В объятиях чудовища

13 Принц

Холодный октябрьский воздух врезался в лицо, как тысячи иголок, когда мы с Максимом вышли из автобуса. Серое небо низко нависало над унылыми корпусами института, а ветер гнал по асфальту опавшие листья, желто-красные, как засохшая кровь.

Я вжалась в старый шерстяной шарф, который сегодня дал мне Макс, пытаясь укрыться не только от холода, но и от гнетущего предчувствия, которое не отпускало с самого утра. Мысли путались между вчерашней ночью, где сон был тяжелым и прерывистым, несмотря на относительную безопасность, и кошмаром, ждущим меня в моей комнате с коробкой, платьем и его незримым присутствием.

— Ты уверена, что хочешь туда вернуться, может поживешь у меня? — спросил Максим, шагая рядом, его обычно румяное лицо было серьезным. Он вглядывался в меня, словно пытался прочитать ответ по моим глазам, скрытым под капюшоном толстовки.

— Нет, не уверена, — честно выдохнула я, глядя на скрипучие ступени главного входа. — Но что мне делать? Жить у тебя вечно? У тебя и так места мало. А денег на что-то другое… — Голос дрогнул. Альтернатив не было.

И тут мир сузился.

Справа, с парковки, подъехал черный автомобиль. Знакомый. Мощный. Бесшумный. Он остановился с мягким шипением тормозов, как хищник, замерший перед прыжком. Водительская дверь открылась плавно, без лишнего шума.

Из машины вышел Демид.

Он был облачен в нечто безупречно строгое и одновременно дорогое: темно-серый шерстяной кардиган идеального кроя, под ним белоснежная рубашка с безукоризненно застегнутым воротником под самое горло. Темные, идеально сидящие брюки и классические туфли из тонкой кожи, блестевшие даже в этом тусклом свете.

Он выглядел как молодой аристократ или успешный бизнесмен, пришедший не на учебу, а на важные переговоры. Движения были плавными, уверенными, полными той хищной грации, которая всегда заставляла меня внутренне съеживаться. Он поправил манжет рубашки, сверкнув дорогими часами, и направился прямо к нам, к дверям.

Мы начали подниматься по ступеням. Вот зачем делать институт на такой возвышенности. Тут ступенек как на великой китайской стене. Не меньше. Каждый шаг отдавался тяжестью в ногах. Я чувствовала себя приговоренной, идущей на плаху. Вот она, массивная деревянная дверь.

— Ева. Доброе утро, — его бархатистый голос прозвучал громче, чем звук сухих листьев под ногами Максима. Он открыл тяжелую дверь передо мной, широким жестом приглашая войти первыми.

Наши взгляды встретились. Его глаза скользнули по моему лицу, оценивающе, как всегда. Затем его губы растянулись в той самой, безупречно вежливой улыбке, которая не согревала, а лишь подчеркивала дистанцию.

— Доброе… — чувствуя, как щеки заливает краска. Максим, шедший сзади, был полностью проигнорирован. Демид даже не повернул голову в его сторону, будто его и не существовало. Максим нахмурился, его кулаки сжались на мгновение, но он промолчал, лишь плотнее сжал губы.

Самиос вошел следом за мной. Его дорогой парфюм на миг окутал меня, смешавшись с запахом старого дерева института. Его присутствие ощущалось физически, как давление.

— Как реферат? — спросил он негромко, не глядя на меня, а разглядывая поток студентов в холле. — Успела дописать выводы? Петровна дама строгая, опоздать с таким заданием смерти подобно.

Я кивнула, стараясь собраться.

— Да, спасибо тебе огромное еще раз. Без твоей помощи… я бы не справилась. Выручил невероятно. Допишу последние штрихи сегодня.

Он повернул голову, и его улыбка стала чуть теплее, одобрительной.

— Молодец. Я знал, что ты справишься. Целеустремленность твоя сильная сторона, Ева. И если ты не против, я хотел бы взглянуть на финальный вариант перед тем, как ты отнесешь его Петровне. Профессиональный взгляд со стороны, знаешь ли? Могу подсказать, если где-то недочеты. — Его взгляд стал пристальным, изучающим.

Вопрос сорвался с губ прежде, чем я успела подумать:

— Зачем? — прозвучало резковато.

Демид лишь слегка приподнял бровь, его улыбка не дрогнула. — Потому что ты способная. И потому что я не хочу, чтобы такие студенты, как ты, теряли баллы из-за формальностей. Просто покажи мне перед сдачей, хорошо? — Тон был мягким, но в нем звучала та самая непоколебимая уверенность, которая не оставляла места для возражений. Как приказ.

— Х-хорошо. Спасибо. — Я машинально кивнула, чувствуя странную смесь благодарности и ловушки.

— Демид! Милый, ну, где ты задерживаешься?

Голос. Звонкий, чуть капризный, он прозвучал сзади, разрезая гул холла. Мы обернулись. Та самая огненно-рыжая девушка из библиотеки, его девушка. Она была воплощением осеннего шика: бежевое пальто в тонкую клетку, мягкий свитер цвета спелой сливы, идеальный макияж, подчеркивающий огромные зеленые глаза.

Она легко подошла, обвила руку Демида, встала на цыпочки и звонко чмокнула его в щеку.

— Я ждала тебя в аудитории! — ее взгляд скользнул по мне быстрый, оценивающий, абсолютно равнодушный. Как по мебели или пятну на стене. Ни тени интереса или даже простой вежливости. Затем она снова устремила глаза на Демида, слегка надув губки. — Скоро уже пара начнется. Я хотела бы сегодня сесть с тобой, у нас ведь смежные пары?

Демид улыбнулся ей совсем другой улыбкой. Мягкой, теплой, с искоркой в глазах. Он похлопал ее по руке, лежащей на его рукаве.

— Конечно, солнышко. Идем. — Он повернулся ко мне, его лицо снова стало вежливо-деловым. — Договорились, Ева. Покажи реферат позже. Удачи на парах.

Они пошли вглубь здания: две яркие, безупречные фигуры, слившиеся в гармоничную пару. Принц и принцесса этого института.

В груди было пусто и странно щемило. Глупо. Совершенно глупо. Что я вообще могла чувствовать? Благодарность? Смущение? Что-то еще? Нет. Он птица высокого полета. Слишком красив, слишком богат, слишком уверен в себе. Между нами пропасть.

Он не мог быть по-настоящему заинтересован мной. Да и девушка у него есть. Красивая, уверенная, его уровня. Демид Самиос не тот, кто станет что-то делать за спиной своей любимой. Это просто… вежливость. Чувство долга президента студсовета. И все.

— Фу, — прозвучало громко и отчетливо.