Туман

— Мы фиксируем инфразвук на частотах, которые должны вызывать у людей панику и тошноту, но те, кто был рядом, сообщали лишь о «странном давящем чувстве». Магнитное поле ведёт себя так, будто в центре аномалии находится объект с массой небольшой луны, но гравитационных искажений нет. Это… Это дыра в реальности, сэр. «Слепое пятно», где известные нам законы физики просто не работают. Это потенциальная экзистенциальная угроза, и у нас нет ни единой рабочей гипотезы о её происхождении.

— Роберт, — повернулся к советнику по нацбезопасности глава государства. — Какова ситуация «на земле»?

Кармайкл сложил руки на животе.

— Ситуация паршивая, сэр, и становится хуже с каждым часом. Видео с теми двумя блогерами утекло в сеть. Оно уже по всему миру. Паника нарастает. Периметр осаждают тысячи людей. Там уже образовался стихийный лагерь. Стримеры, сектанты, просто зеваки. Какой-то тип по имени Лео «Искатель» уже объявил себя пророком «новой эры» и собирает последователей. Возник чёрный рынок. Продают воду, еду, места для парковки. Произошло несколько драк со смертельным исходом. Шериф на месте еле справляется. Мои люди докладывают, что китайские и российские спутники-шпионы висят над Монтаной круглосуточно. Весь мир смотрит на нас. И ждёт, что мы будем делать.

Президент откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. В кабинете снова повисла тишина, нарушаемая лишь тихим гулом кондиционера. Он, самый могущественный человек на планете, командующий самой сильной армией и самой передовой наукой, чувствовал себя абсолютно беспомощным. У него не было врага, в которого можно выстрелить. У него не было проблемы, которую можно было бы решить деньгами или приказом. Перед ним имелась лишь холодная, безразличная пустота, выросшая на кукурузном поле в сердце его страны.

— Значит, так, — наконец сказал он, открывая глаза. — Первое. Марк, усилить периметр вдвое. Никто, я повторяю, никто не должен больше к нему приближаться. Применять силу, если потребуется. Развернуть полевые госпитали и фильтрационные пункты для гражданских. Нам нужно взять под контроль хаос.

— Будет исполнено, сэр.

— Второе. Эвелин, соберите лучших. Физиков, математиков, астробиологов. Дайте им всё, что они попросят. Любые ресурсы. Мне не нужны теории, мне нужны варианты. Пусть работают круглосуточно.

— Они уже работают, господин Президент.

— Третье. Роберт, полный информационный локдаун. Классифицировать всё, что связано с «Завесой», как высший уровень государственной тайны. Взять под контроль сотовую связь и интернет в радиусе ста миль. Мне плевать на первую поправку. Мы не можем допустить массовой истерии по всей стране.

— Это будет сложно, сэр. Практически невозможно в наше время.

— Сделайте это возможным, Роберт, — отрезал Президент. — Для этого я вас и держу.

Он встал и подошёл медленно к окну, глядя на ночной Вашингтон. Огни города казались далёкими и нереальными.

— А пока… Пока мы ждём. Мы наблюдаем. И молимся, чтобы эта дрянь не начала расти быстрее.

Никто не понимал, что это такое. Откуда оно взялось и, самое главное, что с этим делать. Мир, каким они его знали, только что сделал резкий, пугающий крен в сторону Неизведанного. И это было только начало.