Все останется между нами

— Нет, Крылов не умеет просить, — Илья улыбнулся. — Он либо приказывает, либо молчит. Я здесь по своей воле.

— Ты ни слова не сказал о Нике.

— Думаю, мои эмоции не будут соответствовать событию. Поэтому я воздержусь, — поднимаясь, сказал Илья. — Поправляйся. Бизнес ждет тебя.

Покровский ушел за минуту до того, как в палату вернулись девочки. Таис порадовалась, что они его не увидели. Накрылась с головой одеялом и постаралась уснуть.

Таис приводила в порядок волосы, когда в палату ввалился Артур. Бросил надменный взгляд на других девушек — мол, что за дешевки тут обитают — и посмотрел на сестру.

— Какая дружная мы семья! Я ведь даже не знал, что стану дядей! — громко произнес он, не скрывая недовольства. Таис поднялась на ноги и, взяв брата за локоть, вывела его в коридор.

— Какого черта ты здесь делаешь?

— Пришел справиться о твоем самочувствии. Разве не так делают нормальные родственники?

— К нашей семье это не относится.

— Теперь все изменится! — торжественно сказал Артур и взял Таис за плечи. — Ты единственная наследница! Что может быть лучше? Ник погиб, Крылову осталось пару-тройку месяцев, а если постараться, то можно пустить счет на дни. Мы будем жить, как короли!

— Мы?

— Конечно. Ты ведь не сможешь управлять компанией. Ее возглавлю я, а ты сможешь продолжить снимать, — деловито произнес Артур. — Не беспокойся, я не собираюсь лишать тебя денег твоего покойного муженька!

— Ник был банкротом. Дом, в котором мы жили, вот-вот заберут за долги, — сказала Таис и не испытала от этого ни малейшего сожаления.

— Что ты придираешься к мелочам? — рассердился Артур. — Окей, это деньги твоего свекра, но не будь ты женой его сына, разве бы ты смогла их получить? Давай сейчас обсудим, как действовать дальше. Ты должна дать мне хорошую должность, чтобы я мог помогать тебе.

— С чего ты взял, что мне сейчас нужна помощь?

— Что, еще не успела вступить в права наследования, а уже зазналась? — криво усмехнулся Артур, и в его взгляде вспыхнула злость.

— Кончено, ведь Крылов еще жив и, возможно, не захочет ничего мне оставлять.

— Мы все знаем, что это не так. Он уже вписал тебя в завещание. Только тебя, прикинь? И ты не можешь отказать мне в том, о чем я тебя прошу!

— И почему же? — спросила Таис, и ей вдруг сало смешно, словно они делили ведерко в песочнице.

— Потому что я твой брат! Мы семья и должны друг друга поддерживать! — повысил голос Артур, и проходившая мимо медсестра недовольно покосилась на него.

— Правда? Интересно, почему же ты не помнил об этом, когда Ник бил меня? Когда хотел отправить на тот свет? Что ты мне сказал тогда? — взвилась Таис. — После тех слов ты не имеешь права у меня ничего просить!

— Злопамятная шлюха! — зло процедил Артур и, схватив Таис за руку, резко привлек к себе. — Ты еще об этом пожалеешь!

— Еще один такой выпад, и ты сам об этом пожалеешь! — ответила Таис, вырвавшись из его рук. Не оглядываясь, вернулась в палату, слыша ругательства, которые кидал ей в спину брат. Теперь его гнев больше не задевал ее. Да, он оставался ее братом, но она уже была ничего ему не должна. Жаль, что она не принимала этой правды прежде. Теперь у нее была другая семья, ради которой она была готова пойти на многое.

После окончания съемки Таис заехала в магазин и, купив пиццу и сок, отправилась в гости к Алексею. Она иногда навещала его после того, как он был выписан из больницы. Они могли вместе посмотреть фильм, обсудить то, что происходит в клубе Антона, или просто общаться, как старые друзья. Алексей, как и прежде, старался держать дистанцию и не слишком открывался перед Таис, но все же их отношения стали чуть теплее.

— У меня есть вино, — сказал Алексей, увидев ее покупки. Его очень коробило то, что он может быть кому-то должен, даже такую мелочь, как пицца.

— Я за рулем, — напомнила Таис.

— А я на костылях.

— Ну, такое себе транспортное средство.

— Но устроить аварию можно.

— Твой оптимизм вдохновляет! — улыбнулась Таис и достав нож, разрезала пиццу. — Я вчера была у Антона.

Таис не стала уточнять, что это был первый раз за все то время, что сидел в тюрьме.

— Как он?

— Держится. Строит планы на будущее.

— Суд через неделю? С тех пор, как я на больничном, все время путаюсь в днях.

— Через десять дней. Я молюсь, чтобы его оправдали. Это единственное, чего я сейчас хочу. Если этого не случится, я не знаю, как мне жить дальше.

— Ну как… Ждать, когда он вернется. Какие тут могут быть еще варианты? — пожал плечами Алексей. — Или ты собираешься его бросить?

Таис промолчала. Она не хотела сейчас об этом ни думать, ни говорить.

— Ты разобьешь ему сердце, — с набитым ртом, сказал Алексей. — Он этого не заслуживает.

— Ты когда собираешься выйти на работу? Марта уже с ума сходит от того объема дел, что на нее навалились, — сменила тему разговора Таис. — Ей сейчас помогает Покровский, но ты же понимаешь, что это ни о чем.

— Этот Покровский везде как бочке затычка, — мрачно проговорил Алексей. — Словно он весь мир хочет свой персоной заполнить. Кто его делами занимается, если он ко всем лезет со своей помощью?

Таис пожала плечами и отрезала себе еще один кусок пиццы. Она не ела со вчерашнего вечера: утром не было аппетита, а пообедать она забыла.

— Наверное, он хочет, чтобы о нем помнили, как о хорошем человеке и добром друге, — предположила Таис. — Одно дело, когда человек живет, не зная, что его время ограничено, и совсем другое, когда осознаешь, что смертен и все может закончиться в любой момент. Хотя это одинаково для всех, но…

— Как думаешь, сколько ему осталось?

— Понятия не имею, я же не его лечащий врач.

— Но вы же друзья.

— Мы об этом не разговариваем, — сказала Таис, и Алексей удивленно хмыкнул.

— Я слышал, что прежде он вел очень разгульный образ жизни, прожигая состояние богатого папочки, — с презрением произнес Алексей. — Видимо, за все, и правда, приходится платить.

Таис не ответила. Ей не хотелось затрагивать эту философскую тему, которая поднимала сразу много вопросов и вызывала у нее недоверие. Они доели пиццу, обсудили предстоящий суд над Антоном, где Алексей должен был выступать свидетелем защиты, как и она. Таис волновалась, что скажет что-то, что может навредить Антону, что обвинение задаст ей вопрос, на который она не будет знать, как ответить правильно.

Время перевалило за полночь, когда Тая собралась ехать домой.