Страница 205 из 316
В этих планах «Лучшего друга советских авиаторов» имеется одно достаточно уязвимое место: авиамоторный №29 в Запорожье, находится словами потомков – «в зоне риска». Если Красной Армии и удастся встав в жёсткую оборону, не допустить Группу армий «Юг» к Днепру (что по вышеописанным причинам маловероятно), то всё равно это предприятие будет находиться в прифронтовой зоне и нормально работать ему не дадут.
Но уже принято решение за счёт «замороженных» строек Третьей пятилетки ускорить строительство на Урале и восточнее его так называемых «предприятий‑дублёров». И Запорожевский авиазавод «двойник», которого вот‑вот будет строиться в Омске – в первой «десятке» таких «дублёров».
Так что с этим проблем он не видел – от слова «никаких».
Теперь что касается достаточно отдалённых перспектив советской стратегической авиации…
***
Естественно после первых же успехов Стратегической авиации СССР, словами потомков – «Адик и его братва» всерьёз задумаются над укреплением противовоздушной обороны Рейха и наши ТБ‑7М1 с моторами М‑88Б, начнут стремительно устаревать.
Следующей модификацией нашего «стратега», по идее должен стать бомбардировщик с мотором М‑89 взлётной мощностью 1330 лошадиных сил. Над последним работали с 1939‑го года и, в августе 41‑го года (уже после эвакуации, в Омске) уже запустили было в производство и даже выпустили первые сто семь штук. Однако в «реальной истории», его дальнейший серийный выпуск что‑то не заладился. Вместо него предприятие перешло на выпуск 1700‑сильного швецовского М‑82…
И опять возникла дилемма, заставляющая Сталина ломать голову:
«Что можно предпринять, чтоб выпуск М‑89 начался на «заводе‑дублёре» в Омске пораньше? И нужен ли он вообще с таким «ростом» мощности? Может, найдётся какое‑нибудь другое решение? Например поставить на ТБ‑7 второй модернизации авиадвигатели Швецова? …Они ж не высотные, мать их итти!».
Ещё был весьма перспективный 1750‑сильный двигатель М‑90 того же завода, на который «положили глаз» практически все авиаконструкторы довоенных лет. Он был спроектирован ещё в 39‑м, в том же году начали испытания пяти экспериментальных образцов. Однако до начала войны и эвакуации, М‑90 так и не был доведён до серии, а после стало уже не до него.
Сталин задумчиво тёр ладонью лоб:
«Может закрыть работы по М‑89? А после доводки М‑88Б все силы ОКБ‑20 сконцентрировать на М‑90 под руководством выпущенного из «шарашки» Туманского ‑ прежнего главного конструктора? Надо хорошенько подумать…».
Этот вариант был очень заманчив.
Ведь в отличии от «короткоходного» М‑82 (диаметр поршня – 155,5 мм, ход поршня – 155 мм), М‑90 – был «длинноходным» (146 мм/165 мм) и, в теории доводка его должна быть проще…
Вздохнул, он процитировал Гёте:
‑ «Суха теория мой друг, а древо жизни пышно зеленеет!». Эх, кабы знать «Послезнание» ещё и «Текущей реальности»…
Но кто‑то – очень всемогущий и «иже еси на небеси», таких словами потомков – «плюшек», ему не предоставил.
Естественно, в сорок первом году война не кончится ‑ каким успешным бы не было наше контрнаступление и, откуда б оно не начиналось: от «ближних подступов» Москвы или от линии Днепра. И поэтому Третий Рейх ещё очень долго, надо будет бомбить и причём ‑ бомбить нещадно, загоняя недоделанных «арийцев» в Каменный век ‑ с его Великим обледенением и неандертальцами в шкурах… А то и в какой‑нибудь «Меловый период» ‑ с плезиозаврами и тираннозаврами‑рексами. Чтоб они во главе со своим Бесноватым, поменьше думали про танки и пикирующие бомбардировщики ‑ а больше про зенитные орудия и истребители ПВО.
С 1942‑го по 1945‑й было произведено в общей сложности 3617 двухмоторных Ил‑4. Если их «конвертировать» в четырёхмоторные ТБ‑7, то в дополнении к выпущенным в 1940‑м и 1941‑м году, в течении Великой отечественной войны мы будем иметь…
Всего 904 машины.
Однако маловато будет, если знать что США произведут за Вторую мировую войну 12731 штук одних только «Летающих крепостей» (Б‑17). А ведь были ещё и «Либерейторы» (Б‑24), были и «Суперкрепости» (Б‑29)…
Но разве кроме довольно‑таки откровенного убогого ильюшинского дальнего бомбардировщика, советской авиапромышленности больше не на чем «экономить»?
А советскому народному хозяйству в целом?!
К примеру одна только «оптимизация» Третьей пятилетки, уже в этом году даст просто невероятный профицит бюджета. Столько же (если не больше) сэкономим, если эвакуация промышленности примет меньшие масштабы, чем в «Реальной истории», если не будет Блокады, если под пятой оккупанта не окажется хотя бы Донбасс с его металлургией, коксохимией и машиностроением…
А в этом нам определённо помогут «первенцы» советской стратегической авиации: 150 тяжёлых бомбардировщиков ТБ‑7 и 594 ТБ‑7М1!
Да и «старички» ТБ‑3 ещё кой на чё годны – на роль ночных бомбардировщиков, например. И ДБ‑3 и СБ‑2…
Главное словами потомков – не «пролюбить» всё это в самом начале войны, отдав авиацию в руки генералов Красной Армии с начальным образованием и «коннобалетным» боевым опытом ‑ которые и взаимодействие видов сухопутных войск (пехоты, артиллерии и танков) организовать по‑человечески не могут.
Да и ради святого дела, стоит хорошенько поскрести по государственным «сусекам» и наскрести «внеплановые» средства на выпуск в течении Великой отечественной войны хотя бы пяти‑шести тысяч стратегических бомбардировщиков…
Оно того стоит!
Глава 10. Материальная часть‑2: «Крылатый шакал» советских ВВС.
Из книги Мелехова Анд. «Война моторов. Крылья советов»
62
:
«На смену периоду рыцарской наивности и 800‑сильных моторов (иногда его ещё называют «каменным веком») пришли 1942–1943 годы – этап тотальной и бескомпромиссной войны, многомиллионных потерь, крушения иллюзий и использования удивительных даже по меркам XXI века технологий. В этот период воюющие стороны окончательно избавились не только от мешавших истреблять всё живое моральных принципов, но и от устаревших самолётов и отживших своё моторов‑«тысячников». Наступила эра радаров, радиолокационной навигации, двухступенчатых высотных нагнетателей и «коврового» бомбометания. Лётчики‑истребители начали считать недостаточной скорость в 600 км/ч, а 7–8‑мм пулемёты с «винтовочным» патроном использовали разве что для пристрелки стремительно наращивавших мощность авиационных пушек. Мрачные мечты итальянца Дуэ и американца Митчелла неожиданно для многих превратились в суровую реальность. При этом первыми, кто научился поднимать в воздух по тысяче «бомберов» за раз и стирать с лица земли целые города, оказались англичане.
Совершенно отчётливо выделяется и последний период Второй Мировой – 1944–1945 годы. Получив двигатели мощностью 1600–2500 лошадиных сил, поршневые истребители большинства воюющих стран достигли скоростного рубежа в 700 км/час, после чего… почти сразу же устарели. В воздухе над Европой появились первые реактивные (и даже ракетные) самолёты, летавшие с невиданной доселе скоростью – 800–900 км/ч. Военные лётчики получили в своё распоряжение высотные гермокабины и турбокомпрессоры, бортовые радары наведения, радиолокационные бомбовые прицелы, управляемые и неуправляемые ракеты, десятитонные бомбы‑«блокбастеры» и, наконец, апофеоз «коврового» бомбометания – атомное оружие».
Тяжёлые четырёхмоторные «стратеги» ТБ‑7 станут главной ударной силой советских воздушных армий особого назначения (ВАОН). Однако для того чтобы воевать «цивилизованно» («по‑европейски», «по‑американски», «по‑западному», наконец): то есть не «живой силой» на поле боя ‑ а ударами с воздуха по экономике страны, одного этого критически мало.