Художник

Аманда

10/2014

But you don’t give a fuck

I play your game and I still suck

I’m your victim and I like it, I like it, I like it

Halflives – Victim

Руки дрожат от ужаса и осознания собственного бессилия и никчемности. Я запускаю их в волосы – стискиваю пальцами, царапаю ногтями кожу и кричу в попытках заткнуть такой навязчивый голос.

Чужой голос.

Однако сегодня он звучит не в голове, а в нескольких дюймах от меня – низкий, шелестящий и чуть хриплый. Я даже не могу сказать, какие чувства он у меня вызывает. Под кожу забираются одновременно желание уничтожить – себя, его и все вокруг, – необъяснимая дрожь и странный зуд. Хочется и заставить его замолчать навсегда, и слушать его вечно.

Сколько же

правильных

вещей он произносит.

Во рту до сих пор стоит навязчивый привкус крови и седативных, какими я сама и напичкала монстра несколько часов назад. Поверить не могу, что прикоснулась к нему

так

. Поцеловала, почувствовав своим языком его, ощутив вкус и запах. Зачем? Я кривлю губы и сплевываю прямо на пол, стараясь избавиться от отвратительного вкуса.

Отвратительно приятного.

«Ты не сможешь остановиться». – А этот голос слышен лишь мне одной, и он прав. Я сама знаю, что не смогу остановиться, даже если захочу. Желания – извращенные, ненормальные, неправильные – забрались так глубоко в сознание, что от них уже не избавиться. Мне нравится слушать голоса, чувствовать власть и смотреть, как искажаются в гримасе боли такие уродливые в других обстоятельствах лица. Мне хочется сделать их прекрасными.

А еще мне нравится ощущать покалывание на самых кончиках пальцев, приятное жжение от прилившей к низу живота крови, головокружение. Рано или поздно я стану настоящим художником и буду распускать цветы. Вовсе не такие, какие рисовала на стенах комнаты собственной кровью, смешанной с акриловой краской.

Я снова захожусь криком и вскакиваю на ноги, едва не сношу небольшой стол с инструментами в порыве злости. Как же я его ненавижу! Нет, не стол – ненавижу поганого монстра, который с такой легкостью меня читает. Видит насквозь, предсказывает желания и считает себя лучше и умнее.

Пальцы бледнеют, когда я крепко стискиваю рукоять складного ножа. На этот раз церемониться точно не стану. У меня все получится. Должно получиться.

– Не сдаешься? – отчего-то улыбается монстр, и эта улыбка, напоминающая оскал готового к прыжку хищника, вызывает дрожь сразу во всем теле.

Что это, черт побери, за чувство и что мне с ним делать? Я хмурюсь и покусываю нижнюю губу, словно пытаюсь задушить остатки сомнений. Не для того я вытащила эту тварь из тюрьмы и притащила сюда, чтобы в последний момент дать слабину. Он умрет здесь и сейчас – неважно, один или вместе со мной.

У него нет права остаться в живых. Так ведь? Наверняка в моих глазах сверкает все та же ненависть, помноженная на нервное – и не только – возбуждение, но вот уверенность уже здорово пошатнулась. Монстр из детства, из моих ночных кошмаров – это вовсе не Марк и не Саманта. Их жизни для меня ничего не значили, они никогда меня не понимали.

Монстр – совсем другое дело. Он понимает даже сейчас.

– Чего ты ждешь, дорогая? Ты же так сильно меня ненавидишь. – От его паскудного шепота хочется сквозь землю провалиться, но я лишь поджимаю губы. Кажется, он прекрасно знает, что делает и зачем. – Заставь меня чувствовать то же, что и ты четыре года назад. Или ты все-таки опираешься совсем на

другие

чувства?

И то, как он произносит слово «чувства», окончательно выбивает меня из колеи. Ненавижу эти неправильные желания, которые раз за разом всплывают наружу. Ненавижу, когда сама не могу себя контролировать. Ненавидеть у меня получается лучше всего. Раз уж ни на что больше я не способна, с этим-то уж точно справлюсь.

Когда я заношу нож, то целюсь прямо в сердце, но попадаю все-таки в правую ладонь монстра – рука соскальзывает в самый последний момент. И в ответ он не произносит ни слова, всего лишь кривится и шипит от боли. Стоит лишь на секунду заглянуть в его бездонные глаза, как становится очевидно: я облажалась, и второго шанса не будет. В его горящем взгляде читаются превосходство и удивительная смесь восхищения, желания и гнева.

Когда монстр сжимает мне горло окровавленной ладонью, я отчетливо понимаю, что упустила возможность расправиться с ним. Навсегда. Пальцы болезненно впиваются в кожу, и я кашляю в попытках вдохнуть хоть немного затхлого воздуха.

Когда он успел освободиться? Неужели я не в состоянии справиться даже с такими мелочами? Нож выскальзывает из ослабевших пальцев и с грохотом ударяется о бетонный пол.

– Мне ничего не стоит закончить начатое. – Голос монстра закрадывается прямиком в сознание, когда он с легкостью приподнимает меня чуть выше, продолжая держать за горло. Перед глазами темнеет, но я все равно не могу отвести от него взгляд. Меня воротит от его гнусной улыбки. Или от недостатка кислорода. – Но это кощунство – разбрасываться таким потенциалом. Я не могу позволить ему пропасть, дорогая.

Ногтями я впиваюсь ему в запястье и чувствую, как под них забивается что-то теплое. Кровь? Кожа? Понятия не имею, насколько успешны мои попытки отбиться, однако я стараюсь.

И не понимаю, о чем говорит монстр: у меня нет никаких талантов, я просто не собираюсь уступать ему и умирать первой.

В нос бьет запах крови, я будто схожу с ума, чувствуя все одновременно: ускользающее буквально сквозь пальцы сознание, назойливый запах, звук его голоса – кажется, он гипнотизирует меня, потому что контролировать себя я уже не в состоянии.

– П… – пытаюсь выговорить я, но меня хватает лишь на пару глухих звуков. Голос хрипит.

– Я сделаю вид, что это «пожалуйста», – ухмыляется монстр, его отвратительно яркие глаза слишком близко.

Мир вокруг угасает, я наверняка потеряю сознание в следующие несколько мгновений. Теперь и впрямь хочется сказать «пожалуйста».

Пожалуйста, еще.

Но монстр ослабляет хватку. Я задыхаюсь и кашляю вновь – на этот раз от ворвавшегося в легкие кислорода, – и почти забываю о тех жутких мыслях, что преследовали меня в последние несколько мгновений. Вместо «пожалуйста» хочется произнести «пошел ты», и, даже кашляя, я не оставляю попыток вырваться из его хватки.

Монстр намного сильнее.

– Пожалуйста, дорогая. – Он смеется надо мной – я слышу это в его голосе, читаю во взгляде.