Ненастоящая принцесса

Надо было послушаться старейшин и вернуться в Королевскую деревню! Получив снова письмо из Петросы, она разволновалась не на шутку и приказала посадить мэра и его помощников в тюрьму, а также устроить ей встречу с главарём повстанцев Озёрного края.

И вот теперь рано утром она едет на какое-то открытое поле, где сможет поговорить с главарём с глазу на глаз, на виду у собравшихся, но на достаточном расстоянии, чтобы их услышали. Софи посмотрела в окно, они как раз проезжали по дороге, идущей вдоль чистейшего озера. Вода уже освободилась от сковавшего её льда и блестела в лучах утреннего солнца.

— И всё же, Ваше Высочество, я советую вам передумать.

— Передумать? И что же тогда делать с повстанцами?

— Прикажите убить их, — Мария равнодушно пожала плечами, — по крайней мере сегодня мы точно знаем, где они будут находиться вместе с главарём, чего не скажешь о завтрашнем дне.

— Нет! Это неправильно! Я же сама назначила эту встречу.

— Возможно, неправильно, но разумно сейчас вернуться в Королевскую деревню и позволить армии разобраться с повстанцами, Ваше Высочество.

Софи вздохнула. Как ни заманчиво было это предложение, она не отступится от своего решения. Не сегодня.

— Что ж, пусть будет не слишком разумно.

Они подъехали к месту назначения, и командир армии помог ей спуститься на землю по ступеням кареты. Принцесса огляделась и увидела по меньшей мере половину её армии, ровной шеренгой стоящую вдоль дороги. Вторая половина, как она знала, находилась в засаде.

Впереди было поле. Снег ещё не до конца сошёл и кое-где белел лоскутами на черной земле. В центр вел дощатый настил, постеленный специально для неё. Он заканчивался небольшим помостом со стоящим круглым деревянным столом и парой обтянутых бархатом стульев.

На другом конце поля она видела группу людей, они были почти столь же многочисленны, как и её армия. Она взяла предложенную ей подзорную трубу и рассмотрела их. Выглядели они значительно хуже её армии. Там находились юноши, старики, женщины и казавшиеся совсем неуместными в этом месте совсем молоденькие девушки. У них не было красивой военной формы с блестящими на солнце пуговицами, но были, пусть и не такие блестящие, ружья и пистолеты. Лишь пара выстрелов — и начнется битва, но битвы сегодня быть не должно, лишь переговоры.

Командир ещё раз провел инструктаж и спросил, готова ли она.

— Я готова.

Высоко в небо с помощью колдовства командира взлетел флаг Миэлния — красная роза с двумя кольцами на стебле на золотом фоне. Над другим концом поля показался флаг Озёрного края — голубой с изображением серебряной ряби на поверхности озера.

— Вам, Ваше Высочество, следует идти.

Не в силах вымолвить ни слова, Софи кивнула. Она приняла протянутую ей руку и шагнула на деревянный настил. Девушка двигалась медленно, и ей казалось, что все это происходит во сне. Вот она переступает с одной деревянной доски на другую, шажок, еще один... и вот от группы людей напротив отделился кто-то и пошел ей на встречу уверенными большими шагами. «Главарь», — подумала Софи. Он был молод, широкоплеч и хорошо сложен. Она отметила длинные, доходившие до плеч волосы, которые нещадно трепал ветер, волевой подбородок и озорные глаза, так похожие на глаза совсем другого человека. Ей даже на секунду показалось, что это именно он решил разыграть её таким странным способом.

Вот уже они добрались до помоста. Ступив на край него, Софи остановилась, предостерегающе вскинув руки.

— Оружие, — она кивком указала на его пояс.

Он тоже поднял обе руки и усмехнулся.

— Сейчас-сейчас, — он медленно опустил одну руку, вытащил из-за спины припрятанный пистолет и бросил на землю, а затем хотел сделать шаг вперёд, но Софи его остановила.

— Это не всё.

Он снова ухмыльнулся:

— Ваше Величество видит насквозь.

— Возможно, — улыбнулась принцесса.

— Ладно, — он медленно наклонился и достал маленький пистолет и нож из сапога. Софи окинула его быстрым взглядом: похоже, это всё. Она шагнула вперёд, но на этот раз была остановлена им:

— А ваше оружие?

— У меня его нет.

— А если я вам не верю?

— Хотите обыскать? — принцессе пришлось собрать всё своё мужество и кокетство, чтобы фраза прозвучала игриво.

— Я бы не отказался, — ответил он ей в тон и скользнул взглядом по её фигурке.

— Вы действительно боитесь хрупкой девушки? — Софи рассмеялась. — Вы же можете задушить меня голыми руками.

— Что верно, то верно, — он продолжал улыбаться и был доволен собой.

— Сядем? — предложила Софи, чувствуя, как ноги у неё начинают подкашиваться.

Он кивнул, и они сели по разные стороны стола. На его крышке Софи различила мозаичный узор в виде роз.

— Итак, Филипп, — Софи заранее выяснила его имя, — вы с вашими… эм, друзьями собрались и захватили власть в Озёрном крае?

— Да, именно так.

— И почему вы так решили?

— Потому что мне с моими друзьями надоело влачить нищенское существование, смотря, как другие жируют. Мы собрались и свергли власть, заперев всех её представителей в тюремной камере. Без большого кровопролития, надо сказать, — заметил он.

— О, как замечательно. Вы не поверите, я вчера заперла мэра Токарева в тюремной камере и тоже без большого кровопролития. Вернее, его совсем не было.

— Да, вы проделали это мастерски. Но, надо сказать, вы приехали в Токарев только из-за нас, а значит, мы можем приписать это и к своей собственной заслуге.

— Хм, об этом я не подумала, вы буквально открыли мне глаза!

— Рад стараться, Ваше Высочество, — слегка поклонился Филипп.

Она ему нравилась, определенно нравилась. Возможно, эта встреча не зря, и они сумеют договориться, если продолжат беседу в столь же легком, игривом тоне.

— Филипп, — Софи произнесла его имя медленно, как бы пробуя на вкус, и он снова улыбнулся, — чего вы хотите?

Он положил локти на стол и придвинулся ближе:

— Конкретно я?

Софи тоже чуть склонилась вперёд.

— Да, конкретно вы.

— Вы что же, хотите меня подкупить? — он приподнял бровь.

Софи поняла, что свернула не туда. Заигрывания не приведут к результату. «Нужно быть собой, помни, кто ты!»

— Нет, что вы, я же вижу, что вас уже подкупили. Я лишь пытаюсь понять, чего вы добиваетесь.

— Подкупили, что вы! Мое сердце не подкупно.

— Сердце может быть, но вот остальное, — она скользнула по нему взглядом и поморщилась, — я сомневаюсь.

И он решил сдаться, не буквально, конечно, но всё же.