Страница 188 из 309
Там, за стенами лабиринта, эти же самые дома кажутся мертвыми. Но стоит подойти ближе, отыскать путь, заглянуть внутрь – и мнимый холод обернется уютом. Отчужденность станет близостью, непроницаемость – открытостью. Все как с людьми. Надо только отыскать путь…
Я тряхнула головой, возвращаясь мыслями к услышанному от Флекса. Что ж, теперь, по крайней мере, многое стало понятным. Мародеры-поселенцы периодически кошмарят Алву в надежде, что тот уберется вон. Алва, в свою очередь, усиливает охрану, ожидая, что местным рано или поздно надоест. Энергия от работающей станции в Буксе-фьорде идет на защиту базы и, скорее всего, нефтяных полей. Если электростанция перестанет работать, вся тщательно налаженная схема осыплется, как игрушечный костяной домик. А сам Колдун станет легкой добычей для местных, давно точащих на него зубы.
Хуже будет только в том случае, если энергетической монополии Алвы кто-то захочет составить конкуренцию. А сделать это способен только один человек – Тесла.
Волшебник никак не может допустить, чтобы беспроводная передача заработала. Тогда он лишится всего – власти, земли, защиты. Его королевство построено на страхе и взаимном использовании. Он не доверяет нафтерам, и правильно делает: Алва нужен им постольку, поскольку обеспечивает безопасность, больше ничего. А они, вероятно, нужны ему только как поставщики дизеля – ведь у нафтеров своя монополия, никто другой не имеет возможности перегонять сырую нефть в топливо. Без них Колдуну из Буксефьорда придется ходить пешком, и ни о каких поисках Уорденклиффа речи не будет. Но, если нафтеры поймут, что электричество можно брать просто из воздуха, Буксефьорд и вовсе станет лишней переменной… вместе с Колдуном.
Отчасти я даже посочувствовала Алве. Оказаться меж двух огней – мародеров и дизельщиков – ох как непросто. Но, с другой стороны, никто его за уши не тащил. Сам решил стать королем – пусть сам и отдувается.
Когда Флекс вновь заговорил, в его тоне звучала усталость:
– Мы бы, конечно, хотели вернуть все наши земли себе. Но куда нам тягаться с пришлыми? У завоевателей всегда всего больше: ресурсов, людей, поддержки. Они просчиты-ваютходы и планируют свои злые деяния. А мы можем только собирать волю в кулак и бить в ответ. Они не приходят к нам в дом, потому что боятся. Мы приходим к ним, но не способны их победить. Это пат. – Поселенец на миг приостановился. Вздохнул. – И так будет продолжаться, пока не иссякнут чьи-нибудь силы. И я, кажется, знаю чьи.
Последний дом остался позади. За разговором мы вышли к окраине – здесь рукотворный тоннель заканчивался, и впереди расстилалось бескрайнее поле. Чуть правее поодаль стоял самолет – тот самый, на котором прилетели мы. Его серебристые обводы тускло поблескивали. Возле машины суетились двое поселенцев.
Флекс кивнул на самолет:
– Птичку бы убрать со всеобщего обозрения, да, боюсь, не выйдет. Попробуем, конечно, как-нибудь приспособить. Летать она уже не будет, но, может, хоть на что-то еще сгодится. Ребята разбираются.
Будто услышав его слова, один из поселенцев, возившихся с самолетом, обернулся. Порыв ветра стряхнул с его головы капюшон, и на нас уставились пронзительные прищуренные глаза.
– Нанук, – произнес с каким-то гортанным призвуком Флекс. – Один из наших пилотов.
– Он не… – Я неопределенно махнула ладонью перед лицом.
– Нет. – Поселенец качнул головой. – Увы. При управлении самолетом нужны мгновенная реакция и четкое зрение.
– А зачем вы вообще?..
Я не договорила. Но Флекс понял и так.
– Пришельцы с большой земли принесли с собой не только раздор. Они принесли огромное желание сеять страх. И так уж вышло, что я им помог.