Эффект Гуру

– Сразу предупреждаю: на каждую запятую в моей статье есть подтверждающий документ.

– Я по другому поводу. Следствию нужна ваша помощь.

Он достал из портфеля папку и неспешно стал расстегивать зиппер. Достав несколько листов, испещренных схемами и надписями, он развернул их на столе.

– Это дело по отравлению известного Вам психолога, – он поднял глаза на Полину, чтобы убедиться, что она поняла о ком пойдёт разговор. – Вот список всех людей, кто был на той встрече.

Полина внимательно посмотрела на раскинутые листы и скептически подняла брови:

– Чем, собственно, я могу помочь? Меня там не было.

– Я знаю. Но вы будете на поминках. И, ко всему прочему, вы лично знаете всех этих людей, – его рука с широкой ладонью описала плавный круг над листами. – Мы очень рассчитываем, что вы сможете задать нужные вопросы некоторым участникам и… верно оценить реакцию на них.

– Типа шпиона в тылу врага? – прищурилась Полина, в её голосе зазвучали нотки азарта.

– Если быть точным, то скорее разведчиком, – охотно пояснил полковник, снова позволив себе лёгкую улыбку. – Вы ведь будете там по поручению официальных органов. Вот если бы действовали в интересах преступника… Ну, скажем, он вас завербовал, вот уже «шпионаж».

– Обожаю такие лингвистические нюансы. Помню, в детстве удивлялась: вот, например, называется «капитан дальнего плавания». Значит, плавает, – Полина забавно изобразила брас, – а вот моряки, между тем, «ходят» в море. Парадокс.

К её удивлению, полицейский легко включился в эту игру:

– «Убить насмерть», «порядочная сволочь»… – не задумываясь, привёл он примеры. – У нас язык такой же парадоксальные как и мы сами.

Помолчав, он снова стало серьезным:

– Ну так что, поможете найти эту «порядочную сволочь», которая «убила насмерть»?

Полина надолго задумалась. Пауза затягивалась, становясь некомфортной. Она почувствовала, что инициатива ускользает и полицейский начинает владеть ситуацией.

Молча он взял из пачки бумаг самую нижнюю. На ней была приклеена маленькая фотография самой Полины. В её глазах мелькнуло не столько удивление, сколько любопытство. Откуда-то из глубины памяти всплыли строчки детского стишка. Она не удержалась и продекламировала их с едкой усмешкой:

– У меня на Вас досье, не отвертитесь, месье.

Собеседник улыбнулся и не стал спорить. Он опустил взгляд на лист и начал читать ровным голосом:

– Привлекают ситуации, где можно блеснуть интеллектом и обаянием. Любит авантюры и часто использует людей как фигуры на своей шахматной доске. – полковник оторвался от текста и внимательно посмотрел на Полину. – Пока всё верно? – затем невозмутимо продолжил,– В кризисной ситуации раскрывается лучше всего. Способна на ходу придумывать роли.

Он положил бумагу на стол и указав на нее жестом подвел итог:

– Качества идеального разведчика.

Полина отреагировала с нескрываемым раздражением:

– Или характеристика для клиента в Ад. – Её голос на этом слове дрогнул.

– Как говорил один наш общий знакомый, – бесстрастно парировал собеседник, – «Не бойтесь своих качеств, а находите правильное их применение».

Полину будто подбросило на стуле. Эта фраза, произнесённая с той самой знакомой интонацией, была как пароль.

– Так вы тоже у него консультировались?!

– Крайне редко. Вы умны и понимаете, почему нам нужен такой как Вы человек.

Полина пристально посмотрела на него и с горьковатой усмешкой проговорила:

– Прям как в том анекдоте: «Как воспитали такого хорошего мальчика?»– «Всё очень просто. Угрозы, шантаж, насилие…»

Полковник широко улыбнулся и подхватил за ней:

– Не забываем и про пряники. Вашим «пряником» может стать место в пуле журналистов серьёзной структуры.