Страница 149 из 171
— Я что хочу сказать, сэр, — с трудом выдавил он, — он вообще не вернется. Я что хочу сказать... он мертв.
И снова мрачное молчание воцарилось в комнате, освещенной лампами под красным и зеленым абажурами.
— Понимаю, — пробормотал полковник Роуэн.
— Хогбен, — со всей силой ненависти сказал Балмер, — Хогбен и не собирался никуда убегать. Хогбен... — он остановился и повернулся. А вы же знаете суперинтенданта. Он двинулся на него с пустыми руками. И Хогбен выхватил пистолет и выпалил ему прямо в лицо.
У сержанта Балмера перехватило горло, и он сделал еще одно отчаянное усилие, чтобы заговорить.
— Ну вот, — сказал он. — Я был неподалеку. Суперинтендант предупредил меня, чтобы я никогда не носил с собой заряженное оружие. Я заверил его, что не буду. Но оно у меня было. Я подошел почти вплотную, так что промахнуться просто не мог. И я влепил пулю этому подонку Хогбену прямо между глаз. И, видит Бог, я горжусь этим.
Все молчали, пока мистер Мейн не взорвался.
— Это была ошибка Чевиота! — вскричал он, не в силах справиться с нервным потрясением. — «Пылай, огонь, и клокочи, котел!» Он всегда цитировал эти слова, когда шла речь о Маргарет Ренфру. И он не знал, он не догадывался, что эти слова могли быть отнесены скорее к нему. — Мистер Мейн пришел в себя. — Леди Дрейтон! Прошу простить меня! Я не имел в виду...
Голос у него прервался.
Флора не шевельнулась, она не проронила ни слова, не посмотрела ни на кого. У нее лишь дрожали губы, и дрожь эта становилась неудержимой; все слышнее становился рев толпы, и пламя окрашивало пурпуром край неба.