Страница 41 из 78
Из боковой двери к нам вышел.. Я ожидала, что это будет седой мастер лет шестидесяти, ан нет, Красильников оказался молод, лет тридцати и приятен внешне: высокий, сухощавый, в рабочем переднике поверх тёмной рубахи, с закатанными рукавами, грубых штанах и стоптанных сапогах. Волосы пшеничные, коротко остриженные, борода аккуратная, глаза светло-голубые и цепкие. Он не спеша вытер руки о тряпку, при этом успев оценить нас троих, после чего, выделив меня взглядом, вежливо поклонился:
— Мирон Данилович Красильников.
— Графиня Александра Николаевна Оболенская.
— Иван предупредил, что вы приедете. Прошу.
Он провёл нас в небольшую комнату при мастерской. Там стоял стол, две лавки и широкий шкаф с образцами дерева. Я подошла поближе, чтобы всё рассмотреть. На полке лежали дощечки с подписями: орех, дуб, ясень, берёза карельская и красное дерево. Некоторые были покрыты лаком, другие просто выстроганы, и приятно матово светились.
Мирон заметил мой взгляд и тактично молчал, пока я всё внимательно не рассмотрела. Удовлетворив своё любопытство, я всё же прошла к столу и положила на него свою папку.
— Мне нужна мебель, часть для жилых комнат, часть для приёмной, и отдельно для моего кабинета. Вещи должны выглядеть достойно, но главное не в украшениях.
— А в чём же? — приподнял светлые брови мужчина.
— В удобстве.
— Обычно дамы начинают с того, чтобы красиво, — ещё внимательнее посмотрел на меня мастер.
— Красиво тоже нужно, — улыбнулась я, вынимая первый эскиз, и, протянув его Мирону, продолжила: — Начнём с кабинета. Письменный стол. Не громоздкая глыба. Вот, поглядите, здесь — большая поверхность, чтобы разложить сразу несколько листов. Слева неглубокие ящики для писем и мелких бумаг. Справа — тумба, под столешницей выдвижная доска.
— Для письма?
— Для дополнительных бумаг. И чтобы можно было их скрыть от любопытных глаз.
Красильников наклонился над чертежом, повёл указательным пальцем по линиям, нахмурился.
— Доска пойдёт на боковых направляющих?
— Да. И с упором, чтобы не выпадала на колени.
— Сделаем.
Я вынула ещё два листа.
— Книжный шкаф. Нижняя часть закрытая, для всего того, что не обязательно держать на виду. Верхняя — за стеклянными дверцами.
Мастер наклонился над рисунком.
— Стекло в переплётах?
— Да. Узкие рамки. Вот здесь три отделения. Среднее шире, боковые уже. Полки переставные. Высоту книг заранее не угадаешь. Сегодня там стоят справочники, завтра альбомы с чертежами.
— Разумно.. — поднял на меня глаза Мирон. — Для такого шкафа я бы взял дуб. В кабинете он будет смотреться надёжно, а стекло облегчит фасад. Если хотите теплее, то можно орех, но выйдет дороже.
— Дуб подойдёт. Только без сильной мрачности.
— Тогда морилку не слишком тёмную. И ручки простые, никаких львиных голов или винограда.
— Вы буквально знаете, чего я хочу, — улыбнулась я.
— Это моя работа, Александра Николаевна, — вежливо прозвучало в ответ.