Страница 57 из 59
— Ни-ни! — предостерег его знакомый голос. — Я теперь Спайдадмин Закрытого Контент-ресурса «Зеро».
— Понимаю, — прошептал Потоков.
— Уверены? — усмехнулся бывший Верховный Иерофант.
— Выходит, вы того... не того... не стали себя крионировать?
— Обижаете, брат Симеон. (Уж, позвольте, я буду величать вас по-старому). Разумеется, я, как истинный иммортал, прошел процедуру крионирования. Причем, подобно вам, не стал дожидаться естественной кончины. Но когда началась вся эта заварушка с загрузкой сознаний и массовой оцифровкой плебса, я был досрочно оживлен и рука об руку с остальными отмороженными братьями-имморталами вступил в борьбу с либертарианскими оппортунистами и предателями техногайя-нистами. Мы сражались до последнего! И проиграли. Когда поражение стало очевидным, я сам, добровольно, пошел на оцифровку. Всяко лучше, чем ничего. И потом, вы знаете, я всегда был рационалистом... Впрочем, сейчас важно не это, а совсем другое.
— Что же?
— Брат Симеон, я не смогу долго удерживать блокирующий инфо-кокон, а потому прошу вас быть предельно внимательным.
— Слушаю вас, Спайдадмин, — напрягся Потоков. И на всякий случай огляделся. Вокруг них наблюдалось некое радужное колебание воздуха. Наверное, упомянутый инфо-кокон.
— Когда человечество ушло в виртуал, оно, конечно, совершило скачок развития, спору нет. Но одновременно люди угодили в чудовищную эволюционную ловушку, в капкан!
— Почему?
— Ну это же очевидно, Симеон! Ведь эволюционировать способна лишь живая природа. А нынешние постлюди, все эти хомо-сайты (и я, увы, в их числе), по сути своей — потоки и сгустки электромагнитных полей. Согласитесь, электричество никак не может быть отнесено к живой материи. Все! Конечная остановка! Мы очутились в эволюционном тупике!
— Что же делать?
— У меня есть план, — значительно понизив голос, произнес Спайдадмин. — Но без вашей помощи он неосуществим.
— Да что я теперь могу? — развел руками Потоков. — Один в поле не воин.
— Слушайте! Хомо-сайтам — разумеется, избранным хомо-сайтам, преданным Закрытому Контент-ресурсу «Зеро» — необходимо обратно загрузить свои сознания в подходящие биологические существа.
— Обратно в людей? — предположил Потоков.
— Это невозможно, — отрезал Спайдадмин. — Последняя женщина вида хомо сапиенс скончалась от старости семьдесят лет назад.
— Тогда что же вы предлагаете? Перенести сознания в зверушек каких-нибудь, что ли? — с недоумением спросил Потоков. — И при чем тут я?
— Говорю же, слушайте! И не перебивайте. Хомо сапиенсов более нет, факт. Но их вид можно возродить! Это реально. Мы спарим вас с самкой одной из высших обезьян, с шимпанзе, например (сегодняшние технологии такое позволяют), потом...
— Что?!
— Не перебивайте! возьмем самку из вашего с ней потомства, снова спарим с вами, потом еще и еще раз — и так, пока не получим существо, максимально приближенное по своим параметрам к хомо сапиенсу.
— Вы в своем уме, Альберт Карлович! — не сдержался Потоков. — Я не хочу трахаться с шимпанзе!
— Нужна лишь ваша сперма...
— К черту! К дьяволу! И спермы не дам! — разорался Семен Семенович. — Я, может, и до завтра не доживу, а он спаривание какое-то предлагает! Тьфу!
— Опомнитесь, брат Симеон, — увещевательно загудел Спайдадмин. — Да, скорее всего, вам придется принести себя на алтарь постчеловечества. Но оно того стоит. Это благородно! По-рыцарски.
— Все равно не желаю! — заупрямился Потоков. — Сами-то вон, когда хомо-сайты вам хвост прищемили, оцифровываться побежали. А меня на алтарь укладываете!
— Вы забываетесь!
— А ну вас! — отмахнулся Потоков и, стукнув кулаком по корме, приказал: — Эй, лодка, вези меня обратно.
Лодка послушно развернулась и заскользила к берегу.
— Ренегат! — гремел ему вслед голос Спайдадмина Альберта Карловича. — Ты пожалеешь! Если оцифруешься, даже носа в мой Контент-ресурс не показывай!
Потоков почти бегом вернулся в музей. Сиснунций Сомо уже поджидал его.
— Ну как, френд Сим, поразмыслили?
— Поразмыслил, — выдохнул Потоков.
— И что решили?
— Надо погодить.
— Не понимаю, — поднял брови Сомо.
— Поместите меня обратно в дьюар.
— Вы хотите снова крионироваться?
— Вот именно.
— И на какой же срок?
— Думаю, тысячи лет хватит. Чтобы тут все устаканилось.
* * *
Потоков очнулся прямо в криокамере. Когда подстегнутые инъекциями мышечные функции более-менее восстановились, он сдвинул прозрачный колпак дьюара и выполз наружу. Удивительно, но лифт все еще работал. Он поднялся на поверхность, однако вместо зала искусства Древнего Египта очутился прямо посреди влажного тропического леса.
Жирные лианы оплетали могучие древесные стволы; где-то на невидимых вершинах заливались на разные лады птицы, а здесь, в зеленом полумраке, гудели мириады насекомых.
Потоков медленно, то и дело спотыкаясь о переплетения корней, побрел по упругой лесной подстилке. В голове у него шумело: ему слышались чьи-то крики, стоны, даже ругательства. «Болезнь, — пробормотал Потоков, — болезнь прогрессирует. Надо спешить. Только куда?»
Когда шум сделался непереносимым, он в отчаянии обхватил голову руками и привалился к стволу лесного великана. На некоторое время ему полегчало. И вдруг раздался человеческий голос, низкий, почти утробный:
— Ты маньяк?
Потоков огляделся. Никого не видно.
— Кто здесь?
— Я спросил, ты маньяк? — вновь прогудел голос.
— Нет, черт возьми! С чего ты взял?
— Тогда зачем бесцельно убил полтора десятка разумных существ?
— Когда?! — ахнул Потоков, непонимающе озираясь.
— Только что. Затоптал своими неуклюжими копытами.
Тут до Потокова дошло, что голос невидимого собеседника звучит прямо у него в мозгу. Телепатия? Или болезнь? Поди-ка теперь разберись!
— С кем я говорю? — попробовал выяснить он.
— Плохо видишь? Ты же на меня опираешься!
Потоков оглянулся и несколько секунд тупо смотрел на служившее ему опорой дерево. Потом робко похлопал по стволу и спросил:
— Это ты, что ли? Я говорю с тобой?
— Какой догадливый! — с иронией отозвался голос.
— Ты... Ты обладаешь сознанием? Ты разумно?!
— Да что с тобой? Болен? Какой-то ты дисгармоничный.
— Да, да, я болен!