Страница 51 из 116
Глава 12 Визит императрицы
Аэри Сорлейн
Лошади имели все шансы взять призовые места в любой скачке. Назад мы неслись на такой скорости, что оставалось только молиться всем богам, чтобы никто не пострадал. Ни мы, ни скакуны, ни случайные прохожие.
К большому поместью, окруженному со всех сторон благоухающим садом, мы подъехали со стороны реки. Там же через небольшую калитку для слуг проникли внутрь. Роскошный экипаж уже стоял у входа, благородные скакуны агрисской породы перебирали ногами, кося лиловыми влажными глазами на кучера в алой ливрее.
Неподалеку скучала охрана — личная гвардия.
Похоже, императрица уже внутри. Значит, счёт идет на минуты. Сомневаюсь, что слуги имеют право надолго задерживать Её Величество.
К горлу на мгновение подкатила тошнота, но волна магии смыла её за долю секунды.
— Леста готова поменяться местами, — кивнул брат, к чему-то прислушиваясь.
На мгновение на его губах вспыхнула и погасла короткая ласковая улыбка. Она сказала мне очень многое. На сердце стало теплее. Грэй. Если он найдёт своё счастье, мне будет капельку легче.
Здесь было целых три черных входа. Для слуг особняка, для приходящих поставщиков продуктов и.. для кого-то ещё. Или просто запасной. Под амулетом невидимости (Рабочий, Аэри! Всё под учёт идёт!) мы проникли в дом. В холле раздавались голоса. Я не стала прислушиваться — голос Хелени Мъярг я бы узнала из тысячи. Сейчас нужно было успеть прокрасться наверх и поменяться местами с эрсой Лестой.
На втором этаже мы чуть не попались. Прямо нам навстречу откуда-то из глубины дома шагнул невысокий неприметный мужчина с острым пустым взглядом.
Брат прошипел что-то злое, невнятное, и буквально вжал меня в стену, закрывая своим телом. И все равно по коже бегали мурашки. Мне казалось, что пространство вокруг идёт рябью, как будто неприметный пытается что-то увидеть. Вот он снова задергал носом, подался вперёд, щурясь. Я почувствовала, как тело брата сотрясла дрожь. На шею мне что-то капнуло. Кровь? Пот?
— Гарх, следовик!
Тот, кто ищет чужую магию?
Лицо Грэя напряглось, белки глаз полопались, красные прожилки сосудов отчетливо пульсировали.
— Мрак, я.. я сейчас не.. не смогу, Аэри.. — Глаза брата стали закатываться.
Мужчина опасно приблизился к нам, и я не могла поручиться, что он не сможет нас пощупать, если проведет рукой по стене.
В груди вскипел гнев.
— Грэй, держись за меня! Слышишь? Только не теряй сознание, лось ты здоровенный, я тебя не удержу! — Прошипела ему на ухо.
Я знала — нас пока не слышат. «Невидимость» была полной. Не осязать. Не обонять. Не слышать. Не видеть. Но ищейка был силён.
— Я стараюсь, — прохрипел брат, всей тяжестью наваливаясь на меня.
Сорлейны не сдаются! Никогда.
Грудь расправить, мозги включить, Аэри Сорлейн.
Я прикусила кончик языка и замерла, вслушиваясь в окружающий мир. Магия следовика ощущалась, как стая липких серых мушек. Он рыскали по коридору, заглядывали во все щели, клеились к невидимому куполу, который окружал нас стеной и буквально.. проедали его насквозь! Ах вы твари!
Раньше я бы ничего не почувствовала. Теперь.. Магия в груди отозвалась неохотно, но бурно. Непокорная, всё ещё не подчинившаяся до конца, она желала взять верх. Желала руководить мной. Врёшь. Не выйдет!
Во рту появился знакомый солоноватый привкус, но я не остановилась. Перед глазами стояло холодное насмешливое лицо. Острый подбородок, умные изменчивые глаза, жестко сжатые в одну линию губы, серебристая волна волос. Он бы никогда не сдался. Я знаю. Я точно знаю. А значит, и я не имею права сдаваться.
Я упрямо сжала зубы. Корри по «легенде» остался у моего брата, поэтому коту нельзя было здесь появляться. Что ж. Тогда у меня оставался один-единственный шанс переломить ход событий.
Я «нырнула» в себя, почти наощупь выуживая тонкую нить, которая связывала меня со священным зверем. Вот она. Обвилась вокруг магического средоточия. Если приглядеться пристальнее, станет ясно, что нить раздваивается. Ведь она ведёт не только к мантикоре, но и к его создателю.
Над ухом натужно захрипел Грэй. Если нас сейчас обнаружат — всё пойдёт прахом. Всё. Я сжала пальцы на плечах брата, пытаясь его удержать.
Едва заметная серая нить вертелась, как уж, не желала даваться, но я оказалась проворнее. Шаг. Второй. Третий. Четвёртый. Подсечка. Ага, попалась! Нить недовольно гудела, трепетала, кусалась, но терпела. И покорилась. Почему я раньше не сообразила, не заметила? Чего теперь голову посыпать пеплом. Нужно действовать. Эта нить — прямой канал сил. Связи с.. не знаю, бог он или нет, но для меня навсегда останется божеством. Энрис. Великий Энрис.
Помоги мне. Наставь меня. Вразуми.
В ответ на мою отчаянную мольбу серая нить налилась силой. Из блёклой, невзрачной, она обратилась в сияющий сталью канат. Синь и сиреневая марь, алые отблески заката и тьма сумерек, жизнь и смерть, льющийся в горло металл и живительная вода. Это не описать словами.
Просто сила.. пришла. Обхватила за плечи, закружила, обняла. И дала знание, как ею управлять. Теперь я контролировала её.
— Дитя.. тебе, во славу.. Я жду тебя.. — мягкий шепот пронесся в разуме ветерком.
Я знаю, что вы ждёте. Я приду, клянусь. Я умею быть верной. И благодарной — тоже умею.
Металл ласковым ядом проник в мои вены. Кто сказал, что эта сила способна только убивать? Кто сказал, что эта сила способна работать только при контакте с материалом? Кто сказал? Не знаете? И не узнаете. Потому что такого правила не существует. Границы придумывают люди. Именитые чародеи в балахонах, надменные маги в костюмах по последнему слову моды, дарования, считающие себя незаменимыми.
Металл есть везде. И в крови — тоже. Особенно у тех же магов. И стоит немного изменить его состав. Стоит усилить его концентрацию в одном месте и убрать из другого, как..
Спина взмокла. Мне казалось, что ещё немного, и я упаду. В глазах потемнело. И в этот момент следака повело. Он выругался, с недоумением посмотрел на кровь из носа, отпечатавшуюся на ладони.
— Гарх, перенапрягся вчера, вот и мерещится всякое, — пробормотал устало.
Мужчине явно было нехорошо. Магические каналы — материя слишком тонкая. И я никогда бы не рискнула играть в «бога», если бы не чужой шепот и полная уверенность, что вот сейчас — получится. И не убить, и пройти по грани срыва, и справиться с тем, что происходит. И выйти из этого победительницей.