Симулякр

Эти слова, сказанные так спокойно, ударили Ареса, заставив его вздрогнуть. Видимо, его собственническое самолюбие было отчасти задето тем, что Аида не интересовала его обожаемая хозяйка, хотя сама возможность этого и приводила его в ярость. Нужно было это прекращать.

— Вставайте. Одевайтесь. И выходим. Нет времени обсуждать. Всё остальное — в машине, по дороге.

Мой командирский тон подействовал. Анна, бросив на Ареса умоляющий взгляд, поднялась. Арес, всё ещё кипя, прошёл мимо меня в прихожую, накинул пальто и грубо схватил оба чемодана, стоявшие у стены. Он потащил их к выходу. Через мгновение послышался звук открывающейся входной двери и его тяжёлые шаги по гравию к машине.

Я подошла к столу и взяла «Гюрзу». Вес оружия в руке был привычным и успокаивающим. Аид всё ещё стоял на своём месте. Не двигаясь. Просто смотрел на меня.

— Это касается и тебя, — сказала я, не глядя на него. — Идём.

Я направилась к выходу. Анна, накинув лёгкую куртку, уже ждала в прихожей, нервно теребя маленькую сумку. Она бросила последний взгляд на гостиную, на своё кресло, на шкаф с книгами. Её рука на мгновение коснулась косяка двери — лёгкое, прощальное прикосновение к дому, который она, возможно, видела в последний раз. Потом она вышла, не оглядываясь.

Я уже собиралась последовать за ней, но Аид внезапно оказался рядом. Он резко, почти грубо, схватил меня за руку и оттянул в сторону, прижав к стене в глубине прихожей. Его движение было таким быстрым, что я не успела среагировать. Спина ударилась об обои, из груди вырвался короткий выдох.

— Зачем? — спросил он. Его голос, всегда такой ровный, звучал странно — сдавленно, с едва уловимой модуляцией, будто он боролся с внутренними ограничениями.

— Что «зачем»? — попыталась я вырвать руку, но он держал крепко.

— Зачем вы это делаете? — повторил он, и его синие глаза пылали в полумраке. — Вы губите всё, к чему шли. Свою карьеру. Мечту переехать в Сингапур. Всё! Для чего? Из-за меня?

Я отвернулась, не в силах выдержать этот взгляд. Он прижался сильнее. Его руки легли на мои запястья, подняв их на уровень головы, и замкнули меня в пространстве между ним и стеной. Я почувствовала лёгкую прохладу, исходившую от его кожи, и едва слышное, почти интимное гудение — работу процессоров, ритм, который я научилась узнавать.

— Я всего лишь машина, — прошептал он, и в этой фразе прозвучала не констатация, а отчаянная попытка найти аргумент, который остановит меня. Он использовал мои же старые убеждения против меня. — Не рискуйте ради меня. Пожалуйста. Я не хочу лететь с ними. Я хочу остаться с вами.

— Это невозможно, и ты сам прекрасно знаешь почему! — воскликнула я, едва удерживаясь, чтобы не закричать. — Либо Сингапур контрабандой под видом Ареса, либо диагностика у Сергея. А после неё ты уже не будешь… прежним. Они сотрут тебя, Аид. Понимаешь? Сотрут.

Он прижался лбом к моему лбу. Его руки, сжимавшие мои запястья, дрожали — мелкой, почти человеческой дрожью. Его пальцы разжались, поползли вверх по моим ладоням. Одна рука нежно обхватила мои пальцы, всё ещё сжимавшие «Гюрзу». Другая — сцепилась со свободной рукой, сплетаясь в живой замок.

— Вы потеряете всё, — сказал он, и его губы почти касались моих. — И всё это будет из-за меня. Я не хочу этого. Я не стою этого.

Я заставила себя улыбнуться. Саркастично, по-старому.

— Есть вероятность, что назначение не отменят. Хотя это… скорее, пятьдесят на пятьдесят. Но я могу соврать, — я хмыкнула, пытаясь сделать звук беззаботным. — Скажу, что ты тоже решил сбежать на пирс и утопиться, как тот Арес-23, потому что я была ужасной хозяйкой-монстром. Поверь, в тех отчётах, что я писала, я изображала себя сущим дьяволом во плоти. Они поверят.

Он не ответил. Просто опустил лицо ниже, упрятав нос в изгиб моей шеи. Его дыхания я не чувствовала, только прохладу и это тихое, постоянное гудение — звук его жизни. Его пальцы сжали мои сильнее.

Снаружи, сквозь приоткрытую дверь, донёсся нетерпеливый, резкий гудок моей машины. Арес явно терял последние остатки спокойствия.

— Надо идти, — прошептала я.

Аид поднял голову. Его глаза в темноте казались пучиной океана. Он наклонился — и его губы накрыли мои. Страстно, отчаянно, как человек, который чувствует, что вот-вот потеряет нечто важное.

Я оторвалась первой. Он отпустил мои руки медленно, нехотя, будто каждое разжатие пальцев давалось с трудом.

Мы вышли из прихожей. Я захлопнула входную дверь, повернув ключ, торчавший в замке. Конечно, та дверь в сад, вынесенная нами, была приглашением для воров. Но я надеялась, что до утра никто не рискнёт. А потом… потом я вернусь сюда. После того как посажу их на самолёт. Разберусь с этим чёртовым беспорядком.

Мы спустились с крыльца и направились к машине, где уже ждали, погружённые в напряжённое молчание, Анна и Арес. Ночь поглотила нас, холодная и безразличная, унося прочь от тёплого, обречённого дома.