Страница 81 из 223
Эрик Шиптон понял, что с него хватит. Больше никаких Комитетов Эвереста, успокоительных таблеток, фотографов и журналистов, которые наперебой просят улыбнуться и задают бесконечные вопросы. В свои двадцать шесть Шиптон стал самым молодым участником экспедиции на Эверест 1933 года. Но теперь его взгляды на то, какими должны быть такие мероприятия, кардинально изменились. Шиптона раздражали экспедиции, требующие организации караванов из сотен вьючных животных и сотен человек. Хотелось раз и навсегда покончить с «шумихой, возникавшей вокруг любого такого начинания, с целым городом из палаток, который возникал каждый вечер на новом месте, с видом огромной толпы, вторгающейся в мирные горные долины». Наверняка можно организовать экспедицию в Гималаях попроще.
«Я убежден, что небольшая группа с минимумом снаряжения, без лишних людей и лишнего багажа не только будет так же эффективна в горах, как и большая экспедиция, но и получит преимущество, – писал Шиптон. – Это повышенная мобильность, большая сплоченность и целеустремленность участников». Сидя в квартире своей матери в Лондоне, Шиптон стал планировать собственную гималайскую экспедицию, основанную на этих совершенно новых принципах. Его желания и установки в корне противоречили общепринятым взглядам того времени.
Шиптон не стал ждать, пока новая идея вызреет, так как был уверен в своей правоте. «Я всегда выступал против того, чтобы жертвовать годами молодости в угоду старости», – отмечал он. Главное было организовать экспедицию, обозначив достаточно привлекательную цель, чтобы ею заинтересовались потенциальные спонсоры. Рассмотрев варианты, Шиптон пришел к выводу, что Гархвальские Гималаи к западу от Непала таят много хороших возможностей, особенно район неизведанных гор в районе семитысячника Камет. Но у Тома Лонгстаффа имелись другие мысли на этот счет.
Лонгстафф – легендарный британский альпинист, которому на тот момент исполнилось пятьдесят восемь. Этот врач с обаятельной улыбкой стал первым человеком в мире, взошедшим на гору высотой более семи километров. Лонгстафф также совершал восхождения в Альпах, на Кавказе, в Скалистых горах, побывал в Гренландии, а еще он работал врачом в экспедиции на Эверест 1922 года. Первые вылазки Лонгстаффа в Гималаи предваряли эпоху больших экспедиций. Узнав о планах Шиптона отправиться в Гархвал малой группой, Лонгстафф тут же вышел на связь. На встрече с Шиптоном он обратил внимание своего молодого коллеги на гору, которая не давала покоя британским альпинистам на протяжении полувека.
Нанда-Деви высотой 7817 метров считается одной из священных гор в индуизме, воды с ее ледников питают Ганг. Название переводится примерно как «Богиня, дарующая блаженство». Считается, что она была обителью семи риши, то есть мудрецов, которые ассоциируются со звездами Большой Медведицы и которые отвечали за восход солнца. Каждый год тысячи паломников приезжали со всей Индии, чтобы поклониться Нанда-Деви. Эта гора также почитаема и в буддизме.
Нанда-Деви также является геологическим чудом. Она похожа на сломанный коренной зуб с очень крутыми стенами, и это почти восьмитысячник. Подступы к ней закрывает кольцо гор, все эти пики выше пяти километров и являются весьма серьезным препятствием. Наглядное представление о массиве Нанда-Деви можно получить, поместив конус в чашу с высокими стенами. Единственной брешью в «обороне» горы является глубокое ущелье, известное как Риши Нала, со скальными стенами, уходящими вверх на тысячи метров, а внизу беснуется река Риши Ганга.
Имелось и кое-что еще.
Между подножием Нанда-Деви и кольцом окружающих гор существовало чудо, впоследствии названное Святилищем. Это горный амфитеатр площадью почти 650 квадратных километров, круговая долина, полная цветов, птиц и животных, фактически полностью отрезанная от мира. В 1905 году Лонгстаффу с высоты 5800 метров удалось взглянуть за огораживающий долину горный барьер, но ни один человек еще не попадал на территорию Святилища. Британские альпинисты неоднократно пытались проникнуть туда, но тщетно.
Лонгстафф, однако, был убежден, что это возможно. Оказавшись в гостях у Шиптона, он сообщил, что ключ к Нанда-Деви – ущелье Риши Нала. Двадцать восемь лет назад Лонгстафф возглавил группу, которая частично прошла его. Мало того, первые гималайские экспедиции Лонгстаффа состояли всего из нескольких человек – альпинистов и носильщиков. Шиптон нашел в лице пожилого восходителя родственную душу, и Лонгстаффу не составило большого труда убедить молодого коллегу изменить планы. Шиптон сразу загорелся новой идеей. Решено! Он пойдет к Нанда-Деви.
Для этого нужен был как минимум один напарник, и здесь Шиптон столкнулся с трудностями. Он не сомневался в правильности нового подхода к гималайскому альпинизму, но, по сути, оставался одинок в своих убеждениях. Большинство коллег по цеху считали, что без надлежащего количества носильщиков и вьючных животных экспедиция обречена на неудачу. Шиптон планировал нанять максимум двух-трех шерпов. Но, если не удастся найти еще одного опытного британского альпиниста со сходными убеждениями, то либо придется отказаться от планов на Нанда-Деви, либо пробовать пойти на гору с шерпами.
Однако вмешалось провидение. В январе 1934 года Шиптон получил письмо от своего старого партнера по восхождениям, который вернулся в Англию, проведя несколько лет за границей. Билл Тилман написал Шиптону, спросив, не хочет ли он полазать в Озерном краю? Шиптон в ответ предложил полазать по Гималаям.
Билл Тилман – очень непростой человек. Этот ветеран Первой мировой войны с кустистыми бровями и стальным взглядом был довольно резок, немногословен, в общении предпочитал дистанцию и не терпел глупцов. С Шиптоном они познакомились в Кении, где оба пытались выращивать кофе. Тилман тогда написал Шиптону письмо с просьбой посоветовать хороший маршрут на Килиманджаро. Письмо положило начало альпинистскому партнерству двух британцев в Восточной Африке. Тилман был почти на десять лет старше Шиптона и почти ничего не знал об альпинизме, но оказался отличным учеником и быстро стал первоклассным альпинистом. Кроме того, он был очень силен и вынослив. Эта двойка проложила несколько маршрутов на гору Кения, вторую по высоте в Африке, и совершила восхождения на горы Рувензори. Тилман и Шиптон во многом были полярно разными личностями, но, когда шли вместе на гору, получался непревзойденный дуэт.