Симулякр

— Гриша! — пригрозила я ему пальцем.

— В нашем тандеме, — спокойно вступил Аид, — инициатива обычно исходит от неё. Я, как правило, следую указаниям.

На этот раз я действительно подавилась. Пиво пошло в нос, и я закашлялась. Гриша раскатисто захохотал, хлопнув себя по колену.

— Ох, ну что за времена! То ли мужики обмельчали, то ли женщины яйца отрастили, простите мой французский! — он вытер слезу умиления. — Ладно, ладно, не буду вас смущать. Значит, просто друзья?

— Он мой андроид, Гриша, — выдохнула я, отдышавшись.

Гриша замер, его брови поползли вверх. Он снова, уже с совершенно другим выражением лица, оглядел Аида.

— Андро… что? Это те штуки, что в рекламе по телевизору показывают? Серьёзно?

— Совершенно серьёзно, — подтвердил Аид.

— Не хера себе, — пробормотал Гриша. — А я-то думал, просто парень молчаливый, из интеллигентов. А ты что, богатая, что ли?

— Не совсем, — я отхлебнула пива. — Я работаю в «Эйдолоне».

Лицо Гриши выразило неподдельное уважение, смешанное с изумлением.

— Вот это да. Не знал, что ко мне такие шишки заходят. Честь имею, сударыня. И как там, в этом вашем царстве железа и пластика? Всё как в рекламе: счастье, гармония и вечная любовь?

— Скорее, вечный стресс, тонны отчётности и горы проблемных андроидов, — горько усмехнулась я.

Гриша задумался, его взгляд стал серьёзнее. Он снова посмотрел на Аида.

— Знаешь, а я сам подумывал о таком, — признался он неожиданно. — Мне уже под пятьдесят. В молодости упустил одну, наверное, ту самую. А сейчас… Сейчас искать кого-то честно — сложно. Раньше было непросто, а теперь, с вашими творениями, кажется, и вовсе безнадёжно. Зачем кому-то связываться с живым человеком, когда можно купить идеального партнёра? Сначала я злился из-за этого. А с годами… даже сам стал задумываться о покупке. Одиночество — штука подлая. Иногда хочется не страсти, а просто… человеческого присутствия. Чтобы кто-то дома был.

Он помолчал, а затем осторожно, словно боясь спугнуть, протянул руку к Аиду.

— Можно… можно тебя потрогать?

Аид сначала посмотрел на меня. Я кивнула. Он протянул свою руку ладонью вверх.

Гриша с величайшей осторожностью коснулся его кожи, провёл пальцами по ладони, сжал запястье, ощупывая «кости» и «сухожилия».

— Чёрт возьми, — прошептал он с искренним изумлением. — Как живая. Совсем как живая. И держишься ты, парень, отлично. Я бы ни за что не догадался. Ни за что.

Я почувствовала странный прилив гордости, будто сама была создателем этого чуда.

— Моя компания производит лучших андроидов в мире, — сказала я, и в голосе прозвучала нехарактерная для меня теплота. — Если брать — то только у нас.

Гриша рассмеялся, отпустил руку Аида.

— Наверное, стоит целое состояние.

Я полезла в сумку, нашла визитницу и вытащила оттуда свою служебную карточку. Протянула её Грише.

— О цене всегда можно договориться. У нас есть разные модели и программы лояльности.

Он взял визитку, вчитался, присвистнул.

— Начальник отдела контроля исправности… Ну, тогда с меня, как говорится, за счёт заведения. Сейчас налью вам ещё по одной, на посошок. И закусить надо — у меня сегодня крылышки отпадные.

Мы не стали отказываться. Гриша принёс ещё по бокалу крепкого бельгийского эля и большую тарелку хрустящих крыльев, обильно политых острым соусом. Мы ели, пили, а я наблюдала, как Аид с методичным, почти научным интересом отделяет мясо от косточки, пробует соус, анализируя вкус. Гриша изредка подходил, доливал, шутил. Постепенно я расслабилась по-настоящему. Шум бара, грубый смех, простая еда — всё это стало антидотом от того, что происходило со мной последние недели.

Когда мы допили, я расплатилась, а в тот момент, когда Гриша отвернулся, оставила под бокалом щедрые чаевые наличными. Мы пошли к выходу, и на прощанье он крикнул: «Заходи ещё! С андроидом или без — всегда рад!»

Мы вышли на улицу. Было за полночь, воздух стал холодным и колючим, пахло осенней сыростью. Фонари отбрасывали на асфальт длинные, корявые тени. Крепкое пиво, выпитое почти на голодный желудок, давало о себе знать — ноги плохо слушались, а в голове стоял приятный, густой туман. Я шла, слегка пошатываясь, к машине, припаркованной рядом с парком.

Аид сразу обхватил меня за талию — крепко, но нежно, не давая пошатнуться.

— Дайте ключи, — сказал он. — Я поведу.

Я нашла ключи подходя к машине. И в этот момент, глядя на Аида, который стоял рядом, держа в одной руке моё пальто, а другой всё ещё придерживая меня, меня накрыла странная, острая волна желания. Не просто физического влечения — жажды обладать.

Я щёлкнула кнопкой, машина тихо пискнула, фары мигнули. Я обернулась к Аиду, схватила его за затылок и притянула к себе.

Наши губы встретились в жарком, нетерпеливом поцелуе. Его губы были прохладными и податливыми. Я впилась в них, требуя большего, мой язык проник глубже. Рука сама нащупала ручку задней двери, дёрнула её, и я буквально втолкнула Аида на сиденье, а затем навалилась на него сверху, захлопывая дверь.

Тонированные стёкла скрывали нас от чужих глаз. В салоне пахло кожей, моим парфюмом и слабым, чистым запахом Аида. Наши губы снова слились. Я целовала его неистово, грубо, пытаясь заглушить этой агрессией целую бурю непонятных чувств внутри. Потом оторвалась, дёрнула его за волосы, заставив наклонить голову, и прижала его губы к своей шее.

— И не смей останавливаться, — прошептала я хрипло.

Пока его губы робко касались моей кожи, я запустила руку ему под водолазку, ощупывая твёрдый, рельефный торс. Правая рука торопливо потянулась к его ремню.

— Подождите, — его голос прозвучал тихо, но чётко. Он слегка приподнялся, отстраняясь.

Я замерла, дыхание сбилось.

— Я не уверен, что нам стоит заниматься этим сейчас и здесь, — сказал он. Его глаза в полумраке казались тёмными, нечитаемыми. — Вы под значительным влиянием алкоголя. Ваши решения могут быть иррациональны. Я не уверен, что вам нужно именно это.

— Заткнись, — прошипела я, чувствуя, как злость закипает во мне. — Ты не можешь знать, что мне нужно, лучше меня.

Я грубо выдернула его ремень, отбросила в сторону. Моя рука легла ему между ног, ощупывая сквозь плотную ткань джинсов.

— Пожалуйста, не нужно, — повторил он, и в голосе прозвучала мольба.

Я села на него сверху, ухватила пальцами за подбородок и притянула его лицо к своему.