Страница 79 из 116
— Не спи, а то будешь именоваться принцессой-Засранкой, — серьёзно заметила Маэни, — и не думай о нём, Аэри, — мне достался острый внимательный взгляд, — чем больше ты будешь пытаться стереть из памяти каждое его слово и прикосновение, тем дольше ты будешь их помнить. Не стоит. Он этого не стоит.
— Не стоит, — отозвалась эхом. Это так. Это действительно так. — Скажи, Маэни, а ты смогла забыть?
Всех, кто тебя касался. Всех, кто причинил тебе боль. Всех, кто видел в тебе доступную девицу.
В глазах Маэ отразилось солнце. Беспощадное, жадное, пылающее. Карающее.
— Да, — кивнула Маэни, — я смогла. Не сразу, но смогла. А потом мне очень помогло то, что я стерла большинство из них с лица земли. Несколькими движениями клинка. Каплей яда. Чужими руками. У меня был Доргат, который научил меня, что я бесценна, а моё прошлое не имеет значения.
— Думаешь, для Шаннера это так? — Спросила я негромко.
Горячая вода, ароматная пена, пахнущая хвоей, и тихая ненавязчивая музыка из магического кристалла успокаивали. Я уже не стирала кожу до царапин, а просто ровно натирала мочалкой. В горле и животе воцарилась приятная прохлада.
— А сама ты как думаешь? — Маэни улыбнулась — и её глаза засияли.
— Я.. да. Я буду верить, что да. Иначе зачем всё это было? — Я улыбнулась.
Пена закрыла меня с ног до горла, сердце выровняло ритм, магия мягко растекалась по венам. Мне хотелось хоть с кем-то поделиться, а разговаривать с Шаннером о его брате, и о том, что делал и о чем говорил со мной Тристан, мне хотелось меньше всего на свете.
— Давай, — засмеялась Маэни, — я тебе помогу, воительница.
И, ухватив вторую мочалку, ловко запрыгнула в бассейн, перед этим ловко стянув с себя одежду. Наготы она не стеснялась, да и нижнее белье было на ней.
Она знала, что я хочу поговорить. И терпеливо ждала, пока я наберусь смелости.
— Знаешь, я думала, что буду его бояться. Так поначалу и было, — пробормотала я тихо, — а теперь он мне просто отвратителен. Как червяк, который корчит из себя боевого виверна. Я знаю, что он опасен, умён и хитёр. Я просто не понимаю, как это существо.. эта тварь, — выдохнула со злостью, — думает, что вообще имеет право ко мне прикасаться после всего, что натворил!
Это был риторический вопрос. Совести у Тристана никогда не водилось. В его больном разуме все ему были должны. Ну а я.. просто хотела выговориться.
— Он верит в то, что он прав. Такие, как он, считают, что все остальные должны им только потому, что они родились. Он осознаёт свою ущербность, ненавидит её, и хочет уничтожить всех, кто менее ущербен. Чем дальше он заходит, тем больше верит в то, что он есть истина. Младший Мъярг давно безумен. Не думай о нём и не ищи никаких других причин. Зачем вообще портить настроение разговорами о недоумке? Придёт время — и ты, если захочешь, вонзишь в его сердце клинок и отомстишь за ту девушку. И других. Шаннер может тебе это позволить.
Да, я сама просила его об этом когда-то. Когда мы только заключили договор.. Я хочу освободиться от прошлого и навсегда закрыть туда дверь. Отчаянно хочу. Тристан должен умереть. Но от моей ли руки?
Жалости не было. Просто руки марать не хотелось. Не об это.
— Ты права, — пробормотала, расслабляясь полностью, — я просто волнуюсь. Что, если император..
Не одобрит развод. Что, если народ империи никогда не примет ту, что уже была замужем за одним их принцем. Что если..
— Блюм! — Раздался весёлый вопль над ухом.
Я резко распахнула глаза и вскрикнула.
Довольная паршивка показала мне язык и отвесила увесистый щелбан. Я, значит, открываю ей душу. Я жалуюсь на жизнь, доверяю свои тревоги, а он — смеяться? Ну всё, Маэни, держись! Я буду беспощадна! Я прищурилась — и загребла побольше пены. Вот так, получай! Н-на тебе! Щиплется? Так это хорошо, сплошная польза, дез-ин-фек-ция, вот!
— Лови-и! — Захихикала, как девчонка, стражница.
И вдруг всё стало неважным. И её шрамы, и напускная строгость, и обычная холодность и немногословность. И моя неловкость и страх заводить друзей.
Мы носились по бассейну, как два подростка, смеялись до того, что закололо в животе и забыли обо всём на свете. Наконец, Маэ меня подловила. Опрокинула в воду, засыпала свежей пенкой и радостно притопила, заставив вынырнуть, затрясти головой, хохоча, и начать прочищать уши.
— А хорошо, — протянула, растягиваясь на мостике, который нависал над водой. Помещение было воистину королевских размеров, — давно я так не позволяла себе отдохнуть, — на мгновение лицо Маэни осветилось почти детским восторгом.
Она была сейчас такой юной, такой.. настоящей. Без оков, условностей, ограничений и шрамов внешнего мира.
— Да, хорошо, — отозвалась я эхом, — никогда в такой огромной ванне.. то есть бассейне не купалось.
— Ради этого стоит выйти замуж за принца, а? — Маэ насмешливо хмыкнула.
Я вяло швырнула в неё мылом.
— Только не за этого. У меня яда на него не хватит.
— У своего священного зверя нацедишь, — хлопнула по воде Маэ, — вот кто всегда готов отравить Тристана!
Я вспомнила злобное ликование Корри и яростное, нечеловеческое желание рвать когтями отступника и убийцу. Что ж. Пожалуй, Маэни была права как никогда.
— И все-таки, — протянула я негромко. Что я знала о любви? Настоящей любви, а не глупой влюбленности, замешанной на манипуляциях и магии? — я не понимаю, как он собирается это провернуть. Шаннер.. — хмыкнула, — ему и так придется столкнуться с огромным давлением. Если у нас всё получится. Если мы.. — даже сейчас я опасалась произнести это вслух. Если императрица и Тристан будут мертвы, как и другие заговорщики, — уничтожим заговор. Не лучше ли ему будет заручиться поддержкой народа? Да и император вряд ли будет в восторге. Я ему не слишком нравлюсь, — хмыкнула, вспоминая нашу недолгую встречу.
— Вот ты и ответила на вопрос, — ухмыльнулась Маэни, — если ты будешь той, кто принесёт процветание и возродит род крылатых, у тебя будет такая популярность и поддержка среди народа, что никто и слова не скажет. Хоть за огра немытого замуж выходи.. ну, это уже крайность, — расхохоталась.
— Мне нужно, чтобы мне дали развод раньше, чем Тристан.. чем всё будет кончено, — процедила сквозь зубы.
— Значит, сначала придется прогуляться и исполнить это быргово пророчество, — пожала плечами Маэни и поднялась, гибкая и ленивая, как дикая кошка.
— Если смотреть на это так — то звучит не как что-то невыполнимое, — мы переглянулись.