Страница 11 из 35
– Да. – Я стиснул зубы. По сути, это почти то же самое, что восхождение на высоту, не подтвержденное записью или свидетельством очевидцев. Даже если никто другой не узнает, что я это сделал, я сам буду знать. По крайней мере, я первым прочту рукопись, даже раньше Адама или Криса. – Но я бы хотел получить разрешение рассказать об этой работе своей семье, раз уж я все равно им сообщил.
В глазах Джорджии зажглась искорка смеха, но она тут же сделала строгое лицо.
– Если… я подчеркиваю, если… я соглашусь, чтобы вы закончили эту книгу, то потребую документально заверенного права окончательного утверждения текста.
Я еще крепче вцепился в спинку кресла.
Адам с шумом втянул в себя воздух.
Крис тихо выругался себе под нос.
Эйва вертела головой, глядя то на меня, то на дочь, словно мы играли в теннис.
И все равно мне казалось, что мы с Джорджией одни в этой комнате. Между нами словно били электрические разряды – воздух разве что не искрил. Я почувствовал это еще в книжном магазине, но теперь это чувство стало ярче. Не знаю, что это было: притяжение, вызов, возможность получить рукопись или что-то еще, но что-то явно происходило, причем вполне ощутимо, как удар током.
– Мы, конечно, обсудим редакторский вклад, но по условиям контракта Ноя последние двадцать книг выходили только после его окончательного утверждения, – мягко возразил Адам, зная, что это одно из моих самых жестких условий. Как только я понимал, куда клонится сюжет, то просто следовал за своими персонажами, не считаясь ни с чем, в том числе и с редакторскими предложениями.
Но это была не моя книга, не моя история. Это было наследие прабабушки Джорджии.
– Хорошо. Я согласен быть вторым рулевым на корабле.
Все во мне воспротивилось такому решению, но я не протестовал.
Крис и Адам вытаращились на меня.
– Только на этот раз, – добавил я, обращаясь к своей издательской команде.
Если я создам прецедент, у моего литагента точно бомбанет.
Очень медленно Джорджия откинулась на спинку кресла.
– Сначала я прочитаю рукопись сама, а потом поговорю с Хелен… бабушкиным литагентом.
Я мысленно выругался, но кивнул. Вот тебе и первый читатель рукописи.
– Я остановился в гостинице «Роаринг крик». Я запишу вам адрес…
– Я знаю, где это.
– Хорошо. Я пробуду в городе до конца недели. Если мы заключим контракт, я заберу рукопись и письма в Нью-Йорк и сразу приступлю к работе.
Хорошо, что я люблю скалолазание. В этом смысле здесь есть чем заняться, пока Джорджия принимает решение. Как бы мне ни было неприятно это признать, но теперь от меня ничего не зависит.
– Договорились. – Она кивнула. – И пусть ваше имя стоит на обложке.
Мое сердце подпрыгнуло до небес. Кажется, я прошел испытание.
Крис, Адам и Эйва дружно вздохнули.
Джорджия широко распахнула глаза и повернулась к матери.
– Погодите.
Я весь напрягся.
– Какие письма?