Страница 29 из 75
— Тонким его сделать получится, — наконец вынес он вердикт. — Но не быстро. И не просто. Это работа долгая, сеньор, обещать сроки я не стану, иначе совру.
— Потому что такого ещё никто не делал? — уточнил я.
— Относительно, — он отложил инструмент. — Плоские образцы есть. Их ставят в планшеты. Но они большие, размером с книгу. А вам надо ужать так, чтобы в карман помещалось, и при этом мощность не растерять. Вот это уже новое. Этого никто не делал.
Я кивнул. Примерно так и думал.
— Тогда подумай ещё над одним. Нам ведь не обязательно, чтобы он держал заряд месяцами.
Рафаэль поднял брови.
— А как иначе? Кристалл на то и кристалл. Он не заряжается, сеньор. Совсем.
— Поясни.
Он вздохнул, как человек, который в третий раз объясняет ребенку, почему нельзя совать пальцы в розетку.
— Камень сам тянет энергию из окружающего пространства. Пока работает, копит и отдаёт, а как выработает ресурс, то рассыпается прахом. Заряжать его, конечно, можно, но с маленьким камнем это самоубийство. Чуть переборщишь с напряжением, и всё.
— Что значит всё?
Вместо ответа он порылся в коробке, выудил осколок размером с ноготь и зажал его в держателе. Подвёл два контакта и щелкнул тумблером. Кристалл слабо засветился, а потом коротко хлопнул и осыпался горсткой серой пыли.
— Вот что значит всё, — констатировал Рафаэль, сдувая остатки с держателя.
— А пыль? — Я подошёл ближе и тронул серый порошок пальцем. — С ней что делают? Она энергию хранит?
— Хранит, — он пожал плечами. — Но мало и недолго. Кончается быстро. Обычно её просто выбрасывают, возни много, толку мало.
И вот тут у меня в голове щелкнуло.
Я вспомнил первые смартфоны своего мира. Те, что разряжались к обеду, если ты, не дай бог, кому-то позвонил. Маленькие, слабые, с капризными аккумуляторами, над которыми все ругались, но которыми все пользовались. Потому что альтернативы не было, а удобство и маркетинг были.
Маленький и недолгий, это не приговор. Это техническое условие.
— Рафаэль, — я почувствовал, как разгорается азарт. — А если сделать корпус под эту пыль? Собрать её, утрамбовать и запечатать. И получить из мусора аккумулятор.
Парень посмотрел на меня так, словно я предложил жарить яичницу на солнце. Процесс занимательный, реальный, но крайне неэффективный.
— Можно, — протянул он без энтузиазма. — Только держать он будет неделю максимум. Потом снова труха.
— А заряжать его потом можно?
— Можно. — Он почесал затылок, оставив на лбу серую полосу. — Но напряжение должно быть стабильным и ровным. Как в лампочке. Скакнет и привет, опять подметай.
— Вот этим и займешься, — подвёл я итог. — Собираешь аккумулятор из продукта распада и учишься его стабильно заряжать.
Рафаэль вытер руки о тряпку и оглядел свою припорошенную лабораторию с сомнением.
— Сработать может, — признал он осторожно. — Но я одного не пойму, сеньор. Кому такая штука нужна? Неделя заряда, потом подзаряжать. Кто это купит?
— Эту проблему я беру на себя, — отрезал я мягко. — Твоё дело собрать. Покупателей найду сам.
— Ну, вам виднее. — Он развел руками.
— Прекрасно.
Позже поставлю новую задачу, Рафаэль должен будет собрал мне зарядку. Можно и сразу сделать продукт, что не требует подзарядки. Но это дело тонкое, маркетинг, увы, работает не так. Я могу потратить на год больше и создать полноценное устройство, но тогда задам слишком высокую планку. Да и затраты возрастут не пропорционально прибыли, а аккумуляторы из никому не нужного продукта распада, это отличная возможность нарастить маржинальность!
* * *
Вечером я заперся у себя и разложил на столе всю местную технику, какую успел купить.
Планшет, ноутбук, телефон-кирпич, настольный компьютер. Включил каждое устройство и пожалел об этом. Операционная система здесь была одна на всех, и от неё хотелось не работать, а плакать.
Серое меню, в котором всё свалено в кучу. Браузер, который с трудом прогружается в силу слабой оптимизации. Поиск, который ищет все, но не то, что надо. Никаких разметок, никакой логики, никакого намека на то, что между человеком и машиной должна быть хоть какая-то любезность. Складывалось ощущение, что интерфейс рисовал человек, который компьютеры искренне ненавидит и мстит им изнутри.
Я закрыл крышку ноутбука и потёр переносицу.
Проблема в том, что я знаю, как должно быть, но не знаю, как это сделать. Я видел готовый результат тысячи раз, я им пользовался, я даже продавал его другим. Но строить операционную систему с нуля мне не приходилось. Я человек интернет-продуктов. Сайты, сервисы, аудитория, монетизация — это моя кухня. А ядро системы, драйверы, код — это другая профессия, и притворяться, что я её знаю, глупо и опасно.
Значит, с нуля не вариант. Надо идти другим путём.
Утром я поймал Матео за завтраком и сразу взял его в оборот.
— Скажи, операционку можно взломать?
Парень даже не удивился.
— Можно, — кивнул он, отхлёбывая из кружки. — Многие так делают. Но не чтобы что-то украсть, а чтобы под себя переделать. Иконки поменять, цвета, темы всякие. Стандарт же тоска зелёная.
— Покажи.
Матео сходил в офис и вернулся с планшетом Беллы. Я взял устройство и невольно задержал взгляд.
Это был тот же убогий местный планшет, но я его не узнал. Серого интерфейса не было и в помине. Вместо него аккуратные иконки, каждая своя, нарисованная вручную, со вкусом. Мягкие цвета, понятная сетка, ничего лишнего. Системой хотелось пользоваться просто потому, что на неё было приятно смотреть.
— Это Белла, — пояснил Матео не без гордости. — Сама всё перерисовала. Базовый стиль убрала, поставила свой.
— Хорошая работа, — искренне отметил я.
В голове тут же мелькнула приятная мысль. Сенсорные экраны изобретать не придётся, они уже есть. Пусть в узкой нише, пусть на дорогих железках, но есть.
И тут же мысль споткнулась. Я провёл пальцем по экрану. И ничего. Ткнул сильнее. Снова ничего. Планшет реагировал только на стилус, который болтался на шнурке сбоку.
— На палец не отзывается? — уточнил я.
— Нет, только стилус, — подтвердил Матео. — Так у всех.
Значит, экран придётся переделывать под человеческие пальцы. Задача интересная, но не сейчас. Хотел было скинуть её Рафаэлю и осёкся. Парень и так по уши в кристаллах и пыли, ещё одну глыбу на него вешать преждевременно. Москва не сразу строилась, как любил повторять один мой знакомый прораб, пока строил себе дачу за мой счёт.
Я улыбнулся своим мыслям.
— Чего вы радуетесь? — не понял Матео.