Страница 2 из 6
Пролог
– И принцесса вышла замуж за принца, и жили они долго и счастливо.
В полутемной комнате тихо звучал голос горничной, которая читала вслух книжку с картинками, полагаясь лишь на тусклый свет лампы.
– Конец.
Она мягко захлопнула книгу и повернулась к сидящей на постели маленькой девочке. Лицо ребенка озаряла довольная улыбка – история ей понравилась. Однако она с легким недоумением обратилась к женщине:
– Ширли…
– Да, госпожа Хлоя? – улыбнулась та.
– А что значит «вышла замуж»?
Ширли несколько раз моргнула, затем задумалась и, слегка коснувшись подбородка, ответила:
– Для вас, госпожа Хлоя, кажется, это еще немного сложно. Ну, знаете… – Горничная подняла указательный палец и пояснила: – Это обещание всегда быть рядом с тем, кого любишь.
– О-о-о! – Хлоя радостно закивала. – Тогда я выйду замуж за Ширли! – воскликнула она, глаза ее засияли. – Потому что я тебя очень-очень люблю!
– Хи-хи, как приятно это слышать, – улыбнулась служанка и мягко провела ладонью по голове девочки. Та зажмурилась, будто ей стало щекотно. – Но любовь бывает разная. Та, что вы испытываете ко мне, отличается от той, что нужна для замужества.
– Мм… не понимаю…
– Когда-нибудь поймете, маленькая госпожа.
Хлоя скрестила руки и нахмурилась. Ширли посмотрела на нее и с печальной улыбкой добавила, будто молясь о ее будущем:
– Если когда-нибудь встретите человека, с которым захочется остаться навсегда… То тогда… выходите замуж за этого человека и будьте счастливы.
Хлоя резко открыла глаза.
Она почувствовала тепло и уют одеяла, мягко обнимающего тело. Сквозь щель в занавесках пробивался яркий солнечный свет. С улицы доносился веселый птичий щебет.
Девушка неторопливо приподнялась. В ее лице все еще сохранялись нежные детские черты: пропорциональное лицо, круглые, еще затуманенные сном, глаза, аккуратный нос. Ее светло-розовые волосы, чуть растрепавшиеся от ночных метаний, но по-прежнему мягкие и блестящие, ниспадали до самой спины. Кожа была белой, словно снег, но на щеке виднелся след – будто от какого-то удара. Телосложение было в меру подтянутым, однако в общем Хлоя казалась здоровой.
Когда-то в родном доме леди Арденн выглядела истощенной, почти болезненно худой. Но с приездом в столицу, где она могла питаться три раза в день и достаточно спать, девушка преобразилась. Теперь ее внешность притягивала взгляды прохожих.
– Сон… – тихо прошептала Хлоя.
Обычно она напрочь забывала содержание снов после пробуждения, но этот, на удивление, ясно сохранился в памяти. Это было воспоминание о Шадафе – далекой окраине королевства Роуз, где она родилась. Воспоминание о том, как в детстве няня Ширли читала ей сказку.
– Если когда-нибудь встретите человека, с которым захочется остаться навсегда… – Хлоя повторила ее слова, словно стараясь удержать драгоценное воспоминание. – Тогда… – Едва она попыталась произнести главное, как вдруг по всему телу прокатился жар. Казалось, если вымолвить эти слова вслух, все рассыплется. Она невольно прижала ладони к щекам.
В этот момент в комнате раздался стук в дверь.
– Хлоя, ты уже проснулась?
– Ах! Д-да! – поспешно откликнулась она.
Дверь открылась, и в комнату вошел Ллойд. Одного его появления хватило, чтобы сердце Хлои забилось быстрее.
Молодой элитный рыцарь Первого рыцарского ордена столицы, он был выше ее почти на две головы, крепким и подтянутым благодаря постоянным тренировкам.
У Ллойда был точеный прямой нос и твердо сжатые губы. Его лицо, почти всегда остававшееся бесстрастным, тем не менее отражало внутреннюю несокрушимость и благородство. Черные как смоль мягкие волосы были аккуратно подстрижены. Настоящий красавец, вслед которому на улице оборачивались женщины.
– Ты какая-то растерянная. Что-то не так?
Девушка поспешно отвернулась.
– Хлоя?
– А… н-ничего! Простите!
– Не похоже, что «ничего», – с легким замешательством заметил Ллойд.
Чтобы унять шумно бьющееся сердце, Хлоя сделала глубокий вдох и вновь посмотрела на него. И тут ее осенило – на нем была не пижама, а строгая рыцарская форма.
Каждое утро она всегда вставала первой: готовила завтрак, собирала юноше обед. Поэтому и видела она его обычно в пижаме, а сегодня он уже переоделся к службе. На основании этого можно было прийти лишь к одному заключению, которое обожгло ее холодом.
Ллойд почесал голову, словно ему было неловко, и заговорил:
– Прости. Хотел разбудить тебя, но ты так сладко спала…
Она проспала.
Комнату огласил крик Хлои.