Страница 21 из 31
— Мам, зачем она так со мной? Она ведь прекрасно знает, что эта тварь опять напился. Я это сказала, чтобы тебя от проблем уберечь, а ты меня не слышишь...
В дверь позвонили.
— Кто это? — удивилась мама.
— Это Мир, — ответила Лена. — Хотела вас с ним познакомить.
— А ты нас спросила, хотим ли мы знакомиться? — нахмурилась Вика.
— Вика, прекрати, — не выдержала мама.
— Заходи, — пригласила Лена, открывая дверь. — Знакомься: это мама, Ирина Андреевна, моя старшая сестра Вика и племянница Настя, — представила Лена членов семьи, которые столпились в прихожей и с интересом рассматривали гостя.
— А ты нам подарки принёс? — первой отреагировала Настя.
— Настя, — с упрёком сказала бабушка.
Мир протянул ей коробку с пахлавой: — Сестра готовила.
Лена провела гостя на кухню, где уже был накрыт стол.
— А я-то думаю, почему ты так старалась на кухне, — заметила мама.
— Мам, у нас для вас новость. Мы поженились, и я перевелась в Архитектурный в Москве. Я переезжаю жить к Миру.
— А свадьбу зажилили? Или все деньги ушли на серёжки с бриллиантами? — не унималась Вика.
— Свадьба будет. Мы забронировали кафе "Сказка Востока" на следующие выходные. Будем рады, если вы разделите с нами этот торжественный для нас день, — Мир улыбался своей широкой белозубой улыбкой.
— Это уже через неделю? — уточнила мама.
— Да, — кивнула Лена.
— И да, я согласна провести никах, — посмотрела она в глаза Миру.
— Это что еще за никах? — удивилась Вика.
— Это мусульманская свадьба, примерно как ваше венчание, клятва перед Аллахом и людьми. На никахе обязательно должны присутствовать свидетели и родители невесты. Это ведь не будет проблемой? — обратился он к матери Лены.
— Не знаю, у моего бывшего мужа другая семья, — отвела она глаза.
— Я его попрошу, мы с ним общаемся, — удивила Вика.
***
Торжество проходило с восточным колоритом в мечети на Осиновской. Родственники Мира познакомились с Ириной Андреевной и Валентином Александровичем за день до никаха.
— Я прошу у вас руки вашей дочери, — обратился Мир к будущему тестю.
— Я думал, сейчас уже никто так не делает. Хотя, может, у вас свои обычаи. Но если ты мне обещаешь не обижать мою дочь и заботиться о ней, то я даю своё согласие, — с пафосом ответил отец.
— А ещё нам бы хотелось видеть вас завтра на никахе, — продолжил будущий зять. — И хотел спросить, какой размер калыма вы бы хотели получить.
— Так мы вроде бы не продаём невесту, а замуж выдаём, — растерялся отец, переглянувшись с родственниками.
— Я даю вам своё слово, что не обижу вашу дочь и буду заботиться о ней до конца своих дней, — поклялся Мир.
После того как мулла произнёс последние слова проповеди и пожелал молодым счастья, Раяна обняла свою новую родственницу:
— Теперь, Леночка, ты стала частью нашей семьи.
Раяна была в очень красивом легком костюме персикового оттенка. Классическая шелковая блузка с длинным рукавом и длинная юбка из струящегося по фигуре шелка придавали ей элегантности. Светлый хиджаб подчёркивал овал лица. И, да, она была в золоте — по крайней мере, это было торжество, и Лена посчитала все её украшения уместными.
Лена не стала нагромождать на себя множество оборок и рюш: её платье было прямым, элегантным, с небольшим разрезом. В качестве махра она получила ещё один дорогой комплект украшений. Из подруг на свадебном торжестве присутствовала только Ульяна. Родственники произносили тосты, поздравляя молодых. В Москве у Мира, конечно, были друзья, и они тоже приехали его поздравить, но парни были русскими и православными, поэтому в качестве свидетелей не подошли.
— А почему свидетелями могут быть только мусульмане? — спросила мама.
— Такие правила, — пожала плечиками Лена.
— Но ты ведь не приняла ислам, я правильно поняла? А никах всё равно провели.
— Это разрешается, — пояснила дочь.
Вечером Ирина Андреевна помогала Лене собирать чемоданы.
— Не в Америку же уезжаешь, приедешь — в следующий раз остальное заберёшь. Вещи у тебя теперь красивые, дорогие. Не то что раньше, когда мы со старой квартиры переезжали и половину выкинули, — уткнулась она со слезами в Ленину кофточку.
— Мам, ну ты чего, сама же сказала — не в Америку еду. Всё будет хорошо. Приезжай в гости, посмотришь, как мы устроились.
***
Сентябрь 2023 года.
— Ура, за третий курс! За тех, кто не вылетел и остался в нашей обойме, — поднял стакан компота Илья Курбатов. В студенческой столовой стоял привычный гул, но их компания выделялась особенно — громкая, сплочённая, активная.
— Есть предложение забуриться сегодня в "Шеймус", — продолжил он, оглядывая друзей.
— Мы “за”! — дружно откликнулись однокурсники. Первокурсники, сидевшие за соседними столами, с завистью поглядывали на их шумную компанию.
— А вы заметили, что Лены Томиловой нет? — спросил Заяц, словно только сейчас осознав её отсутствие.
Ульяна чуть поёжилась, будто ей не хотелось говорить вслух то, что по сути и так все уже многие знали. “Расстроились, что списывать не у кого будет”.
— Она вышла замуж за москвича и перевелась в Московский архитектурный.
В этот момент Илья по-хозяйски обнял Анну, и спросил:
— Я что-то не вижу твоей подруги.
— Она перевелась на заочное и устроилась работать в наше Бюро. Её мама туда устроила.
— Что случилось?
— Она собралась разводится с мужем.
— Не повезло, но она ведь его сама выбрала. Стоило лучше смотреть, за кого выходишь замуж, — Илья чмокнул Аню в висок, но она не ответила на его улыбку.
— Там проблема в том, что муж угрожает у неё ребёнка отобрать. В общем, бракоразводный процесс скорее всего будет долгим, — добавила Аня, и в этот момент ей вдруг стало тяжело от того, как быстро взрослеют их разговоры.
В этот момент зазвонил звонок, возвещая о начале пар. Илья встал, протянул Ане руку:
— Всё, пора на пары.
— Сама галантность, — пошутила она, позволяя себе на мгновение забыть о тревогах.
***
Пары пролетели незаметно — мысли Ани то и дело возвращались к разговору за обедом. Она ловила себя на том, что почти не слушает преподавателя, а в голове крутятся чужие проблемы, чужая боль.
После последней пары Илья догнал её у выхода.
— Ань, я вечером за тобой заеду в 20:00, мы собирались в "Шеймус", — напомнил он, заглядывая ей в глаза.