Страница 29 из 77
Глава 10
Опорный пункт милиции встретил нас особой атмосферой казенной тоски. За стареньким столом сидел уставший участковый в звании старшего лейтенанта и неторопливо заполнял какие-то бланки.
Степан зашел первым и негромко произнес:
— Мир дому сему.
Участковый поднял красные от недосыпа глаза, мазнул по нам равнодушным взглядом и буркнул:
— Прием граждан по вторникам и четвергам. С заявлением идите в дежурку.
— А мы не граждане, коллега. И не с жалобами, — Степан подошел к столу и плавным движением поставил на потрескавшийся пластик бутылку заграничной водки. Рядом легла запечатанная пачка «Мальборо», из-под которой недвусмысленно выглядывал уголок купюры.
Взгляд лейтенанта мгновенно сфокусировался. Он накрыл пачку ладонью, сдвинул ее вместе с купюрой в ящик стола. Туда же перекочевала и водка.
— Слушаю внимательно. Коллеги.
— Я бывший из областного УГРО, — Степан говорил тихо, на одной волне с участковым, — а это Олег. Он представляет людей из Белгорода.
Я сделал лицо кирпичом и молча кивнул, изображая белгородского решалу.
— У Олега в Туле проблемка нарисовалась, — продолжил Степан. — Вчера вечером на твоей земле, в промзоне за старым депо, их коммерсанта чуть на запчасти не разобрали. И вагон сахара испарился.
Лейтенант напрягся:
— Заявлений по факту разбоя не поступало. А если и поступит — это не мой уровень, это к следователям.
— Да расслабься, лейтенант, — Степан примирительно поднял руки. — Никто заявлений писать не будет. Нам волокита не нужна, а тебе лишний «висяк» по тяжким телесным статистику не испортит. Мы люди деловые, сами разберемся. Нам от тебя нужна только одна малость: чьи быки пасутся на той старой базе? Кто там стрелки забивает?
Участковый задумчиво потер небритый подбородок, явно прикидывая риски.
— Стрельбы на моем участке не будет? Мне жмурики на территории не нужны.
— Слово офицера, — твердо сказал Степан. — Мы придем тихо, пообщаемся, заберем свое и уйдем. Говорю же, мы не за кровью, мы за сахаром.
Лейтенант тяжело вздохнул, признавая логику, и достал из кармана мятую пачку дешевых сигарет.
— Промзону эту, где автобаза, держит небольшая, но борзая бригада. Местная шпана, в основном бывшие боксеры из ПТУ. Они там в подвале качалку оборудовали, там же и трутся постоянно.
— Кто рулит? — коротко бросил Степан.
— Кликуха — Клещ. В миру Вадик Зимин. Отморозок редкостный, мозгов нет, одни мышцы, — участковый черкнул спичкой. — Но есть нюанс, мужики. Клещ и его стая — это не самостоятельные игроки. Они мелковаты, чтобы вагоны с сахаром самим воровать и реализовывать. Они работают как цепные псы по вызову. Если они вашего коммерсанта там прессанули, значит, им сверху кто-то команду дал.
— Отлично. Адрес качалки скажешь? — Степан уже получил всё, что хотел.
Лейтенант быстро набросал на клочке бумаги схему проезда и протянул Степану.
— Третий бокс от въездных ворот. И это… Белгороду привет.
Ехать и выяснять отношения с Клещом мы совершенно не торопились. Есть его адресок — ну и чудно. Пусть этот деятель пока сидит ровно, пьет пиво, бьет грушу и думает, что всё идет по его плану. У нас не было задачи положить уличную пехоту, нам нужна была голова этой схемы.
Степан припарковал свою «Волгу» у ближайшего уличного таксофона с разбитым козырьком. Вышел в промозглый весенний воздух, похлопал по карманам в поисках мелочи и набрал номер нашего офиса.
Дело в том, что когда мы уезжали, то посадили Гарика на телефонный обзвон. Легенда у него была простая: владелец кондитерского цеха срочно ищет большую партию сахара за наличку. Желательно подешевле и, естественно, можно без официальных накладных. Расчет Степана был точен: гигантская гора украденного песка не могла просто раствориться в воздухе. Клещ и железнодорожники должны были быстро сбросить ее оптовикам, чтобы превратить товар в живые деньги.
Я наблюдал через стекло, как бывший опер коротко бросает слова в трубку, хмурится, затем удовлетворенно кивает. Он достал из внутреннего кармана куртки блокнот, что-то быстро туда чиркнул, бросил трубку на рычаг и вернулся в машину.
Хлопнула дверца. Степан повернулся ко мне и уверенно скомандовал:
— Поехали.
Он лихо вывернул руль, встраиваясь в жидкий городской поток, и довольно усмехнулся:
— Ну всё, дело сделано. Наш «кондитер» нашел свое сладкое.
— Клюнули? — оживился я.
— А то! — Степан с хрустом воткнул третью передачу. — Гарик вызвонил одного оптовика на торговой базе. Тот как раз сейчас срочно сливает огромную партию сахара. Без документов, за черный нал и дешево. Наш парень договорился о встрече якобы для закупа, взял точный адрес и номер контейнера.
— Красиво, — искренне оценил я. — И каков теперь план?
— Классика жанра, Олег, — бывший опер плотоядно улыбнулся, глядя на дорогу. — Сейчас приедем на эту базу. Зайдем в гости. И очень вежливо, но крайне убедительно надавим на этого продавца. Барыги — народ пугливый, им лишние проблемы ни к чему, они только прибыль считать любят. Чуть-чуть прижмем его к ногтю, обрисуем перспективы статьи за скупку краденого, и он сам, как миленький, сдаст нам того, кто ему этот сахар привез.
Я понимающе кивнул, достраивая в голове эту изящную логическую цепочку:
— А привез ему товар тот самый теневой организатор.
— Именно! — подтвердил Степан. — Человек, у которого есть прямой доступ к товарным станциям, вагонам и тупикам. Вот тебе и готовый человечек от железной дороги. Прямо на блюдечке.
— Элегантно, — я одобрительно покачал головой.
Мы припарковали «Волгу» за квартал до въездных ворот и дальше пошли пешком, хлюпая ботинками по грязной весенней жиже. Оптовая продуктовая база, раскинувшаяся на окраине города, жила своей суетливой, шумной и невероятно сытой жизнью.
Это был бесконечный лабиринт из длинных рядов поржавевших двадцатифутовых морских контейнеров, обшарпанных кирпичных складов и железных ангаров. Между ними, надрывно ревя моторами и обдавая нас сизым дизельным выхлопом, протискивались груженые под завязку «ЗиЛы» и «КамАЗы». Я шел следом за Степаном, ловко уворачиваясь от снующих навстречу тележек, вертел головой по сторонам и не переставал удивляться.