Страница 24 из 56
О заколдованном колодце и вернувшемся воспоминании. Не все сказочные клубочки ведут туда, куда нужно.
О заколдованном колодце и вернувшемся воспоминании. Не все сказочные клубочки ведут туда, куда нужно.
Вой Волколака
Вот уже час мы шли по полю. Поле было явно заброшено, если так можно выразиться. В некоторых местах трава была заметно выше моего роста. Печник сказал идти прямо и никуда не сворачивать, поскольку ни о какой тропинке не было и речи. После произошедшего у озера желания разговаривать не было ни у меня, ни у духа.
Вот уже час я шла и пыхтела. Как меня достал этот мир! Два дня… Я только два дня как тут очутилась, а такое ощущение, что не меньше года, а то и больше. Я так устала! Да у меня кулаки чесались — задать трёпку тому, благодаря кому я здесь оказалась.
Произошедшее с Ао повергло меня в столь глубокий шок, что первое время я шла на автопилоте и даже не заметила, что солнце уже уверенно уходит в закат.
Я откинула прядь волос, которая настойчиво лезла в глаза. Очень жаль, что моя «резинка» канула в небытие в тех болотах. Подняла глаза к небу и поняла, что спать мы сегодня будем явно не в стенах дома.
— Печник, ты хотя бы примерно сказать можешь, сколько нам ещё идти до дороги? — я вытерла взмокший лоб. Из‑за высокой травы создавалось ощущение, будто я в парилке. Притока свежего, желательно холодного, воздуха катастрофически не хватало. Тяжёлая сумка оттягивала плечо. Травинки царапали голые ноги, из‑за чего постоянно хотелось чесаться.
В общем, нервы мои были на пределе.
Печник косо на меня глянул и тяжко вздохнул. Весь последний час он преспокойно ехал на своём камне, то есть в сумке.
— Сказать‑то могу, — Печник опустил глаза и нахмурился. — Вот только боюсь, что ответ тебе не понравится, — он снова посмотрел на меня; в его глазах я видела настороженность. К сожалению, и без его слов я поняла, какой будет ответ.
— А ты всё равно скажи, — настаивала непонятно зачем. — Мне нужно это услышать.
Печник тяжко вздохнул и сказал:
— Такими темпами нам ещё часа четыре идти. К сожалению, при всём нашем желании мы не попадём сегодня в Златоград, поэтому нам лучше начинать искать место для ночлега.
Я посмотрела на Печника глазами, полными слёз. В какой‑то момент я остановилась, скинула сумку на землю. Печник взлетел и поспешил отлететь от сухой травы подальше. Я присела на корточки и, уткнувшись лицом в колени, тихонько заплакала.
Вскоре я рыдала во весь голос, как маленькая потерянная девочка. Всё скопившееся напряжение выливалось вместе со слезами. Я оплакивала Ао. Я выплескивала весь накопившийся страх от встречи с упырём. Также я выплакивала обиду — обиду на несправедливость жизни. В ушах набатом стояли слова Ао. Я, конечно, предполагала, что будет нелегко, но не предполагала насколько.
Устав сидеть на корточках, я села на траву. Порез на стопе ныл, губу щипало, глаза чесались от количества пролитых слёз. Враз силы как будто покинули меня. Я подняла глаза к небу: сквозь высокую траву было видно красивое зарево — солнце уже ушло за горизонт.
— Мирослава, с тобой всё хорошо? Успокоилась? — наверху показалось обеспокоенное лицо Печника. — Имел бы я тело, я бы тебя успокоил, — Печник с грустью посмотрел на свои огненные руки, которые за этот день стали гореть не так ярко, как раньше. — Нам бы в лес зайти, может, землянку какую найдём. В поле опасно оставаться.
У меня не было сил ему ответить, поэтому я просто махнула головой. Подтянув к себе сумку, я вытащила влажные штаны и рубаху, кинула их чуть подальше в траву и сверху положила камень. Трава примялась, и Печник, не опасаясь всё здесь спалить, сел на него. Дальше я вытащила бурдюк и недоеденный кусок мяса. Всё так же молча я отпила воды и глубоко вдохнула.
— Нет, друг мой. В лес сегодня мы не пойдём — я и шагу сделать не смогу, — обхватив колени одной рукой, я уставилась перед собой и откусила кусок мяса. — Трава достаточно высокая, — я обвела рукой пространство около нас, — так что, если нечисть какая и решит поживиться, ей сначала найти меня придётся, а за это время мы и убежать незаметно успеем, — я с жадностью откусила ещё кусочек. — В лесу же это будет сделать сложнее.
— Хорошо, я тогда защиту поставлю, а с утра в путь опять двинем. Но про лес ты не права: на дерево нежить не полезла бы, — сказал Печник и принялся что‑то магичить.
Я довольно быстро дожевала мясо. Зарево уже сменилось лёгкими сумерками. Поправив вещи в сумке, я положила её под голову, как подушку. Было жестковато, ну да лучше так, чем без ничего.
Я легла и закрыла глаза. Возвращение Печника почувствовала по потеплевшему воздуху. Хорошо всё‑таки, когда в компаньонах огненный дух.
Пролежав с закрытыми глазами, я так и не смогла уснуть. События минувших двух дней калейдоскопом кружились перед глазами и не давали расслабиться. Повернувшись на бок, я открыла глаза. Печник лежал на своём камне, закинув ногу на ногу, и жевал травинки. В его глазах, устремлённых в тёмное небо, отражалась вселенская тоска. Приподнявшись на локте, я спросила:
— О чём думаешь?
— Да вот о семье своей думаю, — Печник вздохнул, и травинка вспыхнула. — Как же не уберёг, не помог… Дитя сиротой осталось. Я же в семье этой уж больше двухсот лет живу. Точнее, жил. А тут не уберёг.
Моя рука потянулась к другу, но я вовремя её одёрнула: вспомнила, что и обжечь он может.
— Да, мне даже представить сложно, что ты чувствуешь, но знай, — я несмело улыбнулась, — я всегда рядом. Даже когда в новую семью тебя устроим, я в гости заходить буду. После таких‑то приключений мы, считай, что родные, — я усмехнулась. Улыбка сползла с моего лица, когда я осознала, что из другого мира я вряд ли смогу его навещать, а моей главной и основной целью является найти путь домой.
Печник понимающе, печально улыбнулся и кивнул. После такой бравады мне было неловко говорить о своём возвращении домой.
— Нам бы остаток пути без приключений пройти, а там уж видно будет, — Печник отвернулся и опять принялся жевать травинки.
— Печник, а может, ты рассказ закончишь? — я вспомнила, что до начала сегодняшних приключений Печник рассказывал о попаданцах, да как‑то незаметно перешёл на сотворение устройства Буяна.
— Какой? — его глаза хитро блеснули. — Я уж и не помню, чтобы что‑то рассказывал.
— Ну как же… — я подставила руку под щёку. — О царе Гвидоне да о царевиче.
— А‑а‑а… — Печник задумчиво протянул. — Об этом рассказе. Ну, слушай.