Страница 81 из 95
Они поднимались так быстро, как позволяла осторожность. Винтовая лестница, казалось, пронзала здание насквозь. Одна за другой сменялись площадки этажей, но ни на одной из них не было двери. После четвёртого витка, неотличимого от предыдущих, внизу раздался глухой удар, и облако пыли медленно поползло вверх.
— Нашли, — мрачно констатировал Кьеран. — Чёрт, слишком быстро!
— Бежим? — с надеждой спросила Иветт.
— Бежим!
И они побежали. Ступени отозвались возмущённым треском, а из досок, словно пули, вылетали гвозди. Они ворвались на пятую лестничную площадку. Далеко внизу послышались удары лап по ступеням. Или это лишь игра воображения, порождённая страхом?
На шестую площадку Иветт влетела, едва живая; каждый вдох отдавался в лёгких острой болью. Наконец-то — дверь! Тихое восклицание радости сорвалось с её губ. В дверном проёме лежал кирпич, не давая двери закрыться. В мгновение ока Кьеран выбил кирпич ногой, толкнул Иветт вперёд и со всей силы захлопнул дверь.
«Слава святым!» — пронеслось в голове у Иветт, когда она услышала щелчок замка.
Только теперь она смогла оглядеться. Наверху раскинулось предрассветное небо, усыпанное бриллиантовой россыпью звёзд. Не чёрное, а тёмно-синее — до рассвета оставалось совсем немного. Они стояли на покрытой шифером крыше, окружённые множеством кирпичных дымоходов. На одном краю высилась почерневшая от старости водонапорная башня, на другом, под слоем плотного брезента, покоилась груда старого хлама.
— Похоже, это и вход, и выход, — произнёс Кьеран, бросив тревожный взгляд на дверь.
В предрассветных сумерках Иветт заметила, что вокруг его глаз пролегли морщинки, похожие на мелкие порезы.
— Может, есть пожарная лестница? — робко предположила она.
Осторожно, боясь сделать лишнее движение, они подошли к краю. Иветт всегда боялась высоты, и сейчас, увидев улицу с высоты десяти этажей, почувствовала, как свело желудок. Вид пожарной лестницы не принёс облегчения: со стены свисал лишь искореженный кусок металла.
— Судя по всему, уже нет…
Дверь, через которую они попали на крышу, находилась в небольшом строении, похожем на будку, и сейчас дрожала от мощных ударов; вряд ли она продержится дольше пары минут. Кто-то яростно крутил ручку.
В тяжёлом, душном воздухе не чувствовалось ни дуновения ветерка. По шее Кьерана стекал пот. У Иветт ломило затылок. Ей вдруг отчаянно захотелось, чтобы пошёл дождь, чтобы он наконец пролился на этот раскалённый мир.
— Иветт, послушай меня внимательно, — произнёс Кьеран. Он стоял чуть поодаль, уперев руки в бока, но затем стремительно приблизился и бережно заключил её лицо в ладони. — Я знаю, это может быть непросто.
— Что непросто, Кьеран? — отозвалась она, чувствуя, как сотни тревожных мыслей роятся в голове. Холод сковал тело.
Он ласково заправил непокорную прядь светлых волос ей за ухо.
— Это… — Он извлёк из кармана кусок сталагмита. Иветт ахнула, мгновенно узнав необычный минерал. — Нигма ведь сказала тебе…
— Нужно извлечь наши метки, да? — с грустью спросила она, хотя уже знала ответ.
— В них всё это время таилась божественная сила, — ответил он. — Первая из Легиона говорила, что наши метки изначально были частью артефакта, создающего оружие.
— Я не хочу тебя терять, Кьеран, — горько прошептала Иветт, протягивая вперёд запястье.
Он нежно обхватил её руку, поднёс к губам и оставил долгий прощальный поцелуй.
— Не потеряешь, цветочек, — прошептал он в ответ. — Ты же знаешь…
В следующее мгновение Кьеран приложил своё запястье к её. Поднёс сталагмит, и сила, прежде заключённая в их метках, вырвалась на свободу, заструившись язычками золотистого пламени. Она перетекала в минерал, преображая его. Могла ли Иветт подумать, что этот ничем не примечательный кусок камня, случайно найденный ею и Мелантой, послужит такой великой цели? С печалью в сердце она наблюдала, как имена стираются с запястий, не оставляя следа.
В руке Кьерана сиял меч небывалой красоты, самый прекрасный из всех, что ей доводилось видеть.
***
Знакомые стены комнаты закружились перед глазами Иветт. Хотя под ногами была твёрдая земля, коварная слабость подкосила её, и она с грохотом рухнула на пол. Подняв взгляд, она увидела Иварта, возвышающегося над ней, словно победитель, король, взирающий на поверженного врага. Ярость буйным потоком вскипела в груди. Рука потянулась к рукояти, пальцы сжались мёртвой хваткой. С трудом поднявшись, она стремительно пересекла комнату.
— Говорил же, меня невозможно убить, сестра, — произнёс Иварт с поразительным спокойствием. Его взгляд, секунду назад отвернувшийся, резко повернулся к ней.
Иветт схватила его за плечо одной рукой, а другой нанесла удар в сердце.
— Ошибаешься, — так же спокойно ответила она, крепко сжимая рукоять. Лезвие, пробив грудную клетку, вошло по самую рукоять.
Ослабив хватку, Иветт отступила от Иварта, который застыл перед ней с немым вопросом в глазах: «Как?»
Последнее, что она увидела, прежде чем покинуть этот ад, — его тело, безжизненной грудой рухнувшее на пол, и всполохи черноты, вырывающиеся из расщелины в груди, заполняющие всё пространство.