Туман

Она повернулась к шерифу Галлоуэю, который стоял чуть поодаль, скрестив руки на своей широкой груди. Его лицо под козырьком фуражки было напряжённым и хмурым, как грозовая туча. Он явно не был рад такому вниманию прессы, но понимал, что это неизбежно, и старался держаться с достоинством.

— Шериф Галлоуэй, каковы ваши официальные действия? Что известно на данный момент? Какие меры предпринимаются для обеспечения безопасности жителей Хармони-Крик и окрестных ферм? Есть ли какая-то официальная версия происходящего, или хотя бы предварительные гипотезы?

Арт устало посмотрел на неё, потом на мигающие огни полицейских машин и суетящихся людей. Ему хотелось сейчас одного, чтобы все эти репортёры, зеваки и прочие любопытствующие убрались к чёрту и дали ему спокойно подумать, разобраться в ситуации. Но он был представителем власти, лицом закона в этом округе, и ему приходилось держать марку.

— На данный момент известно очень мало, мэм. Мы оцепили территорию в радиусе… э-э… двухсот ярдов, на наш взгляд, это пока безопасное расстояние. Мы немедленно связались с властями штата, с управлением по чрезвычайным ситуациям в Хелене, с Национальной метеорологической службой, даже с представителями ближайшей военной базы Форт-Харрисон. Пока никто не может дать вразумительного объяснения этому феномену. Ничего подобного ранее не фиксировалось. Специалисты из университета Монтаны, физики и метеорологи, уже выехали, ожидаем их прибытия в ближайшие часы. Возможно, они смогут пролить свет на это… явление.

— А что насчёт опасности для жителей? — не унималась Сара. — Хармони-Крик находится всего в нескольких милях отсюда. Стоит ли людям беспокоиться? Готовиться к возможной эвакуации? Есть ли план на случай, если эта… аномалия начнёт расширяться или двигаться в сторону города?

Арт на мгновение запнулся. Этот вопрос он задавал себе весь вечер, и ответа на него у него не было. Он чувствовал себя капитаном маленького судёнышка, застигнутого в открытом море неведомым, чудовищным штормом.

— На данный момент, повторяю, непосредственной, прямой угрозы для города нет, — твёрдо сказал он, стараясь, чтобы голос звучал как можно увереннее, хотя его взгляд невольно метнулся к туманному столбу, который, казалось, в сгущающихся вечерних сумерках стал ещё больше, ещё ближе, ещё зловещее. — Это явление пока локализовано здесь, на этом поле. Но мы, разумеется, держим ситуацию под постоянным контролем. Мой помощник, офицер О’Мэлли, будет дежурить здесь всю ночь, наблюдая за любыми изменениями. Мы настоятельно просим граждан сохранять спокойствие, не поддаваться панике и слухам, и, ради всего святого, не приближаться к этому месту до выяснения всех обстоятельств. Любая новая, подтверждённая информация будет немедленно доведена до сведения общественности через местные СМИ и радио.

Его слова звучали официально и успокаивающе, как и подобает представителю власти в чрезвычайной ситуации. Но в глубине серых, обычно насмешливых глаз, если присмотреться очень внимательно, можно было прочитать глубокую, почти первобытную тревогу, смешанную с растерянностью и дурным предчувствием. Он смотрел на медленно, гипнотически вращающийся столб тумана, и ему казалось, что он глядит в лицо чему-то древнему, непостижимому, абсолютно чуждому и бесконечно безразличному к человеческой суете, к их страхам и надеждам. Чему-то, что было здесь задолго до того, как первый белый поселенец построил свой скромный дом в долине Флатхед, и что останется здесь ещё долго после того, как последний человек покинет эту землю. И это «что-то» явно не предвещало ничего хорошего. Он чувствовал это каждой клеточкой своего тела, несмотря на весь свой жизненный опыт, прагматизм и врождённый скептицизм. Это было начало чего-то очень, очень плохого. Катастрофы, масштабы которой он пока даже не мог себе представить.