Страница 164 из 273
– Какое это имеет значение? – вскричала леди Каролина.
– Ты поступил совершенно правильно, Перси. Нет, что за нахалы! Трогают людей руками! Скажи, каков этот человек?
– На вид – самый обычный. По правде говоря, мне запомнилось только, что он чисто выбрит. Не понимаю, как Мод могла потерять голову. По-моему, никакого обаяния, – сказал лорд Бэлфер несколько нелогично. И сам Аполлон вряд ли понравится тому, с кого он сбил любимую шляпу.
– Скорее всего, тот самый человек.
– Конечно, кто ж еще! Ну подумай: он – американец. А человек из Уэльса вроде бы тоже американец.
Наступило тяжелое молчание. Перси уставился в пол. Леди Каролина тяжело дышала. Чувствуя, что от него чего-то ждут, лорд Маршмортон произнес: «Ой, Господи!» – и серьезно уставился на чучело совы. Тут появились Мод и Реджи.
– Ну-ну, ну-ну, ну-ну, – беззаботно сказал Реджи. Он всегда верил в то, что разговор надо начинать так, чтобы собеседник сразу почувствовал себя уютно. – Ну-ну, ну-ну!
Мод вся напряглась, как перед схваткой.
– Здравствуй, Перси, здравствуй, дорогой, – сказала она, встречая укоряющий взгляд брата с тем совершенным самообладанием, которое возможно только при совершенно нечистой совести. – Что это за слухи? Ты стал бичом Лондона? Реджи говорит, полицейские выныривают из люков, только завидят тебя.
Ледяная атмосфера обескуражила бы менее мужественную девушку. Леди Каролина поднялась и смотрела сурово. Перси пыхтел всей своей измученной душой. Лорд Маршмортон, чьи мысли уже унеслись в розовый питомник, сосредоточился и старался выглядеть грозно. Мод не стала дожидаться ответа. Она являла чарующую картину английской девичьей юности; и у ее брата едва не выступила пена изо рта.
– Папа, миленький, – сказала она, любовно беря его за пуговицу, – я набрала утром восемьдесят три. Попала в длинную лунку за четыре приема. Одно очко не добрала до рекорда, в жизни так не играла.
– Ой, Господи, – слабо произнес лорд Маршмортон, не сводя осторожного взгляда с сестры и похлопывая дочь по плечу.
– Сначала я выдала классический удар, прямо на середину дорожки. Потом взяла медяшку и запустила прямо на границу поля. Сто восемьдесят ярдов, до дюйма. Потом…
Леди Каролина, которая не была поклонницей древней аристократической игры, перебила рассказчицу:
– Нам неинтересно, что ты делала утром. Скажи лучше, что ты делала вчера во второй половине дня.
– Да, – сказал лорд Маршмортон. – Где ты была вчера во второй половине дня?
Мод поглядела на них взглядом маленькой девочки, которая даже и не пыталась сделать что-нибудь недостойное за всю свою небольшую жизнь.
– А что такое?
– Что ты делала на Пиккадилли? – спросила леди Каролина.
– Пиккадилли? Где Перси дерется с полицейскими? Не понимаю.
Леди Каролина была плохим охотником. Она задала один из тех прямых вопросов, на которые можно ответить только «да» или «нет», чего в полемике допускать нельзя, как нельзя стрелять по сидящим птицам.
– Ездила ты вчера в Лондон?
Чудовищная нечестность такого метода уязвила Мод. С самого детства она придерживалась расхожего женского взгляда на Прямую Ложь. Пока речь шла о недоговаривании, она не была чересчур щепетильна. Но намеренной лжи она не терпела. Из двух зол она выбирала то, которое, по крайней мере, не лишит уважения к себе.
– Ездила.
Леди Каролина посмотрела на лорда Маршмортона. Лорд Маршмортон посмотрел на леди Каролину.
– Чтобы встретиться со своим ничтожеством?
– Да.
Реджи Бинг попытался тихонько выскользнуть из комнаты. Он печально наблюдал тяжелую сцену, переминаясь с ноги на ногу, играя пуговицами пальто.
– Не уходи, Реджи, – сказал лорд Маршмортон.
– Э-э, то есть это… семейная сцена, в общем… вы меня понимаете… надо кое-что сделать…
Он исчез. Лорд Бэлфер нахмурился как туча.
– Значит, это и есть тот человек, который сбил с меня шляпу?
– Что ты хочешь сказать? – спросила леди Каролина. – Сбил с тебя шляпу? Ты ничего не говорил о шляпах.
– Я хотел заглянуть в машину, ухватился за ручку, и тут он ударил по моей шляпе. Она слетела. Пока я ее поднимал, он уехал.
– Кх! – взорвался лорд Маршмортон. – Кх, кх, кх! – Высшим напряжением воли он состроил маску негодования.
– Надо было потребовать, чтобы его арестовали, – твердо сказал он. – Технически говоря, это нападение.
– Человек, который сбил с тебя шляпу. Перси, – сказала Мод, – это не… Это совсем другой человек. Незнакомый.
– Как будто ты могла ехать в такси с незнакомцем! – едко сказала леди Каролина. – Надеюсь, есть пределы даже твоему легкомыслию.
Лорд Маршмортон прокашлялся. Ему было жалко Мод. Он любил ее.
– Э-э, если посмотреть широко…
– Помолчи, – сказала леди Каролина.
Лорд Маршмортон стушевался.
– Я старалась избежать встречи с тобой, – сказала Мод, – и прыгнула в первое попавшееся такси.
– Не верю, – сказал Перси.
– Это правда.
– Ты просто пытаешься сбить нас со следа.
Леди Каролина повернулась к Мод, выглядевшей при этом как мученик на дыбе, который дерзает подать застенчивую жалобу, в то же время боясь, как бы не оскорбить в лучших чувствах своих палачей.
– Почему ты не хочешь проявить благоразумие? Почему ты не хочешь послушаться тех, кто старше и мудрее тебя?
– Совершенно точно, – сказал лорд Бэлфер.
– Все это – полная чепуха.
– Совершенно точно, – сказал лорд Бэлфер.
Леди Каролина раздраженно повернулась к нему.
– Пожалуйста, не перебивай! Ну вот, из-за тебя я забыла, что хотела сказать.
– По-моему, – сказал лорд Маршмортон, снова показываясь на поверхности, – в таком деле надо…
– Прошу тебя, – сказала леди Каролина, – помолчи.
Лорд Маршмортон возобновил молчаливое общение с набитой опилками птицей.
– Любить не запретишь, тетя Каролина, – сказала Мод.
– Почему же? Если есть разумный человек, который…
Лорд Маршмортон оторвался от совы.
– А вот, когда я был в Оксфорде, – словоохотливо сказал он, – я вообразил, что влюблен в девицу из табачной лавки. Безнадежно, заметьте. Жениться хотел. Помню, бедный мой отец забрал меня из Оксфорда и держал здесь, в Бэлфере. Да, под замком. Я был чертовски расстроен, хорошо помню. – Он углубился в славное прошлое. – Как же ее звали, хотел бы я знать? Странно, что не помнишь имен. У нее были каштановые волосы и родинка на подбородке. Я еще целовал…