Страница 33 из 56
И тут внутри начала раскручиваться тёмная воронка злости. Вот не мог Баюн больше инструкций дать? С самого начала, как я открыла глаза на пляже, за мной по пятам так и ходят неприятности. Да я же умереть могла в первые пару часов, как Баюн меня в путь отправил. Внутри кипело негодование на всё и на всех. Не находя выхода, злость оседала внутри неприятным пеплом.
— Мирослава, эй… Мирослава, ты в порядке? — Открыв глаза, я увидела перед собой довольного, пышущего жаром Печника. — Я тебя уже пять минут зову, а ты сидишь как статуя, не реагируешь. Я уж испугаться успел, — дух отлетел от меня и провёл рукой над одеждой, которая лежала разложенная у костра, и над сумкой. — Переодевайся быстрее, да пойдём. Странную энергию я тут ощущаю, разобраться бы надо.
— Только энергий нам странных тут не хватало, — пробурчала я недовольно и встала. Я взяла штаны, рубаху и пошла к берёзе. — Печник, поблизости точно никого нет?
— Точно‑точно, переодевайся быстрее.
За две минуты я скинула с себя сорочку и оделась. Одежда была сухой и приятно тёплой, как будто только с батареи. От этого тепла моя нервозность чуть улеглась. Я вышла из‑за дерева и увидела, что Печник уже собрал наши небольшие пожитки.
— Пошли. Думаю, я понял, где мы находимся, — взгляд Печника не предвещал ничего хорошего. — Лучше бы я ошибался.
Я подошла и подняла собранную сумку с земли. Рядом лежал камень. Я подняла его и посмотрела на духа.
— А камень уже не нужен, что ли?
— Нужен‑нужен, да забыл я про него. Не нравится мне то место, куда нас русалки отправили, — Печник вздохнул и пристроился около моего плеча. Его вид был настолько бодрым, что я и предположить не могла, что всего какой‑то час назад он выглядел так, будто готов испустить дух.
Он задумался, взмахнул руками и замер. Мне показалось, будто от него раскинулась сеть, которая окутала собой всё вокруг.
— Как я и думал, — взгляд Печника стал беспокойным.
— Что‑то случилось? — спросила уже обеспокоенно я.
— Случилось. Русалки нас к зачарованному лесу выкинули. За берёзами как раз граница будет, — Печник задумчиво уставился вперёд. — Зачем они нас сюда отправили? Могли бы и к Златограду ближе отправить, а так… Перемахнули они его.
— И что это для нас значит? — я уже в панике смотрела на друга, представляя, как он скажет, что нам ещё неделю до этого проклятого города добираться.
— А то и значит, — он пролетел чуть вперёд и повернулся ко мне. — Через зачарованный лес путь теперь наш лежит. А на выходе — деревенька там небольшая, где мы с тобой и заночуем. Зато оттуда всего час езды на дилижансе до окраины Златограда — это ближе, чем мы были до этого.
— А почему заночуем в деревеньке? — не понимала я сути проблемы.
— Зачарованный лес ещё пройти надо. Необычный это лес, — он махнул рукой. — Да что я говорю, ты и сама сейчас увидишь.
Разговаривая, я шла за летящим Печником и не заметила, как закончились берёзы и через небольшой ручеёк начинался другой лес.
Ярко‑розовые ёлки, голубая трава, огромные цветы, которые росли рядком около какой‑то ограды… И, я так понимаю, это не предел странностей, что я увижу в этом лесу.
— А вот здесь, Мирослава, нас поджидает небольшая проблема, — я удивлённо вскинула бровь. — Тут может быть всё не тем, чем кажется на первый взгляд. Он очень переменчив и капризен. Зато это яркий пример того, что большая сила несёт большую ответственность, — он почесал нос. — Да вот только приключенцы сюда толпою ходят, да ведьмы практику тут проходят. Всё тут интересно: и животные, и деревья, и цветы, да даже трава могут как благодатью одарить, так и опасность большую нести. Для ведьм‑то тут раздолье: столько снадобий новых изобрести можно, — он мечтательно закатил глаза, как бы показывая восторг тех самых ведьм. — Раньше‑то всё как везде было: лес и лес. А лет сто пятьдесят назад, — дух тяжко вздохнул и присел на камень, — не поделили Яга с Кощеем что‑то. Кто‑то поговаривал, что это любовная ссора была, кто‑то — что Яга у Кощея украла что‑то. В общем, разные версии были. Итог один: поссорились они крупно, да так, что часть леса вот аномальной зоной стала. Потому для ведьм здесь благодать: ингредиенты для ворожбы редкие. А кто‑то и в происхождении самой аномалии разобраться пытается. Приключенцы зверьё необычное ловят, да сокровища мистические ищут — что‑то вроде артефактов, предметов, которые подверглись изменению под действием аномалии. Поэтому, Мирослава, тебе тут очень осторожной надо быть, — последние слова Печника заставили меня насторожиться.
— А почему это мне, а не нам? — спросила я подозрительно, а Печник взгляд отвёл.
— Не могу я в аномальную зону. Поглотить меня зачарованный лес может. Я же дух, который пропитан силой своего создателя да природной стихией. В общем, изменениям я могу подвергнуться, как артефакты или другие существа.
— А я? — желание идти в этот лес падало всё ниже и ниже. — Я‑то изменениям не подвергнусь?
— Не подвергнешься. Простому люду там только зверья да растений изменённых опасаться нужно. А приключенцы да ведьмы с амулетами туда ходят, дабы энергия леса отражалась и их силы не меняла. Хотя находятся и смельчаки, кто к изменениям горазд, но о них мало что слышно: скрывают они изменения свои.
— Даже предположить не берусь, что там тогда за изменения такие, — проворчала я недовольно. — Ладно, а ты тогда что делать будешь? — я вопросительно посмотрела на друга. — Раз тебе туда нельзя, то как? — я даже не могла сформулировать мысль: так пугал меня одиночный забег через этот зачарованный лес.
— В камне отсижусь, сил поднакоплю, а ты осторожней будь, — Печник пригрозил мне кулаком и нырнул в свой камень.
— «Отлично», — сказала я с сарказмом. — Теперь я ещё и одна осталась.
Вздохнув, я вытащила из сумки бурдюк и потрясла: воды на самом донышке осталось. Выпив остатки, я присела на корточки и набрала воды из ручья.
Вернувшиеся воспоминания заставили меня вспомнить о благах цивилизации, и я поразилась тому, как спокойно мой организм переносит знакомство с местными водоёмами. Вспоминая отдых у бабушки, я подумала: нахлебавшись воды в местном озере, я три дня спала у фаянсового друга.
Я усмехнулась. В те дни я дала себе обещание пить только бутилированную или фильтрованную воду, а не из‑под крана.
Я с горем пополам перешла ручей: камни больно впивались в голые ступни, да и царапина так и не прошла до конца, хоть и необычайно быстро затянулась. В мыслях я всплакнула о потерянной обуви.