Страница 44 из 77
— Твою мать! — заорал я сквозь звон в ушах, пребывая в легкой контузии от выстрела. — Кажется, ты его зашиб насмерть!
Степан наклонился над распластанным телом, прижал два пальца к сонной артерии на шее и спокойно констатировал:
— Живой. Но в глубоком ауте.
Он выпрямился, ухватился за край тяжелой дверцы, открыл сейф полностью и с искренним удивлением присвистнул:
— Да ты только посмотри на это…
Я заглянул внутрь через его плечо и обомлел. В оружейном отсеке стояли еще два богато украшенных охотничьих ружья. А на нижних полках возвышалась целая гора денег. Они были уложены идеальными, плотными банковскими пачками. Я потянулся и взял несколько штук — там были и банковские пачки новеньких рублей, и стянутые резинками доллары.
— Как думаешь… — спросил я, — это всё… только за наш сахар?
— А какая разница? — пожал плечами Степан.
Он поднял с пола помповик, из которого стрелял Фильчев, и резким движением дернул цевье. Стреляная гильза со звоном отлетела в сторону.
— Найди что-нибудь, куда мы можем всё это богатство переложить, — скомандовал бывший опер. — А я пока нашего Рокфеллера посторожу. Чтобы снова не расшалился.
Я кивнул и выскочил из оружейки. Залетел в соседнюю дверь — оказался в рабочем кабинете. Не то. Бросился к следующей двери и попал в огромную гардеробную.
Я замер, ошарашенно озираясь. Бесконечные вешалки. Десятки костюмов, ряды плащей, пальто, и даже две шубы до пят, явно мужского кроя. Господи, зачем одному человеку, живущему бобылем, столько одежды? Он ее что, один раз надевает, а потом выкидывает? Отбросив лишние мысли, я принялся рыться в нишах, пока не наткнулся на то, что искал — здоровенный импортный чемодан на колесиках.
Я выкатил его в комнату с сейфом, и мы со Степаном принялись за работу. У нас ушло минут пять, чтобы перегрузить всё содержимое полок в чемодан. Денег было столько, что крышка в итоге закрылась с трудом — мне пришлось навалиться на нее коленом, пока Степан защелкивал замки.
К этому моменту Фильчев с тихим стоном пришел в себя. Он заморгал, держась за окровавленный затылок, мутным взглядом обвел комнату и уставился на распахнутый, абсолютно пустой сейф.
— Нет, Валера, ты всё-таки очень неумный человек, — назидательно произнес Степан, глядя на него сверху вниз. — Если бы ты не попытался нас убить, мы бы взяли только свое, за сахар, и спокойно ушли. Но ты всё испортил.
— Вы… вы — воры! — прохрипел Фильчев, с трудом садясь на полу. Глаза его наполнились слезами бессильной ярости. — Вы… бандиты!
— Мы забираем всё, — отрезал Степан. На его плече уже висели все три ружья. — У тебя ведь хватит мозгов не звонить в милицию, Валера?
Фильчев перевел взгляд на стволы, посмотрел на туго набитый чемодан и обреченно, раздавленно кивнул.
— И это правильное решение, — похвалил его Степан. — Потому что ты в жизни ни одному следователю не объяснишь, откуда у скромного замначальника станции в сейфе лежало столько наличности. Да и дом этот из калиброванной лиственницы у ОБХСС тоже вызовет массу интересных вопросов.
Степан крутнулся на каблуках и, не прощаясь, зашагал прочь, волоча за собой тяжеленный чемодан.
Я задержался на секунду. Подошел к убитому горем чиновнику и участливо похлопал его по плечу:
— Не переживайте вы так, Валерий Борисович. Вы человек талантливый, при должности. Еще заработаете. Только попробуйте в следующий раз работать не так топорно. И людей поменьше бейте. И всё у вас обязательно получится.
Я оставил его переваривать эту мысль и поспешил вслед за напарником.
Выехав из элитного дачного поселка и проехав несколько километров по темной трассе, «Волга» притормозила на небольшом мосту через реку. Степан молча вышел, открыл багажник, достал ружья и по одному сбросил их в воду.
Затем он сел обратно за руль и завел двигатель.
— Зачем⁈ — искренне возмутился я, глядя на него круглыми глазами. — Мне же казалось, эти стволы тебе очень понравились! Да и стоят наверное немало!
— Да, стволы были шикарные, — спокойно согласился Степан, выруливая на трассу. — Но ты хоть на секунду головой подумал? Там же на каждом номера выбиты. Нам с тобой, Олег, надо работать вчистую.
— Вчистую⁈ — я почувствовал, как у меня начинает ехать крыша от его логики. — Ты сейчас на полном серьезе говоришь мне, что надо работать вчистую⁈ Да ты же сегодня Клеща в подвале чуть не застрелил! А Фильчева мы только что до нитки выставили, ограбив как заправские налетчики!
— С ними — так можно, — невозмутимо ответил Степан.
— Но почему⁈ — я попытался нащупать хоть какую-то юридическую или моральную опору в этом безумии.
Степан медленно повернул ко мне голову. Он посмотрел на меня с таким искренним, неподдельным удивлением, словно я только что спросил у него, почему вода мокрая.
— Потому что они — нелюди, Олег. А с нелюдями по-человечески нельзя.