Страница 44 из 67
Трибуны заорали.
Волк зашёл сбоку. Купол выдержал и его, отбросив зверя кувырком.
Скорпион ударил третьим, и в этот момент стало ясно, чем гнездовой чёрный отличается от обычных зверей. Его массивная клешня легла на защитный купол сверху и медленно, неумолимо пошла вниз.
Розовый купол задрожал, прогнулся и лопнул, как мыльный пузырь.
Дина осела на песок. Золотистые глаза остались открытыми, но лапы дрожали и разъезжались, и она мелко дышала, приоткрыв пасть.
Клешня сомкнулась на краю панциря.
Скорпион без усилий поднял её над песком, перевернул на спину и уронил.
Дина забила лапами в воздухе. Костяной панцирь держал, и жало ходило по нему раз за разом, высекая белые борозды и оставляя на них шипящие чёрные капли. Перевернуться она не могла и визжала — тонко, жалобно, на всю притихшую чашу арены.
Ив стоял за светящейся линией, и на скулах у него ходили желваки.
— Дина, — сказал он. Негромко, но чары арены разнесли это по всей чаше. — Держись. Сейчас.
Внезапно под Ридом загудел песок.
Гул стремительно нарастал, от лап неподвижного кота во все стороны побежали глубокие трещины.
Серый кот на песке перестал биться.
Под его шкурой вспыхнул золотой свет. Тело Рида рванулось вверх, чёрные нити Оков натянулись и одна за другой лопнули. Остатки ядовитой взвеси осыпались пеплом.
Рид встал.
За один вдох он вырос в несколько раз. Мышцы вздулись под шерстью, серый цвет сменился тёмной бронзой с красным отливом, а на загривке поднялся жёсткий гребень. Клыки стали длиннее пальца. Золотой свет залил глаза целиком, скрыв зрачки и белки.
За спиной развернулись три пушистых хвоста.
Они двигались независимо друг от друга, и с их кончиков срывались золотые искры.
— Он разорвал Оковы Чёрного Гнезда? — выдохнул седой зверовод у барьера. — Для этого нужна сила уровня третьей ступени… или древняя родословная!
На трибунах перестали дышать.
— Это же… — просипел кто-то в первом ряду. — У него три хвоста?
— Родословная древнего зверя?
— …
Рид взревел, и звук ударил по трибунам. Пламя факелов легло, песок на арене вздрогнул, а белый волк, чемпион средней категории, сел на задние лапы и обмочился.
А потом бронзовая громада прыгнула.
Рид преодолел расстояние до скорпиона за один удар сердца.
Скорпион едва успел вскинуть клешню. Первый удар бронзовой лапы отшвырнул её в сторону вместе с фонтаном песка. Второй пришёлся по спинной пластине и высек сноп искр. Третий вырвал из сустава ту самую подрубленную ногу.
Тварь ответила. Жало метнулось Риду в плечо, но кот встретил хвост жёстким блоком и вбил его в песок. Клешня щёлкнула у самой морды. Рид отвёл её второй лапой, будто убирал с дороги сухую ветку, и снова обрушился на панцирь.
За его спиной Дина всё ещё барахталась на панцире, скребя воздух короткими лапами. Она жалобно пискнула.
Рид в ответ ударил так, что скорпион ушёл в песок по самое брюхо.
Дина пискнула снова.
Кот прижал уши и оскалился. Три хвоста хлестнули по земле, и с них сорвался веер сверкающих серпов. Они вошли в грудной шов, а Рид следом ударил туда же обеими лапами.
Скорпион щёлкал оставшейся клешнёй и хлестал жалом. Рид отбивал каждый выпад и продолжал методично вколачивать противника в песок. Он работал молча. Каждый писк Дины превращался в новый удар, и зрители в первых рядах невольно отшатнулись от барьера.
Скорпион пятился.
Он пятился впервые за весь вечер, волоча оторванную ногу и щёлкая клешнёй вслепую. Багровые глаза гасли один за другим.
Ещё удар. Ещё серп. Хруст.
Панцирь на груди лопнул по шву, и Рид вогнал в трещину обе передние лапы.
А затем с хрустом развёл их в стороны.
Судья Ковач поспешно отвернулся.
Покончив со скорпионом, Рид замер над развороченным панцирем. С его потускневших хвостов осыпались последние искры. Затем кот медленно повернул голову к волку.
Белый чемпион попытался уползти.
Рид настиг его у стены, одним небрежным движением лапы смял пополам и впечатал в песок. Зверь остался лежать, тяжело дыша, но подниматься больше не пробовал.
Гроза развернулся к коту, наклонив башку и выставив костяной наплечник.
Ударить он не успел.
Сзади поднялся острый ветер — магия орла ударила прямо в медведя.
Со смертью скорпиона чёрные нити на перьях Визиря истлели. Яд ещё жёг каналы, но Оковы больше не парализовывали мышцы.
Визирь стоял на песке, растрёпанный, с потемневшими перьями, и один глаз у него был закрыт. Но крылья снова слушались. Орёл шагнул раз, второй, оттолкнулся и поднялся на два роста, а потом сложил крылья и камнем рухнул медведю на хребет.
Под когтями Визиря костяные пластины медведя проломились.
Гроза упал мордой в песок, дёрнулся и затих.
Визирь сошёл с медвежьей спины, сделал два шага и тяжело завалился на бок. Яд увы никуда не делся и продолжал работать.
Ковач сосчитал до пяти, глядя на бронзовый хронометр, и опустил руку.
— Дом Клейн бойцов не имеет. Победа за домом Винтерскай.
Зрители вскочили с мест.
Люди орали, топали, лезли на барьеры, кидали вверх шляпы и квитки. Через несколько секунд вся арена скандировала:
— Рид! Рид! Ри-и-ид Винтерска-а-ай!