Страница 105 из 153
Я спросил, готов ли он работать в опытной группе. Подполковник посмотрел на сотрудника прокуратуры, будто вопрос был новой проверкой. Затем сказал, что готов, если прежний разговор не потребуют назвать ошибкой. Я ответил, что именно за этот разговор его и возвращают. Он надел ремень, спрятал шнурки в карман и вышел в коридор застёгивать ботинки.
Никакая резолюция не могла вернуть ему часы в камере и уверенность, что следующий вызов закончится дверью наружу. Но материальный результат лежал передо мной: удостоверение снова находилось у владельца, а фамилия исчезла из списка Ежова. В прежней истории такие маленькие задержания складывались в привычку, после которой большая чистка казалась всего лишь продолжением работы.
Ворошилов позвонил из наркомата и сообщил, что ремонтная машина дошла до части, но водитель потребовал отдельный склад запасных деталей. Я велел дать склад и записать расход по каждой поломке. Маршальское решение уже начиналось не со звезды, а с помещения, в котором должны лежать подшипники и кабель.
Молотов доложил о геологических партиях. На Вилюй предлагали отправить небольшую разведочную группу до зимы, основную подготовить к навигации. По Западной Сибири геологи спорили о площадях и просили поднять старые материалы. Я утвердил подготовку без обещания немедленной находки. Страна получила два направления, которые не требовали ни одного ареста.
Ночью Сафонов принёс первую проверку контрольных копий. У внешнего связного, взятого возле почтового ящика, нашли записку с формулировкой из варианта комиссии. Запятая стояла именно там, где её оставили для метки. Человек, вынесший вчерашний проект, продолжал пользоваться секретарём или его столом.
— Значит, четвёртый канал, — сказал Вышинский. Сафонов ответил, что да, но это не единственное сообщение. Военная контрразведка перехватила ещё одну записку. В ней описывалось секретное приложение к маршальскому решению, которого не было ни в одном из пяти письменных вариантов.
Я попросил прочитать дословно. В записке говорилось, что при Тухачевском создаётся резервная группа из командиров трёх округов, а её состав разрешено менять без согласования с наркомом обороны. Такая формулировка делала его почти самостоятельным центром внутри армии и давала готовое основание обвинить в создании личной организации.
Эти слова существовали. Днём, перед заседанием, я продиктовал их Сафонову по закрытой линии как шестой, заведомо ложный вариант. В кабинете не было стенографистки. Поскрёбышев не видел текста, не записывал его и не передавал телефонисту. Сафонов ничего не записывал: повторил формулировку по памяти и услышал приказ забыть её до проверки.
Пять бумажных вариантов указывали на пять столов. Шестой не лежал ни на одном. Наружу ушла копия приказа, которого я не писал и которого, кроме меня и Сафонова, никто не должен был знать.