Страница 6 из 86
— Да никто вам не позволит другого, ваша светлость, — с иронией наблюдал я за его попытками оставаться спокойным. — Вы же не сумасшедший, поднять на меня руку. Я вам жизнь спас.
— Мне бы ничего не было от той ловушки.
— В любом случае, вам не позволит этого сделать отец. Весьма мудрый человек.
— Это он еще не знает, во сколько влетит ваш подарок. Тяжба испортит и без того прохладные отношения с бароном вон Кавим.
— Ваш отец действует правильно. Может быть, не выгодно, но правильно и по совести. Вам бы взять пример. — Заложил я руки за спину и чуть поднял подбородок.
И без того я был выше него, а тут еще смотрел с усмешкой. Чем быстрее он сорвется, тем быстрее скажет, что хочет сделать на самом деле.
— Не тебе меня учить…
— И не пытаюсь, ваша светлость. Более того, приношу свои глубочайшие извинения, — изобразил я шутовской поклон. — Вы не крали гравилет, как я к стыду своему подумал.
— Вот еще, что за чушь!..
— Если бы украли, вас бы так не корежило. Ведь найдется он — найдутся и записи.
— Мистер Савой. — С угрозой произнес он. — Я — не стану предпринимать никаких действий против вас. Отец против, вы отметили верно. Но вы оскорбили других благородных…
— Двое из которых даже не знают, что такое платить по долгам.
— Они считают, что вы сжульничали.
— Пусть скажут об этом в суде, — пожал я плечами. — Но я бы предпочел иной вариант.
— Ну? — Буркнул он.
— Два одинаковых гравилета, выбор по монетке, ставка — миллион.
— Со мной тоже полетите? — Заинтересовался младший граф.
— Предложение для всей вашей пятерки.
Асен вон Лаби задумался.
— Они могут согласиться. Я передам. Что касается меня — я хочу, чтобы ставкой было прекращение этих разговоров и слухов. Вы публично откажетесь от обвинений в мой адрес, то же самое сделает ваша девушка.
Ну да, попробуй Эффу заставь молчать. И у меня не получится, да и у него нет шансов. Впрочем, лично мне заставлять не придется.
— А если выиграю?
Тот собрался было порывисто ответить, но удержался и сказал чуть спокойнее.
— Миллион. Как вы и хотели.
— Пусть будет так, — пожал я плечами. — Разумеется, я не стану летать ни с кем, если прежние долги не будут урегулированы.
Заплатите долги и идите к черту. Времени на вас у меня нет, а заставить все равно не сможете.
Впрочем, тогда они действительно разозлятся. Проще погонять еще раз — у кого-то выиграть, кому-то проиграть. Разбить слитный строй недроброжелателей, чтобы часть стала меня защищать — ведь нет чести выиграть у мошенника. А вот у нормального пилота, не хуже многих — уже престижно. В конце концов, они ведь конкурируют внутри гонки — а значит, вывести их на привычное соперничество меж собой окажется несложно. Там и слова мои забудутся — на квалификации, откровенно говоря, я и не знал, кому их говорю. Умысла не было. Была задача — запомниться. Вот, запомнился, на свою голову…
— Мистер Савой, я не могу решать такое за других…
— Тогда продолжайте слушать плевки за своей спиной. — Отметил я подлетевший ко входу черный гравилет. — Всего доброго, ваша светлость.
Да никуда ты не денешься, организуешь. Явно ведь совершил огромную глупость, попытавшись угробить «Пламенеющую» во время заезда. А признать это — страшно, вот и ерзаешь, пытаясь запугать.
Он ведь даже не догадывается, что я, как та улитка, с удовольствием вернусь в свою раковину незаметности, лишь бы никто не дергал — и никаких обвинений выставлять не стану, даже если видеозаписи будут. Договариваться ему надо с Эффой — а поскольку это невозможно, то лучшим выходом станет забрать у него миллион и в качестве широкого жеста пообещать, что лично я не имею ничего против. А с майором Сойер мы расстались, так что дальше сам.
Надеюсь, за два раза у мистера вон Лаби выработается рефлекс, что беспокоить меня — к финансовым потерям.
— Всего доброго, мистер Савой, — хмуро ответил он. — Учтите, мои друзья вас помнят и не простили.
— Девочкам такое свойственно, — кивнул я, заторопившись к гравилету, рядом с которым уже нетерпеливо перетаптывался поверенный.
— Язык вас погубит, мистер Савой. — Донеслось в спину.
— Пока только сплошные прибыли, — пробормотал я, недоуменно пожимая плечами на вопросительный взгляд мистера Шаема.
Мол, понятия не имею, о чем это он.