Фиалка для мажора

Романов поднес мой палец к своим губам и медленно, неводя взгляда, слизнул этот крем прямо с моего пальца, обжигая кожу своим горячим дыханием и кончиком языка. По моей спине мгновенно пробежал мощнейший разряд тока.

Его другая ладонь переместилась мне на талию прямо через плотную ткань толстовки, с силой притягивая меня к себе.

– Фиалка... – его голос стал совсем низким, с отчетливой, опасной хрипотцой. – Ты сейчас очень сильно рискуешь. Ты в курсе?

– Почему? – я робко захлопала ресницами, чувствуя, как внутри снова сладко заныло.

– Потому что ты сидишь в моей одежде, пахнешь моим гелем для душа, испачкалась кремом, дразнишь меня своими глазами и думаешь, что я железный, – Олег подался вперед, заставляя меня плавно откинуться назад на гору подушек. Он снова навис надо мной, упираясь одной рукой рядом с моей головой. Его рельефный пресс оказался в паре сантиметров от моего лица, и я отчетливо слышала, как бешено стучит его сердце. – У меня лимит благородства на сегодня полностью исчерпан.

– Но ты же... – совсем тихо, почти беззвучно выдохнула я, завороженно глядя на его приоткрытые губы. – Мне... мне кажется, снова нужна терапия поцелуями, Романов.

Олег резко, рвано выдохнул прямо мне в губы:

– Сама напросилась, Фиалка.

И в следующий миг он накрыл мой рот жадным, требовательным и безумно горячим поцелуем...

Субботнее утро началось на удивление мирно. Я проснулась от того, что полоса солнечного света пробилась сквозь плотные шторы спальни и щекотала мне веки. Живот больше не болел.

Олег спал на соседней половине широкой кровати, зарывшись лицом в подушку. Одеяло сползло, обнажая его широкую спину, и я на секунду залипла, разглядывая мощные лопатки, плечи и рельефные мышцы.

Тихонько, чтобы не разбудить своего личного «доктора», я выскользнула из-под одеяла. Ноги уже не были ватными и их не крутило, и я вполне уверенно дошагала до ванной сама.

Я почистила зубы, умылась прохладной водой и, решив освежиться в душе, потянулась к нижнему краю его огромной толстовки, чтобы стянуть ее через голову. Ткань мягко скользнула вверх, и я взглянула на себя в большое зеркало над раковиной.

Взглянула и замерла, позабыв, как дышать.

Мамочки...

Вся моя шея, линия ключиц и кожа груди были покрыты отчетливыми, яркими отметинами. Розовато-бордовые пятнышки, пара явных, аккуратных следов от укусов...

Мои щеки мгновенно вспыхнули таким пожаром, что мне показалось, будто в ванной включили отопление на максимум.

Перед глазами с сумасшедшей скоростью завертелись воспоминания о том, что происходило на полу среди подушек после тех эклеров. И ладно бы только вечером! Обезболивающее ночью снова перестало действовать, я проснулась от спазма, и Олег... Олег не стал искать таблетки. Он просто притянул меня к себе, заставляя устроиться на его бедрах, и начал целовать. Долго, жарко, до умопомрачения.

Его руки под моей толстовкой сходили с ума, лаская кожу, а затем стянули ее с меня, после чего его губы буквально клеймили мое тело, пока я не затихла, забыв обо всём и со стонами выдыхая прямо ему в шею. Мы летели в какую-то бездну, где не существовало правильного и неправильного – только его сумасшедший напор и мое абсолютное доверие.

– Рассматриваешь результаты терапии, Фиалка? – раздался от двери низкий и до невозможности хриплый со сна голос и вырвал меня из смущающих воспоминаний.

Я испуганно охнула, инстинктивно прижимая толстовку к груди, и перевела взгляд в отражении за своей спиной.

Олег стоял в дверном проеме, прислонившись плечом к косяку. На нем по-прежнему были только серые спортивные штаны, низко сидящие на бедрах. Заспанный, взъерошенный, он щурился от яркого света ванной, но его взгляд при этом очень четко и прицельно смотрел на мою пылающую физиономию.

Не успела я вымолвить и слова, как он бесшумно, словно хищник, шагнул ко мне и в один миг оказался сзади. Его горячие ладони легли мне на талию, прижимая спиной к его груди, а подбородок опустился мне на плечо.

Через зеркало я видела нас обоих. Маленькая, растрепанная я в его вещах, и огромный он, который собственнически запер меня в своих руках.

– По-моему, доктор Романов проделал ювелирную работу, – негромко усмехнулся он прямо мне в шею, отчего по моей коже разбежалась армия мурашек. Он коснулся губами самого яркого пятнышка. – Смотри, как тебе идет этот цвет.

– Романов, ты... ты невыносим, – выдохнула я, пытаясь высвободить руки, но он только крепче сжал мои пальцы, убирая их от моей груди и открывая взору всю сетку своих утренних улик.

– Я просто закрепил эффект, Фиалка, – Олег перевел взгляд в зеркало, и его глаза потемнели, теряя остатки сонливости. Он медленно провел большим пальцем по моей нижней, припухшей губе. – И судя по тому, что ты стоишь на ногах сама и даже не морщишься от боли... метод работает на сто процентов. Доброе утро, Юля.

– Метод работает, Романов, – тихо улыбнулась я в зеркало, откидывая голову на его крепкое плечо. – Живот почти не болит. Только слабость осталась.

– Это потому, что ты со вчерашнего дня на одних углеводах сидишь, – Олег мягко развернул меня к себе лицом, по-прежнему удерживая за талию. Его заспанные глаза сузились, сканируя мое лицо. – Нормальную еду организм уже готов принимать? Тошнить не будет?

– Думаю, не будет. Я бы съела что-нибудь... Яичницу или тосты.

– Отлично, – Романов щелкнул меня по носу и наконец отпустил, делая шаг назад. – Готовить я сегодня не нанимался, доктор устал. Так что давай закажем доставку из какого-нибудь хорошего ресторана и устроим ленивый день. Чтобы вообще ни на что не отвлекаться. Только ты, я и... ну ладно, так и быть, можем досмотреть вторую часть твоих вампиров.

Я не смогла сдержать смешка. Этот парень умудрялся совмещать в себе абсолютную заботу и свое фирменное мажорское пижонство.

Через час гостиная превратилась в филиал какого-то гастрономического рая. Мы сидели прямо на полу у низкого столика, Олег лениво расправлялся со стейком и какими-то запеченными овощами, а я с огромным удовольствием уплетала нежный суп-пюре и теплые тосты с сыром.

Олег так и не надел футболку, и я ловила себя на том, что вместо еды периодически зависаю, разглядывая, как перекатываются мышцы на его руках и спине, когда он режет мясо.

Позже, когда Олег уносил пустые контейнеры на кухню, я потянулась к своему телефону, который со вчерашнего вечера мирно лежал на зарядке.