Страница 42 из 74
Ну, я тоже не лыком шит. Уход в сторону. Контратака! Я почти смог достать его: мой клинок чиркнул Гранта по щеке, но и я сам не смог избежать урона. Его меч прошелся мне по предплечью, рассекая кожу.
Я отступил и, влив немного ледяной стихии в пальцы, провел по ране, замораживая место ранения и кровь. Мой противник, увидев это, удивленно вскинул бровь.
— Может, сдашься? Ты же должен понимать, что не сможешь выиграть, — предложил он мне. — Ты уже и так достойно себя показал.
— Достойно я себя показал или нет, решать только мне, — сухо ответил я ему и рванул вперед.
Брошенные по пути призрачные кинжалы устремились к Гранту, а когда парень рассек их своей техникой, ему пришлось уже иметь дело с веером ледяных осколков. Несмотря на доступ к библиотеке, мой список техник в данный момент весьма скуден. Их нужно было изучать, адаптировать под них тело, а это требовало времени и огромных усилий, даже несмотря на помощь системы, что позволяла мне тренироваться намного больше времени, чем есть часов в сутках.
Парень хмыкнул и встретил мой порыв крайне мощной техникой. В этот раз призрачных воздушных клинков было не несколько десятков, а, скорее, даже сотен. Они налетели на меня словно порыв смертоносного ветра.
[Покров духа]
[Эссенция: 14/68]
Покров оказался сметен, но я тут же восстановил его.
[Покров Духа]
[Эссенция: 10/68]
Благодаря этому я смог прорваться, но при этом получил довольно много мелких ран.
— Сдайся!
— Пошел ты, — осклабился я, в следующий миг уже оказавшись рядом с Грантом.
Мы скрестили наши клинки, и он играючи оттолкнул меня, демонстрируя разницу в силе. И тут же рванул вперед, нанося удар в живот, уклониться я просто не успел. Я рухнул на землю, грудь скрутило от боли, но что такое боль? Ничто!
«Вставай!» — сказал я сам себе и, перевернувшись, начал подниматься. Ран было слишком много, чтобы закрыть их все с помощью льда. Ну и ладно.
Десять тысяч раз были ситуации, когда я хотел сдаться, раствориться в боли, прекратить это бесконечное существование. И каждый раз что-то внутри меня отказывалось. Там, в аду, сдаться — означало потерять себя.
Единственным способом остаться человеком было вставать. Снова и снова, сколько бы раз тебя ни убивали.
Так будет и тут.
* * *
На трибуне истинных учеников царила тишина. Рамиль, сильнейший ученик секты, смотрел на арену, не отрываясь, поражаясь тому, что среди секты есть кто-то с таким воинским духом. Рядом кто-то из младших пробормотал:
— Почему он не сдается? У него же нет и шанса на победу…
— Потому что в нем горит настоящий дух воина, — ответил он. — Такой, о каком многие воины могут только мечтать. И почему мы раньше его не замечали?
* * *
Лейра стояла у самого края, вцепившись в перила. Она видела много боев. Видела, как ученики побеждали и проигрывали, сдавались и бились до последнего. Но чтобы так?
Казалось, что Александр Кейр поставил на этот бой всю свою жизнь и проигрыш значит потерю всего. Она и раньше знала, что он смелый парень, но чтобы настолько? Даже издали было видно, что в его взгляде горело пламя истинного бойца.
Сейчас всё его тело было покрыто множеством ран, арену заливала его горячая кровь. Грант в очередной раз уложил её подопечного на песок, но тот поднимался, словно одержимый.
— Надо остановить бой! — воскликнул кто-то.
Но наставники и не думали. Пусть Александр выглядел плохо и едва стоял на ногах, сам факт, что он не сдавался и желал продолжать бой, говорил о том, что бой ещё не закончен.
* * *
— Подумать только, какие ученики есть в вашей секте, — усмехнулся Василь Фанг, наставник секты Серебряного пламени и наставник Гранта. — В прошлом году вы не демонстрировали столь необычные таланты.
— В прошлом году наши лучшие бойцы уже перешли в ранг истинных учеников, а новая поросль ещё не была готова показать себя, — поглаживая бороду, ответил ему Святорал, заместитель бога Небесного демона.
— Говорят, что этот юноша ещё месяц назад был Пустышкой.
— Да, но кровь бога секты есть кровь бога секты, — с важным видом кивнул ему Святорал. — Талант прорвался через преграды, и вы сами видите результат. За месяц он достиг таких выдающихся результатов, которые другим и за годы не достичь. Что будет через год?
Василь усмехнулся, правда, уже не так радостно. Ведь такие таланты — всегда шанс для одних и большая угроза для других.
* * *
Грант ударил снова, и его противник уже не смог заблокировать этот удар. В нем не осталось Эссенции, и даже защитные техники он больше использовать не мог. Этот парень определенно был слабее его, самое начало этапа Пробуждения. С его началом этапом Укоренения подобные противники не должны были составлять особых проблем и сдавались после первой же минуты сражения. Грант выходил в своей секте одновременно против десятка воинов такой же силы, но этот парень был что-то с чем-то.
Он ухитрялся двигаться и предугадывать удары Гранта. Будь они на равном этапе возвышения, и Ревел не был бы так уверен, что смог бы его одолеть. Совсем не был уверен.
Александр в очередной раз принял удар и отлетел к краю арены. Несколько секунд лежал неподвижно, и наставник уже хотел объявлять победителя, но тут он зашевелился и вновь начал подниматься, залитый кровью, со взглядом зверя, готового биться до самой смерти. Этот парень словно кричал все собравшимся: «Я сдохну, но не сдамся».
— Ты умрешь, если продолжишь! — бросил ему Ривел.
Вместо ответа Александр рыкнул и зловеще осклабился. Сейчас он больше походил на цзянши — ожившего мертвеца, чем на воина.
И напал. Его движения были слабыми, медленными. Парень больше не мог усиливать себя Эссенцией, а множественные повреждения сильно мешали движениям. И тем не менее он словно зомби продолжал биться.
— Тогда я просто тебя вырублю!
Грант рванул навстречу и без труда увернулся от меча Александра, который махал им, скорее, на рефлексах, чем соображая в действительности, что он делает.
Точный удар тупой стороной в затылок опрокинул парня на землю.
— Вот и всё, — выдохнул Грант, намереваясь принять победу, но по тишине, воцарившейся на трибунах, он понял, что ещё не победил.
Когда он повернулся, то увидел, что Александр вновь поднялся.
— Да ты просто безумен… — только и смог выговорить чемпион.