Фиалка для мажора

Олег ловко подхватил палочки, завернул для меня кусочек утки в блинчик с соусом и молча переложил в мою тарелку. Между нами снова, как ночью в его офисе, проскочило какое-то притяжение, и я поймала его теплый взгляд, предназначенный только мне, и мне сраз стало как будто бы слишком жарко.

Кира, заметив то, как Олег на меня смотрит, притихла и внимательно перевела взгляд с брата на меня.

– Ладно, шутки в сторону, – Кира внезапно отложила палочки и понизила голос, став похожей на серьезную бизнес-вумен. – Раз уж мы заговорили о маме. Олег, Юля... Сегодня вечером вам придется держать удар вдвоем.

Я замерла с поднятой пиалой воды.

– В смысле?

– В прямом, – вздохнула Кира. – Мама собирает сегодня вечером ужин. Официальный повод – мое возвращение из Шанхая. Будет только узкий семейный круг: мама, папа, бабушка, я... и вы двое. Олег, мама позвонила мне прямо перед вашим приходом и велела передать, что присутствие Юли обязательно. Сами понимаете, мое возвращение – это просто ширма. Основное внимание будет приковано к тебе, Юля. Мама настроена очень серьезно. Она считает эту помолвку твоим, Олег, протестом против ее контроля, и наверняка собирается устроить Юле настоящий допрос с пристрастием.

Внутри меня все просто рухнуло. С матерью Олега у нас уже на юбилее не заладился диалог, зачем снова пытаться меня унизить?

Паника ледяной волной тут же прошлась по спине. Пальцы, сжимающие пиалу с водой, заметно задрожали.

Господи, я не смогу…

Олег среагировал мгновенно, чтоя даже мысль додумать не успмела. Он аккуратно забрал из моих подрагивающих пальцев пиалу, поставил ее на стол и повернулся ко мне всем корпусом. Его горячая ладонь уверенно легла на мои руки, накрывая их.

– Эй, Юль. Посмотри на меня, – негромко, но поразительно мягко попросил он.

Я подняла на него полные паники глаза. Олег придвинулся ближе, почти невесомо приобнял меня за плечи одной рукой, а пальцами второй руки переплел свои пальцы с моими.

И как ни странно этот ставший уже привычным жест подействовал на меня как успокоительное: мой бешеный пульс начал понемногу выравниваться.

– Дыши, Фиалка. Никто тебя там не съест, ты же будешь со мной. Я от тебя ни на шаг не отойду, поняла? – Олег чуть наклонил голову, ловя мой взгляд, и его голос опустился до вкрадчивого шёпота: – И вообще, вспомни, как ты студентов в учебной части строишь. Ты же одним взглядом можешь заставить толпу прогульщиков сдать долги. Моя мама, конечно, сильный соперник, но у неё нет шансов. Считай, что это просто внеплановая аттестация, а ты у нас – отличница.

От его нелепого сравнения и этой тёплой усмешки у меня в груди наконец-то стало легче. Я шумно выдохнула, чувствуя, как его тепло буквально впитывается в мою кожу, возвращая способность думать. Сила, которая исходила от Олега в этот момент, завораживала.

– Аттестация, говоришь? – тихо отозвалась я, и на моих губах появилась слабая улыбка. Я крепче переплела свои пальцы с его, ища опору и придумывая нелепый ответ. – Ладно, Романов, но если твоя мама решит поставить мне неуд или отчислить из твоей жизни, отдуваться будешь ты. И учти, шпаргалок к ней у меня нет.

– Я твоя главная шпаргалка, Фиалка, буду все тебе подсказывать. Справимся?

– Справимся, – уже увереннее кивнула я.

Кира, которая все это время молча наблюдала за этой сценой, хмыкнула, и я заметила в ее глазах что-то похожее на уважение.

– Ну надо же... – протянула старшая сестра, качнув головой. – Олег, я тебя не узнаю. Кажется, эта Фиалка действительно сотворила с тобой чудо. Ладно, голубки. Тест на вшивость пройден, я официально на вашей стороне в этой маленькой домашней войне. А теперь передайте мне вон тот сычуаньский соус, пока я не расплакалась от вашей идиллии.

Ехать на ужин к Валерии Валерьевне в рабочей однжде было бы чистым самоубийством, поэтому Олег категорично развернул машину в сторону центра. На этот раз мы приехали к лаконичной вывеске закрытого дизайнерского шоурума.

– Романов, мы зачем сюда? – я занервничала, глядя на пустые, залитые светом залы. – У меня есть нормальные вещи в общаге, да и то платье оста...

– Фиалка, включи логику, – перебив меня, Олег заглушил мотор и окинул меня ленивым взглядом. – Моя мать сканирует людей получше таможенного контроля. Твои вещи хороши для универа, то платье она уже видела, а нам сегодня нужно идеальное оружие. Идем.

Внутри все было устроено по высшему разряду. Олег просто кивнул девушке-стилисту, и та сразу вынесла мне чехол.

Когда я примерила платье, у меня перехватило дыхание. Это был минималистичный, убийственно элегантный наряд из тяжелого, матового шелка цвета мокрого асфальта. Никаких блесток или кружева – чистые линии, благородная ткань, которая облегала фигуру как вторая кожа, подчеркивая талию и округлость бедер. Отсутствие беретелек было непривычно: полностью обнажались мои ключицы, плечи и шея.

Выглядело это дорого, породисто и... очень чувственно.

Стилист помогла мне собрать волосы наверх, заколов их в высокий пучок, чтобы открыть шею.

Когда я нерешительно отодвинула тяжелую штору и вышла в зал, Олег сидел в кресле, уже переодетый в костюм. Быстро он.

на звук моих шагов он поднял голову, его смартфон выскользнул из пальцев и упал на пол, но ему было плевать. Романов медленно, очень по-мужски опустил взгляд сверху вниз, оглядывая мою фигуру.

Его серые глаза мгновенно потемнели, зрачки расширились, а расслабленная маска испарилась за долю секунды. Он смотрел на меня,я на него. Напряжение между нами взлетело до максимума.

Олег медленно поднялся, не сводя с меня тяжелого, голодного взгляда, в котором вовсю плескались откровенно хищные мысли. Я прямо видела их, его лицо словно было с субтитрами.

Романов подошел почти вплотную, обжигая меня своим жаром.

– Это... потрясающе, Юль, – его голос прозвучал неожиданно хрипло. Он разглядывал меня всю вблизи. Было видно, каких усилий ему стоит не коснуться меня прямо сейчас. – Настолько потрясающе, что моя мать лопнет от злости. Но... кое-чего не хватает.

Я удивленно моргнула.

– Чего?

Вместо ответа Олег уверенным движением снял свой дорогой пиджак из тонкой шерсти. Шагнув мне за спину, он медленно, аккуратно накинул его мне на плечи.

Я невольно втянула носом воздух: пиджак хранил тепло его тела и пах его парфюмом. Мужской пиджак, контрастирующий с нежным, струящимся шелком платья, мгновенно сделал меня хрупкой, уязвимой и... принадлежащей ему. Как будто он прямо здесь пометил свою территорию.