Страница 78 из 309
Несмотря на голод, Коно оставалась удивительно сильной. Ярость и злоба сверкали в ее глазах – ненависть стала лучшей пищей для бывшей целительницы. Она била снова и снова, и Джи едва уходил от ударов. Часть хуков получалось блокировать, но прочие достигали цели. Он не мог ненавидеть ее, у него не было этого волшебного допинга, застилающего глаза и отключающего все ощущения. Вместо него глаза застилала алая пелена боли.
Джи пропустил очередной удар, заставивший покачнуться, и схватил Коно за запястье, дергая на себя. От неожиданности девушка потеряла равновесие, грохнувшись сверху всем весом. Не выпуская ее руки, он свободной ладонью прижал бывшую травницу к себе. В плече будто взорвали крошечную бомбу, но Джи лишь стиснул зубы.
Ее спина была влажной от пота. Лицо блестело, и огромные потемневшие глаза были совсем рядом – так близко, что он мог бы коснуться губами слипшихся ресниц.
И в этих глазах сквозь заполнявшую их черноту вдруг на мгновенье мелькнула синяя искорка – далеким призраком прошлого, отголоском ночи у костра.
Мелькнула – и погасла. Коно рванулась, но Джи держал крепко.
– Ты меня не убьешь, – тихо проговорил он – за секунду до того, как зубы впились в его шею.
В глазах потемнело от боли, но Джи лишь крепче сжал в объятиях худое вздрагивающее тело.
Коно отстранилась. Он понял это по ослабевшему натиску, по мгновенной вспышке, пронзившей горло.
Не в силах вырваться, бывшая травница смотрела на него. Губы, ослепительно-алые от его крови, беззвучно шептали.
Она увидела. Она поняла.
– Эта борьба обречена, – негромко сказал Джи. По шее стекало горячее. – И здесь не может быть победивших. Прости.
Одно движение – и руки, смыкавшие объятия, легли на виски девушки.
– За все.
Она не сопротивлялась. Не пыталась освободиться, ускользнуть, вырваться – за бесконечную секунду, что он произносил эти слова, ни единый мускул не дрогнул в ее хрупком теле.
Джи резко дернул ладонями, и голова Коно мотнулась вбок и назад, запрокидываясь с влажным хрустом. Девушка обмякла, разом став вдесятеро тяжелее, и Джи едва не выпустил ее. Уложил на пол, придержав затылок. Отбросил со лба мокрые волосы и поднялся на колени.
Коно как будто слегка улыбалась. Окрасившая губы кровь тонкими струйками стекала по щекам и подбородку. Единственное движение на застывшем лице.
Джи смотрел в ее угасающие глаза и видел маленькую девочку, чьи аккуратные ручки бережно касались его запястий. Она была права – он опоздал. Опоздал на многие сотни лет, чтобы оплакать ее смерть. Маленькая травница погибла вечность назад – в тот момент, когда ей пришлось бороться за свою жизнь. Горький парадокс бытия…
Теплая капля упала на щеку Коно, но девушка не отреагировала. Глаза, навсегда залитые чернотой, смотрели в бесконечность.
Джи протянул руку и опустил веки убитой, оставляя Коно наедине с ее тьмой.
– Прощай, девочка…