Страница 64 из 116
Ярость вытеснила горе и страх. Если это так. Если всё подстроено ради того, чтобы кронпринц раскрыл сознание, то главная цель — это он? А я бесполезная пленница в этом доме, красивая кукла, которой нужно изображать болезнь.
Кулак врезался в стену. Я ошеломленно моргнула, когда обнаружила, что он покрыт металлической гибкой плёнкой, а в стене осталась вмятина.
— Твоя сила питается гневом, — задумчиво кивнул Доргат, — это мне знакомо, — горгул хрипло хихикнул, но я ощущала его тревогу.
— Мы можем заменить меня на Лесту? — Я спросила прежде, чем мысль в голове окончательно оформилась.
— Это было бы сейчас нежелательно, — Грэй тоже нахмурился, — Шаннер просил, чтобы мы оставались здесь. Поместье сейчас охраняет императорская гвардия, нам не стоит светиться.
— Это возможно? — Я выпрямилась, спокойно глядя брату в глаза.
Возникло ощущение, что время утекает сквозь пальцы.
В этот момент откуда-то снаружи раздались громкие выкрики:
— Эй, пустите меня немедленно! Я вас под суд отправлю! Это м-моя жена! Живо! Так вы её охраняете? Видел я вашу газетёнку, всё проморгаете у себя перед носом! — Знакомый звонкий голос звучал нечетко — Тристан явно был не в себе.
Я попятилась было к двери, но замерла.
Нет. Шаннер обещал, что сюда никого не впустят, даже мужа, и я должна ему верить. Я не боялась Тристана. Больше нет. Я боялась того, что он раскроет наши секреты. Зачем он явился? Я ни на секунду не поверила в его заботу.
Ответ гвардейцев мы не слышали.
Через какое-то время Тристан забубнил снова, но его голос звучал всё тише и тише. И, наконец:
— Могу я хоть письмо жене передать⁈ Учтите, я доложу отцу о вашем поведении! — Вот и знакомое мне презрение.
— Я скоро вернусь, — выплюнул мой пока ещё муж. Вслед за этим раздался негромкий шорох гравия.
Я не стала подходить к окну — наоборот, отошла подальше, в угол. Здесь слишком большие окна..
На сердце стало совсем неспокойно.
— Мне нужно вернуться к себе!
Если гвардеец зайдет в дом..
— Сиди спокойно. Маэни заберёт у них письмо и проверит, — рука брата опустилась мне на плечо, — лучше скажи мне, что ты задумала, Аэри? Зачем тебе во дворец?
Я бессильно опустилась на стул. Казалось бы, куда мне лезть и зачем? Недо-магу, недоучке? Но меня гнало вперёд неясное предчувствие, шёпот, уверенность в том, что если я сегодня останусь здесь, в стенах этого дома, то всё будет кончено.
Что всё? Что должно случиться? Я не знала. Магия покалывала иголочками изнутри, и её реакция становилась всё сильнее.
На миг я замерла в объятьях брата. Впитала его тепло, поддержку, уверенность, заботу. Грэй доверился мне. Все они доверились мне, и я не могу их подвести. Гитти.. я отогнала мысль о девушке. Не сейчас. Я никогда её не забуду, но Доргат прав. Сколько ни вини себя, этим делу не поможешь.
— Каррау! Рррр-а! Рыыу-ааа! — Раздался настойчивый вопль.
Я замерла, оглянувшись. Мой чешуйчатый друг сбросил личину кота, представ во всём великолепии. Крылья растопырились, пасть обзавелась дополнительной полоской чешуи, хвост стал длиннее, а сам зверь — выше и увесистее. Сейчас он ничем не напоминал милое домашнее животное — скорее, грозного и опасного хищника. Не котенка, а взрослого зверя.
— Что случилось? Корри?
Мантикора оскалил клыки, подбежал ко мне и ухватил зубами за платье.
— Ты меня куда-то зовешь? Я не могу выйти прямо сейчас, Корри.. — Досада и злость на обстоятельства обожгли.
Мантикор оскалился. Наверное, страшная морда означала не «я вас сейчас убью чуть-чуть не больно», а что-то вроде «хозяюшка когда ты уже научишься понимать меня нормально, а? Эх, что за создание мне досталось!».
А потом меня потянули куда-то в сторону двери — да с такой силой, что я едва не упала.
— Корри, подожди! Корри, ты..
Видение обрушилось на голову внезапно. Перед глазами замелькали картинки. Огромные залы дворца. Суетящиеся люди. Плохо-кровь-вонь-дурная магия. Вслед за этим — картинка тела. Бесформенная, изломанная оболочка. А потом — силуэт девушки, которая протягивает к ней руку. От неё исходит свет, и она что-то ловит рукой.
Это не было диалогом, скорее — осознанием. Как будто кто-то вложил мне в голову мысль.
— Если мы попадём сейчас во дворец, я сумею найти след преступника. Ощутить его с помощью своей силы и Корри, — медленно, словно сама не веря тому, что говорю, произношу, глядя в глаза Грэю.
Брат встревоженно замер рядом.
— Послушай её, — Доргат легко вскочил с места одним танцующим движением, — твоя сестра видит. Знает. Её ведёт Сумрачный.
Сумрачный. Мне всё больше кажется, что нас отвлекают от наших поисков и путешествия намеренно.
— Обычная бумага, — раздался голос Маэни, которая всё это время внимательно изучала письмо Тристана, — никаких заклинаний, зелий, ничего. Содержимое я не читала и не вскрывала — кроме письма там ничего нет.
— Не до него сейчас. И мне абсолютно не интересно, что там мог написать Трис, — я отмахнулась.
Все тело буквально дрожало от призрачного ощущения тревоги. Мы опаздываем. Опаздываем. Скорее. Быстрее. Пожалуйста..
— Грэй, нам нужно обменяться местами с Лестой. Прошу тебя. Если не это, нам нужен кто угодно, кто сможет изображать спящую меня в покоях. Мне нужно во дворец. Немедленно, — произнесла твёрдо.
Я готова была сражаться за своё решение. Я готова была на всё, чтобы выйти из этого дома. В серых глазах Грэйсона бушевала магия. Незнакомый лиловый оттенок заливал белок, придавая брату почти посторонний вид.
Доргат и Маэни замерли каждый на своём месте, готовые в любой момент вмешаться в наше противостояние. Но на чьей стороне?
Глаза в глаза. Дрожь от осознания того, что отступать некуда. Решимость. Хватит. Это моё дело. Моё решение. Мужчина, который мне дорог и девушка, которую я обещала оберегать, но потеряла. Я имею на это право. Я больше не ребёнок. Не юная безголовая девица. Не..
— Хорошо. — Кивнул Грэй. — Леста справится. Других посвящать в наши дела не стоит.
— Я клянусь, что это не моя прихоть и это действительно необходи.. Что? — Не веря своим ушам, уточнила я.
— Я согласен, — ответил Грэй серьезно. Бледное лицо брата на миг осветилось, — я ведь сказал, что ты заставила себя уважать, Аэри. Ты ещё многого не знаешь, бываешь наивной и порой судишь поверхностно, не зная проблемы, но все мы имеем права на ошибку. Ты доказала своё право на самостоятельные решения. Я готов к тебе прислушаться. И пожалуйста, пусть твой кот не вздумает обгадить мой сапог, — добавил он, не меняя серьёзного тона.