Утро-бину обворожительно улыбнуться. Без бейсболки он выглядел этаким плакатным героем с рекламы «Мальборо». — Совсем Марка Викторовича запутаешь. А у нас разговор серьезный.
Теперь любые сомнения, о чем пойдет речь, у Марка отпали. Все-таки о кольце… Да и глупо было бы думать, что ФСБ просто заинтересует его скромная персона.
— Вы садитесь, Марк Викторович, располагайтесь. Чувствуйте себя свободно.
Но «свободно» никак не получалось. Марк поглядел в окно тесного двухместного номера. Прямо напротив луковички куполов ввинчивались в небо — окно выходило на Варварку, чудом уцелевший при постройке гигантской гостиницы квартал часовен и церквушек.
— Признайтесь, Марк Викторович, — продолжил Утробин, — вы ведь, э-э, пожалели вчера, что не посмотрели мое удостоверение. Сомнения вас не мучили?
— Так вот и покажите сейчас.
Раскрыв удостоверение, но не давая его Марку в руки, Утробин терпеливо ждал, пока тот изучит печати.
— А теперь — к делу. По нашим сведениям, — в этом месте Василий многозначительно закивал, — у вас имеется антикварное кольцо, представляющее археологический интерес. Попало оно к вам, э-э, криминальным путем. Правильно?
Марк промолчал.
— Как известно, по законам нашей страны, подобные вещи должны быть переданы государству, за что вам полагается денежная компенсация, или, если угодно, вознаграждение.
— И в каком размере? — Марк отбросил условности, сел в кресло напротив и, будь у него туфли почище, обязательно бы положил ноги на журнальный столик. Раз вы так, то и я.
— В достаточном, — капитан сделал паузу, давая Марку по тону определить сумму. — Вполне достаточном, чтобы закончить высшее учебное заведение, найти хорошую работу, или, если это вас устроит, жить, как вам вздумается. Но об этом позже.
— А вы уверены, что я доверюсь на слово? — Марк перешел в наступление. — Где гарантии, что я останусь для вас интересен, если с кольцом расстанусь? Да и зачем вам оно? Подарите действующему президенту?
— Поймите, — Утробин в искреннем жесте прижал к груди руки, — я не уполномочен обговаривать детали. Меня, э-э, интересует ваше согласие в принципе.
— А я не согласен в принципе. И не вздумайте наделать глупостей! Наверняка вы осведомлены, что отнять кольцо нельзя.
— Это вы в книжке прочитали? — небрежно осведомился капитан.
— И в книжке тоже. А что, разве Василий вам ничего подобного не рассказывал?
— Всего лишь предположения. Догадки. Их необходимо проверить на практике. Подобные артефакты составляют, э-э, национальное достояние. Нужны научные эксперименты, анализ. И скажу вам по большому секрету, по нашим сведениям правительство одной великой державы уже располагает подобной вещью. Речь идет о государственной безопасности.
— Конечно, как всегда… — Марк закурил. — Ну и что вы собираетесь предпринять, если я не соглашусь на ваше предложение?
Взгляд Утробина стал жестким.