Страница 5 из 48
Что-то ярко блеснуло на потолке, привлекая мое внимание и внимание всех собравшихся. Удивленно подняв глаза, я увидела покачивающиеся хрустальные сферы, расположенные в центре каждой из трех ажурных люстр. Изнутри хрусталя что-то светилось фиолетовым светом и шелестело крыльями, издавая едва слышный звон.
Круглые днища сфер отворились, точно дверцы птичьих клеток, и из них стали вылетать крупные сиреневые бабочки. Излучая мягкий свет, они с каждым новым взмахом сбрасывали свою пыльцу, которая, сверкая десятками крошечных огоньков, летела по воздуху и вскоре исчезала, растворяясь в пространстве.
Совершенно завороженная зрелищем, я наблюдала, как эти крылатые существа подлетали к гроздьям сирени, и как только они прикасались к цветам, лепестки тех загорались таким же сиреневым светом. Краем глаза я заметила Фианну, которая, также очарованная этой картиной, даже перестала жевать, оглядываясь по сторонам.
Кисть за кистью вспыхивали яркими огнями, заливая королевские залы оттенками фиолетового света. Все происходило как в сказочном сне. Очень скоро цветки сирени стали испускать из себя светящиеся искорки, которые медленно разлетались по всему тронному залу.
А одна пожилая дама увидела, как бабочка направилась к ее букету из сирени и дельфиниумов, и нерешительно протянула его навстречу. Бабочка, уже привычно опустившись на знакомые цветы, расправила крылья и осветила их магическим светом. В широко распахнутых глазах женщины отразились лиловые огоньки.
— Это просто… потрясающе, — изумленно выдохнула я, оглядываясь по сторонам.
— Никогда прежде я не видел ничего подобного, — прошептал Равендис.
В какой-то миг мы почувствовали, как случайно соприкоснулись спинами. И, встретившись удивленными взглядами, неловко отступили друг от друга.
— Я прошу прощения, леди Серенвинд. Это было крайне невежливо с моей стороны.
— Вы не совершали ничего ужасного, милорд. Мне также следовало смотреть, куда я ступаю…
Я почувствовала себя немного неловко. Никогда прежде мне не доводилось оказываться в ситуации, подобной этой, и я понятия не имела, как следует вести себя с мужчинами. Поэтому, чтобы хоть как-то снять дискомфорт, я раскрыла узорчатый сиреневый веер с белым мехом на конце, и стала неспешно обмахивать им свое покрасневшее лицо.
— Здесь довольно душно. Вам так не кажется?
— Вынужден с Вами согласиться, — улыбнулся Райендейл одними уголками губ, внимательно разглядывая меня с ног до головы.
В его ярких фиолетовых глазах плескалось что-то… что-то хищное. Что-то, с чем я еще не была знакома. И, честно говоря, не горела желанием познакомиться с этим поближе, ведь… мне это не нужно.
Собравшиеся гости завороженно изучали окружающее их пространство и оживленно перешептывались, когда двери тронного зала медленно открылись, звякнув круглыми замками. Мы все разом замолчали. Лиловый свет зала осветил половину коридора, который был абсолютно черным, — как будто освещение отсутствовало не только в тронном зале, но и во всех остальных помещениях дворца.
Стоя у колонны, стражник громко объявил:
— Его Королевское Величество — Сиэдриэль Серенвинд-Арвандаль Второй!
Зазвучала торжественная мелодия, плавно перетекающая от одного музыкального инструмента к другому. Гости с трепетом наблюдали, как в тронный зал входит суровый, но мудрый и справедливый правитель королевства Арвандил.
Его подбородок с белой клинообразной бородой был гордо приподнят, живые фиалковые глаза смотрели только вперед. На прямом, чуть длинноватом носу виднелся едва заметный темно-алый шрам в виде горизонтальной полосы. Твердая походка и идеальная осанка любого заставили бы усомниться в преклонном возрасте моего отца, и лишь мелкие морщины на овальном, чуть осунувшемся лице указывали на старость. Белоснежная мантия с серебряными аграфом и брошью покрывала его широкие плечи, длинные светлые одежды были подвязаны пурпурным поясом, с которого свисало несколько цепочек из белого золота. На голове Сиэдриэля Серенвинд-Арвандаля Второго красовалась корона с сияющими в ней аметистами, а прямые, до плеч, белоснежные волосы были распущены.
Подойдя к постаменту с возвышающимся королевским троном, он остановился и повернулся лицом к гостям. Отец улыбнулся и раскинул руки так, словно хотел обнять всех собравшихся в зале людей.
— Приветствую вас, уважаемые гости и подданные, — начал он, обводя зорким взглядом переполненное помещение. — Сегодня я, правитель королевства Арвандил, Сиэдриэль Серенвинд-Арвандаль Второй, с большим волнением и гордостью в сердце объявляю о коронации своей старшей дочери — Эльрисс Серенвинд, прекрасной и достойной наследницы престола!
Двери тронного зала снова отворились. Свет сияющей сирени осветил мягкие черты лица Эльрисс, вошедшей в наряженное помещение. Сестра была одета в длинное закрытое церемониальное платье аметистового оттенка, тяжелая ткань которого струилась по полу за ее спиной. Серебряные наплечники с выгравированным птичьим клювом и набедренные щитки скрывали хрупкость ее тела от чужих глаз. Правая рука, полностью облаченная в рыцарскую перчатку, ловила волшебный свет на своей поверхности.
Девушка изо всех сил старалась сохранить бесстрастное выражение, но по глазам было видно, что она очень взволнована. Заиграла мелодия, и, неторопливо ступая по сиреневой ковровой дорожке, она двинулась навстречу правителю.
Я почувствовала, как уголки глаз начинают пощипывать от подступающих слез: я, как никто другой, знала, как упорно сестра добивалась этой цели. Она прилежно училась для того, чтобы — когда настанет ее время — занять трон и посвятить себя процветанию Арвандила. Чтобы связать свою душу с королевством, домом наших предков, и отдать сердце народу.
Замерев у пьедестала, девушка с тревогой взглянула на отца: должно быть, в ее глазах сейчас плескались страх и нерешительность. Она раздумывала над тем, как на эту коронацию отреагирует простой народ, примут ли ее люди. И словно отвечая на все ее вопросы, король тепло улыбнулся и кивнул Эльрисс.
Она сомневалась в себе, но он никогда в ней не сомневался, и я тоже.
Сестра слабо улыбнулась, доверившись ему, и грациозно опустилась на одно колено, приложив руку к сердцу.