Страница 14 из 32
Глава 13. Планы и желания
Неделя после поездки на Куршскую косу пролетела как один длинный день. Я погрузилась в дела с головой — наверное, чтобы не думать о том, что произошло в субботу. О танцующем лесе. О его голосе, рассказывающем легенду. О том, как легко мне было молчать рядом с ним.
В понедельник утром я сидела в кабинете Валерии Александровны с новой стопкой документов.
— Анна Сергеевна, — начала она без предисловий, — суд мы выиграли, но работу над репутацией надо продолжать. Я подготовила письмо в Этический комитет РПО с требованием пересмотреть ваше временное исключение. У нас есть все основания: решение суда в вашу пользу, отсутствие доказательств нарушений, положительные отзывы клиентов.
— Вы думаете, это сработает? — спросила я, разглядывая герб на бланке.
— Думаю, да. Но это не быстро. Бюрократия, заседания, голосования. Месяц-два минимум. — Она сняла очки и посмотрела на меня поверх них. — Есть ещё один момент. Я бы рекомендовала нанять пиарщика.
— Пиарщика? — удивилась я. — Зачем?
— Чтобы чистить информационное поле. Ваше имя сейчас ассоциируется со скандалом, и это несправедливо. Нужны публикации, интервью, экспертные статьи. Показать, что вы — профессионал, а не шарлатанка, которой вас выставляли. Кстати, обратите внимание: большинство тех постов, что порочили вашу репутацию, уже удалены. После решения суда авторы, видимо, испугались ответственности. Но осадок остался, и работать надо именно с ним.
Я задумалась. Пиарщик — это деньги, которых у меня не так много. Но если это поможет вернуть доверие...
— Я подумаю, — ответила я.
— И ещё, — добавила Валерия Александровна, — нам нужно подготовить ваше публичное заявление. Короткое, ёмкое, без эмоций. Что суд доказал вашу невиновность, что вы благодарны тем, кто поддерживал, и что намерены продолжать работать. Я знаю одного журналиста, он может помочь с грамотной подачей.
Я кивнула, записывая в блокнот: «пиарщик», «заявление», «РПО».
Вторник прошёл в переписке с коллегами. Я написала Маргарите Витальевне, рассказала о планах. Она ответила мгновенно:
«Девочка моя, я знала, что всё получится в твою пользу, наконец-то всё закончилось, почти! Осталось совсем немного. Я с тобой. Если нужна помощь с письмом в РПО — у меня там есть пара знакомых, замолвлю словечко. Или с чем-то другим, с чем угодно, только свистни».
Я улыбнулась, читая её сообщение. Маргарита Витальевна всегда умела поддержать. И её вера в меня значила больше, чем все дипломы и сертификаты.
Лена тоже откликнулась: «О, пиарщик — это круто! У меня есть одна знакомая, она как раз таким занимается. Скинуть контакт?»
Я скинула контакты в свой список дел и выдохнула. Впервые за долгое время я не просто ждала, что будет дальше, а делала что-то сама.
Вечером вторника, когда я уже собиралась ложиться, пришло сообщение от Артёма ВКонтакте.
«Анна Сергеевна, добрый вечер. Как вы? Как неделя началась?»
Я улыбнулась, глядя на экран. Простое, короткое сообщение, а на душе стало теплее.
«Добрый вечер. Неделя обещает быть бурной. Адвокат, планы, письма, консультации. А как ты?»
«Работаю. Заказ интересный поступил — кованая для для частного дома в стиле модерн. Думаю, как лучше сделать».
«Звучит красиво. Уверена, получится».
«Спасибо) Кстати, какие у Вас планы на субботу?»
Я замерла. Он спрашивает про субботу. Не предлагает конкретно, просто спрашивает. Даёт мне выбор. Или надеется, что я предложу? Или сам хочет предложить, но боится показаться навязчивым?
Сердце почему-то забилось быстрее. Я смотрела на экран и не знала, что ответить. С одной стороны, жутко хотелось снова увидеть его. С другой — это неправильно. Он бывший клиент. Я психолог. Эти мысли не должны появляться.
Но они появлялись. И чем дальше, тем чаще.
«Планов пока нет, — набрала я осторожно. — А что?»
Отправила и замерла. Ответ пришёл почти сразу:
«Думал, может, съездим куда-нибудь, если погода позволит. Я покажу Вам ещё пару красивых мест. Но без обязательств, как Вам удобно».
Я выдохнула. Он не давит. Он просто предлагает. И от этого предложения стало тепло.
«С удовольствием, — написала я. — Куда именно?»
«Давайте я в субботу заеду, и решим на месте? Чтобы не загадывать с погодой».
«Договорились. Во сколько?»
«В девять нормально?»
«Нормально. Спокойной ночи».
«Спокойной ночи, Анна Сергеевна».
Я отложила телефон и уставилась в потолок. Что со мной происходит? Я, которая всегда планирует, взвешивает, контролирует, сейчас готова сорваться в очередную спонтанную поездку? С человеком, которого знаю... а сколько я его вообще знаю? Не как клиента... Мы виделись всего два раза. Два! И уже третья встреча?
Но с ним легко, — шепнул внутренний голос. — С ним ты не думаешь о судах, об обвинениях, о травле. Ты просто... дышишь.
Я тут же одёрнула себя. Нельзя так думать. Он — бывший клиент. Я — психолог. Это нарушение всех мыслимых и немыслимых границ. Что скажут коллеги, если узнают? Что скажет Маргарита Витальевна? А недоброжелатели, не дай Бог? Да что там другие? Я сама себе противна от этих мыслей.
Но где-то глубоко внутри уже теплилось предвкушение.
Среда и четверг пролетели в бесконечных созвонах, письмах и консультациях. Валерия Александровна прислала проект публичного заявления, мы его правили вместе. Пиарщица (подруга Лены, милая девушка Катя) набросала стратегию: несколько экспертных статей для профессиональных журналов, интервью для местного портала, участие в конференции. «Вас должны видеть как специалиста, а не как жертву скандала», — объяснила она.
Я чувствовала, как постепенно возвращаюсь к жизни. К той Анне, которая умела бороться. Которая не сдавалась.
В перерывах между делами я иногда ловила себя на том, что проверяю сообщения. Вдруг он написал? Глупо, конечно. Но пальцы сами тянулись к телефону.
А он не писал. И это было правильно. И это немного царапало.