Страница 30 из 97
– Я не… я все еще не верю… – Она бессильно опустилась на землю. – Он был ко мне так добр, а на самом деле… относился ко мне лишь как к волшебному средству для достижения цели? Принц смотрел на меня и видел только надежду на ее пробуждение… Для него я была просто заменой… Нет, даже заменой это сложно назвать.
Шэнь Ли молчала, не зная, как утешить Сяо Хэ. Тут внезапно заговорил Син Юнь:
– Верно, ты всего лишь волшебное средство. Как по мне, так в их доме для тебя никогда и не было места.
Он произнес это так легко, что Шэнь Ли удивленно покосилась на него. Между тем молодой человек снова открыл рот и выдал нечто еще менее приятное:
– Даже курица ценит свою жалкую жизнь, а тебе, смышленому духу-оборотню, подавно нечего здесь оставаться и ждать, когда тебя сварят.
– Чего это ты в такой момент о курицах заговорил?! – не сдержалась Шэнь Ли.
Сяо Хэ стерла с глаз слезы и долго молчала, а потом наконец-то произнесла:
– Я хочу с ним увидеться… Если уйду, то больше не смогу с ним встретиться. Пусть для него я пустое место, но с того самого момента, как я увидела этот мир, принц стал для меня всем.
Веки девушки начали медленно краснеть. Казалось, перед ее глазами проносились воспоминания.
– Я так старалась стать человеком: училась говорить, запоминала правила, пыталась угодить ему… Все, чтобы быть с ним… не для того, чтобы позволить ему меня убить…
Тяжело вздохнув, Шэнь Ли опустилась на корточки и взглянула на нее.
– Мои слова, возможно, будут жестоки, но ты должна их услышать: принц Жуй с самого начала растил тебя, чтобы после убить – вот в чем вся ценность твоего существования для него. Что бы ты ни делала, как бы ни страдала, его чувств это не изменит, понимаешь?
Она обхватила руками лицо Сяо Хэ и стерла большими пальцами собравшиеся у нее в глазах слезы.
– Поэтому, милая, ради себя самой тебе нужно скорее уйти. Забудь его. Этот мир полон таких замечательных чудес, каких ты и представить себе не можешь.
Стоя позади, Син Юнь молча изучал взглядом Шэнь Ли. Сяо Хэ тоже уставилась на нее потерянным взглядом, а затем опустила голову.
– Вы свободны, а я… – сказала она и вновь замолчала, после чего, зарыв голову меж колен, упрямо продолжила: – Я не согласна. Я хочу спросить его… Неужели за все те дни, что мы провели вместе, не было ни одного мгновения, когда, глядя на меня, он думал только обо мне, а не о спасении супруги?.. Неужели я ни разу не была для него важнее, чем она?
Шэнь Ли с Син Юнем переглянулись.
– Тогда ступай и спроси. Нужно окончательно убить эту надежду, – сказал юноша.
Уголок рта Шэнь Ли дернулся.
«Что тут еще спрашивать? Разве все и так не ясно? Да будь Сяо Хэ хоть во всем лучше той женщины, принц Жуй все равно любит не ее. С чувствами так бывает: как бы сильно ты кого-то ни любил, порой его сердце оказывается уже занято», – подумала она. Однако, видя упорство девчонки, Лазурная Принцесса проглотила просящиеся наружу слова и вместо этого сказала:
– Ладно, пойдем. Только ты останешься в проходе. Син Юнь, ты спрячешь ее за собой, а я уведу принца Жуя. Тогда ты вдоволь сможешь наглядеться на его жену.
Так или иначе, женщина уже была мертва, вряд ли Сяо Хэ могла ей как-то навредить.
Духовная сила Лазурной Принцессы переместила троицу в проход к подземным покоям. Шэнь Ли бросила на Син Юня выразительный взгляд, и тот послушно загородил собой Сяо Хэ, после чего сама Лазурная Принцесса переступила порог комнаты. Принц Жуй по-прежнему сидел на краю постели и безотрывно смотрел на супругу.
– Я расправилась с Сяо Хэ, – обратилась к нему девушка.
Тихие бесстрастные слова отдались в подземелье эхом, и принц замер. Он не обернулся, поэтому Шэнь Ли продолжила:
– Разгневанные духи-оборотни успокоились. Я пришла, чтобы вернуть тебя на поверхность.
Долгое время в комнате царила тишина, пока ее внезапно не нарушил тихий смешок принца и хриплые слова:
– Зачем мне возвращаться? – Он склонился к жене и оставил на ее ледяном лбу осторожный поцелуй. – Е Ши уже не очнется, так какая разница, будет ли жить Чжу Чэнцзинь?
Ладони скрытой в темноте прохода Сяо Хэ сжались в кулаки, ее взгляд окончательно погас.
– Чжу Чэнцзинь жаждал слишком многого: и императорского трона, и военной власти. Е Ши была для меня всего лишь женщиной, не более, и я полагал, что чувств во мне нет. Однако спустя годы оказалось, что любовь к ней давно пропитала все мое существо. Каждый день в течение трех лет я ждал ее пробуждения, и каждый такой день заканчивался разочарованием. Я вложил всю свою надежду в Сяо Хэ… а теперь и она мертва. – Принц горько усмехнулся. – Все было напрасно.
Он поправил волосы Е Ши и добавил:
– Ступайте, я останусь с ней. Больше мне ничего не нужно, больше я никуда не уйду.
Шэнь Ли стояла молча. Слова принца пронизывала безнадежность, вот только если он намеревался покончить с собственным существованием, то Син Юнь… Не успела девушка закончить мысль, как мимо пронеслась розовая тень.
Застигнутая врасплох Шэнь Ли увидела, как Сяо Хэ остановилась прямо перед принцем и влепила тому такую звонкую пощечину, что, казалось, она вложила в нее всю силу.
– Ненавижу! – злобно воскликнула девушка.
Принц Жуй ошеломленно посмотрел на нее, а Сяо Хэ, воспользовавшись всеобщим замешательством, вдруг обернулась белым светом и скользнула в тело Е Ши. На руку принца упала слеза – последняя, что пролила Сяо Хэ. Впрочем, стоило женщине в постели закашлять, как он смахнул каплю, даже не придав тому значения. Взгляд, полный пылающей надежды, устремился к супруге. Сердце Шэнь Ли кольнул холод обиды за Сяо Хэ.
– Глупая девчонка, – тихо вздохнула она.
Казалось, Лазурная Принцесса все еще слышала эхо ее слез, пролитых перед исчезновением. «Почему я? Почему я…»
«Если бы только я не обрела человеческий облик… Если бы не встретила тебя…»
В истории принца и его жены Сяо Хэ просто-напросто оказалась второстепенным персонажем. Так зачем же безрассудно жертвовать собой ради этого человека?
Женщина на постели вдруг разразилась приступом кашля, и глаза принца засияли. От переполнившей его радости он не знал, куда себя деть.
– Е Ши, Е Ши… – шептал он ее имя, пытаясь осторожно поднять с постели. – Подожди немного, я вынесу тебя отсюда. – С супругой на руках принц Жуй торопливо подошел к Шэнь Ли и с тревогой в голосе произнес: – Выход завален. Прошу, помоги.