Все останется между нами

— А если у меня не выйдет? — В глазах Женьки отразилась паника.

— Мы занимаемся два месяца. Куда ты спешишь? Просто продолжай делать. Еще рано для результатов. Сейчас идет внутренняя работа, которой ты еще не видишь.

— А ты видишь?

— Я замечаю.

— У тебя ведь есть другие пациенты, да? — Женька не смог скрыть ревности. Антон кивнул. — Они лучше меня? У них все проще получается?

— Я вас никогда не сравниваю. И тебе не советую этого делать. Каждый работает в своем ритме. Надо быть лучше того, каким ты был вчера, а не смотреть на своего соседа. Единственный человек, с которым ты соперничаешь — это ты сам. Другие тебя лишь вдохновляют, но бегут наперегонки с собой, не с тобой.

— А что будет, если наберется много пациентов? Начнешь отказывать неуспешным? — не унимался Женька, и Антон мысленно выругался. Похоже, этот парень решил его сегодня вывести из себя!

— Может скажешь, что на самом деле тебя угнетает?

— Что я тебе задолжаю и никак не смогу отдать.

— Ну, значит у тебя один выход: встать на ноги, заработать миллион долларов и расплатиться со мной, — сказал Антон, чувствуя, как в нем растет раздражение. — Поэтому давай работать.

— А если однажды желающие встать на ноги превысят твои возможности? — продолжил докапываться Женька и посмотрел Антону в глаза. — Что тогда?

Антон задумался, прежде, чем ответить. У него еще никогда не было таких ситуаций, но в будущем они вполне могут произойти.

— Ты преувеличиваешь мою популярность, — сказал он, так и не решив, что он будет делать, если такое случится.

Женька на этот раз не стал задавать вопросов, а тяжело засопев, начал делать упражнение.

В Москву Антон решил вернуться рано утром: не было желания ехать днем и стоять в пробке. Его утомили эти выходные, и хотелось как можно скорее сбежать в привычные обязанности и с головой нырнуть в бизнес. А еще завтра должен был состояться благотворительный вечер, на котором он надеялся увидеть Таис. У него не было для этого никаких логических объяснений, ему просто так казалось. Он старался одернуть себя, напомнить, что скорее всего, заблуждается, и все равно продолжал верить.

Наташа стояла, привалившись спиной к его «Мазерати». Она была закутана в темную шаль, рыжие волосы небрежно распущены по плечам. Кажется, Антон впервые видел ее по-настоящему грустной.

— Может, сходим вечером в кафе? — спросила Наташа.

— Не получится, у меня деловая встреча, — соврал Антон.

— А завтра?

— Тоже.

— Я просто хотела поговорить с тобой, — сказала Наташа и коснулась пальцами его щеки.

— Можем сделать это прямо сейчас, — предложил Антон. В окнах дома было темно, все еще спали. Они стояли вдвоем посреди двора. — Нам никто не мешает.

— Я хотела сказать… — Наташа замолчала, глядя себе под ноги. Антон терпеливо ждал, пока она соберется с мужеством, чтобы продолжить. — У меня с тобой… Это был не только секс. Я была влюблена в тебя.

— Хорошо, что все это в прошедшем времени.

— Мне тяжело. Я опустошена сейчас.

— Не дави на жалость, пожалуйста.

— Я всего лишь искренна. Тебя это смущает? Не ожидал от меня такого? — усмехнулась Наташа, и в ее глазах заблестели слезы.

— Я привык тому, что ты удивляешь.

— Ты не похож на мужчину, который может довольствоваться одной женщиной, а я… я надеялась прекратить это и стать для тебя единственной.

— Поэтому спала со всеми подряд?

— Я хотела, чтобы ты так думал.

— Что за бред!

— Старалась, чтобы ты видел, что мы на равных, что я — из твоей стаи, и привязался ко мне, — с болью произнесла Наташа. — Я делала вид, что у меня полно других парней, чтобы ты ревновал меня еще больше, зеркалила твое поведение, когда ты менял девиц, как перчатки. Но я ошиблась в стратегии.

— Хочешь сказать, что была верна мне? — усмехнулся Антон. Он не знал, верить ему словам Наташи или нет. Уж больно странно все это выглядело.

— Да. Мне кроме тебя никто не нужен был. А ты чувствовал ко мне что-то, кроме влечения?

— Когда все началось, я был влюблен в тебя.

— А потом?

— Потом я понял, что ошибся.

— Что ж, спасибо тебе за честность, — сказала Наташа и, развернувшись, медленно пошла в сторону дома. Ее плечи ссутулились, она шла словно через силу и сейчас была совершенно не похожа на ту девушку, которая свела его с ума. Или он стал смотреть на нее иначе? А может быть, Наташа сбросила маску и такая, какой она была минуту назад, она и есть настоящая? Антон не знал и понял, что уже вряд ли узнает. Он сел за руль «Мазерати» и выехал со двора.

На благотворительный вечер Антон поехал один. Это его ни капли не смущало, хотя это был первый раз, когда он выходил в свет без спутницы. Влюбившись в Таис, Антон перестал интересоваться другими женщинами, что для него самого стало полной неожиданностью. Даже сейчас, когда в их отношениях не было ничего определенного, он мог думать только о ней. Если бы ему о таком состоянии рассказал его друг, он бы счел, что у того поехала крыша, и посоветовал бы срочно с кем-то познакомиться — для профилактики. Но по отношению к самому себе такой совет не сработал. Может быть, когда он точно поймет, что между ними ничего не будет, он воспользуется этим советом, но сейчас в его сердце все еще жила надежда.

Несмотря на то, что Антона то и дело отвлекали разговорами знакомые, которых он встречал, ему было скучно. Он не любил сборищ, они его утомляли, и он по возможности старался их избегать.

— Антон! — раздался за спиной знакомый голос, и, обвернувшись, Брагин увидел Покровского. — Вижу, ты совсем оправился от того происшествия и снова радуешься жизни.

— Можно и так сказать, — произнес Антон, отвечая на рукопожатие Ильи.

— Как дела в клубе?

— После того, как ты поработал волшебником — прекрасно, — ответил Антон. Илья улыбнулся.

— Я очень этому рад! Ты обращайся, если что. Не со всем можно справиться самому, иногда нужно дружеское плечо, чтобы подняться.

Антону было очень интересно, когда они успели стать друзьями, но он не стал спрашивать. В этот момент в зал вошли Крылов и Таис. Мужчина держал ее под руку и выглядел важным и уверенным. Тая улыбалась, и в этой улыбке не было напряжения или смущения. Судя по ее лицу, она была вполне довольна тем, что происходит. Кровь прилила к щекам Антона, и ему стало тяжело дышать. Рука сама потянулась к верхней пуговице рубашки, чтобы стало дышать чуть легче. Крылов наклонился к ней и что-то шепнул на ухо. Она подняла голову, и их взгляды встретились.