Ненастоящая принцесса

— Мне надо поехать с ней.

— Нет, — граф строго посмотрел на сына, — это опасно.

— Но я хочу там присутствовать.

— Он хочет видеть её одну. И мы не сможем обеспечить безопасность должным образом.

— Нет, я поеду.

— Саша, зачем тебе ехать? — графиня подошла к сыну и положила руку на его плечо, которую тот тут же сбросил. Значит, графиня действительно, как и её сын, играет настроением, — подумай сам, убив тебя и её, власть уйдет другой принцессе, а ведь мы не знаем где она и с кем. А убив девчонку, они просто убьют девчонку.

«Девчонку» — повторила про себя Софи. Графиня права: убив её, ничего не изменится. Александр останется королём, и даже захватив её в плен, они ничего не добьются. Софи здесь лишняя, она по-прежнему не член семьи, а случайный участник. Она вспомнила людей под стенами башни, что-то ещё она может. Может управлять народом, знает секрет и может его выдать. Муж заботится о её безопасности или боится её действий?

«Используй магию», — вспомнила Софи. Именно это она и хотела сделать, до разговора с Александром, до того момента, как поняла, насколько опасна Тея. Софи перебирала в памяти всё, что знала о магии, и примеряла возможности применить её, почти не слушая разговор в комнате. Если ей удастся убедить президента, что это его решение, а не её, явить магию народу, то она вполне могла бы избавиться от этой семейки, которая так беззастенчиво прохаживается и о её неспособности вести переговоры и о том, что её жизнь теперь не очень-то и важна.

— Я поеду одна, — произнесла Софи вслух, и все сразу умолкли. — Раз президент хочет видеть меня одну, значит, я поеду одна. Только так, соглашаясь на это условие, мы сможем добиться от него помощи. — Она вздохнула и решила поддержать идею о своей неспособности принимать решения. — А вы мне скажете, на что приемлемо соглашаться, а на что нет, чтобы ненароком я не навредила стране.

— Одна ты никуда не поедешь, — Александр был непреклонен и сверлил её глазами.

«Стой и помалкивай, иначе выйдешь за дверь». «Что, боишься, что я смогу их убедить? А может, мне стоит на тебе МОЁ колдовство применить?»

— но этих слов он не слышал и обратился к отцу: — Она слишком не предсказуема, мы не сможем её контролировать, и мало ли, в чем её убедит президент.

— Президенту можно доверять, он всегда поддерживал нас, а мы его.

— Зачем тогда она ему сейчас, когда от неё никакого прока?

— Может, Софи, ты знаешь, зачем хочет видеть именно тебя президент Гроснан? — графиня подошла к Софи, и та, помня о её даре, сделала шаг назад.

— Не знаю.

— Но что-то же ты по этому поводу думаешь?

Софи посмотрела на графиню. Та умела быть мягкой и доброй: «Не пугай её ещё больше, она и так боится», могла быть злой и жестокой: «Если хоть один волос упадёт с головы моего сына...», и сейчас могла бы проявить доброту к Софи, попытаться втереться в доверие, по-матерински приласкать её, но предпочитала запугивание, а не обман.

— Я думаю, что догадываюсь о причине, но не хотела бы озвучивать её в слух.

Графиня вскинула брови от такой дерзости:

— Вот как!

Она обернулась к мужу, как поняла девушка, ожидая его одобрения, Софи же посмотрела на своего. Александр смотрел на неё прищурившись, будто прикидывая, стоит ли её пытать или всё же нет, а может, раздумывая, могла ли она, Софи, устроить заговор за его спиной.

— Мам, ты можешь поехать с ней и проконтролировать её?

Графиня перевела взгляд на сына и всего секунду рассматривала его. Софи пришла в голову мысль, что как-то странно он готов рискнуть матерью, но все же графиня темная — лошадка; она никогда не устраивает никаких противостояний и не вмешивается ни во что, всем руководит её муж. Однако, на что она способна, тоже не известно и, если бы не этот ночной разговор, Софи никогда бы не подумала, что она может влиять на настроение, подобно Александру.

— Это неплохая идея, — к удивлению Софи, заговорил граф, — Илона, ты тоже поедешь.

Софи захотелось закричать «нет», но она промолчала. Что происходит? Зачем он отпускает свою жену и жену покойного брата с ней? Что умеют они и почему он так уверен, что они смогут её контролировать?

***

— Твоя мать знает, что я умею немного колдовать?

— Всего немного?

— Ты не ответил на мой вопрос, — голос Софи стал жёстче.

Они стояли у окна в своей комнате, не касаясь друг друга. Софи надела кремовое платье с белоснежным воротничком и из окна рассматривала черную ничем не примечательную карету, которая уже ожидала её. В детали поездки её не посвятили, лишь подробно рассказали о её роли, на что она должна соглашаться, а на что нет, о том, как следует вести себя с президентом и слушаться во всем графини. Дмитрий поедет с ними, он выступит в качестве организатора переговоров.

— Теперь знает.

Софи неуверенно кивнула; конечно, его мать прошла совсем другой инструктаж перед поездкой.

— В таком случае расскажи, что умеет она и Илона?

На это Александр лишь покачал головой.

— Это было бы честно: они знают, что могу я, а я буду знать, что могут они.

— Не думаю, что эти знания тебе как-то помогут.

— Ты мне совсем не доверяешь...

Александр повернулся к ней и взял за руку, но Софи тут же выдернула её и отступила на шаг.

— Нет! Никакого колдовства! — предостерегла она, скрещивая руки на груди.

— Тогда я лишь хотел, чтобы ты помолчала и не возмущалась, иначе отец бы тебя выгнал.

— Поэтому и напугал так, что я пошевелиться не могла? Странный вид заботы, ты не находишь?

— Может, и странный, но действенный.

— Не хочу с тобой разговаривать, — Софи снова посмотрела в окно, — не воображай, что можешь управлять мной. И отвечай на мои вопросы!

Он лишь закатил глаза:

— Ты же сказала, что не хочешь разговаривать.

— Не хочу, но все же... Мне нужно, что бы ты ответил на мои вопросы.

— Так спроси уже.

Софи помолчала, подбирая слова, а затем повернулась к мужу:

— Ты не думал, что Дмитрий может видеть через мантию-невидимку, и у него были некоторые отношения с Теей? И.… раз Теи нет в Югорте, возможно, он знает, где она?

— Думал, и думаю, что будет лучше, если он не будет знать, что мы об этом думали.

Софи растерялась:

— Но нужно же узнать это наверняка...

— Об этом не волнуйся, твоя задача — встретиться с президентом.

— Но… если он знает, может, стоит проследить за ним.

— Я же сказал тебе, ты должна встретиться с президентом и уговорить его предоставить армию, об остальном тебе думать не следует.