Страница 50 из 153
Глава 13. Поезд
Второй удар железнодорожного ключа сорвал накладку с двух шурупов. Дверь ещё держалась на внутреннем засове, но между полотном и косяком появилась щель. Лыткин отбросил ключ, просунул пальцы в зазор и потянул дверь на себя.
Климов выстрелил верхнюю петлю. Пуля разбила дерево возле лица Лыткина, и тот отдёрнул руку. Белов ответил из браунинга через щель. Часовой у стены согнулся, выпустил винтовку и сел на пол, прижимая ладонь к животу.
Коридор был уже двух шагов. Люди Климова не могли стрелять мимо раненого, а Белову хватало щели, чтобы держать переход. Климов схватил часового за ворот гимнастёрки и втянул в ближайшее купе. На полу осталась винтовка.
Гусев ударил ключом ещё раз. Засов вышел из гнезда, дверь распахнулась на ладонь и упёрлась в поставленный поперёк ящик. Лыткин навалился плечом. С другой стороны два красноармейца удерживали ящик ногами и били прикладами по пальцам в проёме.
Снаружи начальник новой смены потребовал открыть вагоны и пригрозил вызвать станционную охрану. Двое его людей уже возились со сцепкой. Начальник поезда поднял красный фонарь в окне, но дежурный по станции отвернулся и пошёл к паровозу.
Тухачевский услышал первый выстрел возле сейфа. Он снял китель с вешалки, достал из кармана удостоверение и передал его Горину. Если его убьют, приказ продолжать движение должен был остаться у человека, способного добраться до машиниста.
— Михаил Николаевич, от окна отойдите, — сказал Горин, не принимая удостоверение. Тухачевский вложил книжку ему в руку и велел занять место возле задней двери. Спорить со старшим по должности в коридоре, простреливаемом из соседнего вагона, было поздно.
Связист успел выбраться на крышу. Кабель зацепился за вентиляционную трубу, и катушка вырвалась у него из рук. Он прижал её коленом, вытянул провод к следующему вагону и увидел, как возле паровоза трое сотрудников поднимаются на тендер.
Он крикнул вниз, но шум пара заглушил голос. Один из людей новой смены заметил его и поднял револьвер. Связист лёг на крышу, потянул кабель дальше и услышал два удара по железу. Пули прошли выше, выбив щепу из деревянной площадки.
Тухачевский открыл люк и велел ему не тянуть провод к самому паровозу. Достаточно было сбросить конец на тендер и передать машинисту записку. Он написал приказ на листе из блокнота, сложил вчетверо и обернул вокруг штекера.
В пассажирском вагоне Климов сменил положение людей. Одного бойца оставил у раненого, двоих поставил за дверями купе, ещё троим приказал лечь вдоль стен. Если ящик сдвинут, Лыткин увидит пустой коридор и войдёт под перекрёстный огонь.
— Я открою дверь, — крикнул Климов. — По одному, без оружия. Начальник смены первым. Лыткин ответил, что подчиняется только письменному приказу управления. Климов предложил прочитать его, пока Белов держит пистолет у дверной щели.
Лыткин замолчал. Через несколько секунд из служебного вагона донёсся короткий разговор. Гусев предложил уйти через наружную дверь, Белов потребовал сперва взять Тухачевского. Они уже не изображали смену караула и не ждали подписи из Москвы.
Лыткин снова навалился на дверь. Ящик сдвинулся на пол-ладони. Белов просунул браунинг и выстрелил дважды вслепую. Одна пуля вошла в стенку купе, вторая попала в лампу. В коридоре стало темно, остался только свет из разбитого окна перехода.
Климов отпустил ящик. Лыткин не ожидал, что сопротивление исчезнет, шагнул внутрь и упал на колено. Двое красноармейцев ударили из купе. Первая пуля прошла мимо, вторая пробила ему бедро. Белов выстрелил через его плечо и заставил обоих отойти.
Гусев попытался вытащить Лыткина назад. Климов схватил раненого за ремень и потянул в свою сторону. Несколько секунд они держали одного человека с двух концов. Белов не мог стрелять, не попав в своих, и ударил рукояткой по руке Климова.
Тухачевский вошёл в пассажирский вагон в тот момент, когда ящик перевернулся. Он увидел Лыткина на полу, браунинг в дверной щели и Климова, державшего раненого за ремень. До штабного вагона оставалось шесть шагов и одна дверь.
— Назад! — крикнул Климов. Тухачевский не успел отступить. Белов дёрнул пистолет вверх и выстрелил. Пуля прошла через мягкую стенку перехода, задела Тухачевскому плечо и ударила в латунную ручку штабной двери.
Горин втянул его в купе. Тухачевский остался на ногах, прижал ладонь к плечу и приказал не закрывать проход. Климов воспользовался выстрелом: рывком вытащил Лыткина из проёма, а красноармеец захлопнул дверь и просунул в петли стальной шомпол.
Белов ударил в дверь и выстрелил ещё раз. Пуля прошла ниже замка. Климов перевернул Лыткина лицом вниз, оттолкнул от него спрятанный револьвер и затянул ремень выше раны. Живой исполнитель стоил теперь дороже всей станции.
На перроне появился военный комендант с отделением красноармейцев. Он не стал разбираться с удостоверениями и приказал всем, кто не входит в поездной караул, положить оружие на землю. Начальник новой смены потребовал назвать основание.
— Основание идёт из Москвы через военного прокурора, — ответил комендант. — Кто хочет спорить, будет спорить без револьвера. Двое сотрудников возле сцепки подняли руки, но человек на тендере выстрелил в сторону связиста.
Красноармейцы открыли огонь. Сотрудник упал между паровозом и первым вагоном. Машинист, получивший записку с крыши, дал свисток и открыл регулятор. Состав дёрнулся, сцепка ударила, люди на подножках посыпались на перрон.
Гусев распахнул наружную дверь служебного вагона и прыгнул до того, как поезд набрал ход. Он попал под огонь комендантского отделения, прокатился вдоль платформы и остался возле багажной тележки. Белов один продолжал держать переход.
Климов предложил ему сдаться. В ответ Белов потребовал остановить поезд и передать Тухачевского начальнику смены. Климов посмотрел на лежавшего Лыткина, проверил узел на ремне и приказал бойцам отойти от двери.
Белов ударил плечом. Шомпол вылетел из петель, дверь открылась, и он вошёл в тёмный коридор с браунингом перед лицом. Климов выстрелил один раз. Белов ударился спиной о стену, попытался поднять пистолет и получил второй выстрел в грудь.
Поезд прошёл выходной семафор, не дождавшись разрешения дежурного. На станции остались двое убитых, разоружённая смена и военный комендант, который уже диктовал сообщение в окружную прокуратуру. В составе был ранен Тухачевский и истекал кровью единственный живой исполнитель.
* * *