Милая

Глава 1

Соль и миндаль

Серый внедорожник с трудом пробирался по зимнему лесу, снег отчаянно скрипел под колесами, а в звуках мотора слышалось то раздраженное рычание, то протяжный вой. Денис с тоской вспоминал оставшееся позади шоссе. Он не знал, обитают ли в автомобилях духи-хранители, но сейчас ему казалось, что это они рычат и воют, проклиная его за эту поездку, за безрассудство, за грязь на стеклах и за вторжение в чужую вотчину.

Впрочем, почему же в чужую?

Он был как раз на своей земле! Пусть в ней вязли ноги и колеса, пусть она даже сквозь снег пахла ржавчиной, которая будто просочилась и в салон, перебив сладкие нотки ароматизатора. Апельсин, корица и еще какие-то неведомые травы, которые, разумеется, выбрала Тамара.

Впрочем, от нее самой всегда пахло только соленой морской водой и миндалем, даже в середине января…

Она сидела рядом и досадливо зашипела, когда внедорожник тряхнуло в очередной раз. Денис понимал ее настроение, так как и сам был на пределе. Вдобавок у него начинала болеть голова, как всегда перед резким похолоданием.

Искоса взглянув на него, Тамара произнесла:

— Дэн, а ты вообще знаешь, куда ехать? Неужели твой наставник не оставил ничего более вразумительного, чем эта берестяная грамота?

Она небрежно кивнула на кипу пожелтевших тонких листков, лежащую в приборной панели.

— Знаю, — отрезал он. — Это место находится невдалеке от старого дома, который отмечен на карте его рукой. Ты бы видела, если бы удосужилась просмотреть записи внимательнее.

Тамара прищурила глаза цвета крепкого чая — такие же насыщенно темные, такие же обжигающие. Протянула руку к листкам и небрежно пролистала их, постукивая по панели длинными черными ногтями.

— Хочешь сказать, он не умел пользоваться современными технологиями? И не мог перевести свои письмена на язык нормального навигатора? С его картой ты можешь ковыряться в этой тайге несколько дней, пока сам не увязнешь! А потом окажется, что это вообще фальшивка, — сказала Тамара. Но по усилившемуся соленому запаху Денис понял — лукавит. Да и не поехала бы никуда, если бы не чуяла близкой наживы. В этом смысле Тамара была гораздо надежнее, чем любой навигатор.

За все остальное Денис поручиться не мог, но не знал, кого еще посадить рядом с собой в этом пути. Тамара была хороша не только в страсти и колдовской интуиции, но и в отсутствии страха перед неизведанным. Ее рекомендовали Денису как специалиста в поиске кладов — ведьма родилась на юге страны, где почва была не только плодородна, но и напичкана следами древних кровавых секретов, что остались от давних войн и нераскрытых злодеяний.

Когда Денис смотрел на ее ногти, ему казалось, что это вовсе не лак, а черная земля, забившаяся под них глубоко и навечно. И он всякий раз вздрагивал, когда они впивались в его спину и плечи. Первый раз это произошло именно в салоне пресловутого внедорожника, и Денис запомнил, что они были очень острыми и холодными. Он запомнил это раньше, чем ее имя, хотя от него тоже веяло холодом и сырой землей.

А нормально ли, когда секс с ведьмой вызывает мысли о столбняке, а не о таинственном мороке или, на худой конец, лезвии отравленного кинжала, спрятанного в ее роскошных иссиня-черных волосах? Хотя одно вовсе не исключало другого, если подумать. И вряд ли Тамара напросилась в эту поездку по доброте душевной или из любви к искусству. Так что придется быть настороже — если, конечно, эта чертова дорога не добьет их обоих раньше времени.

Тем временем Тамара все медленнее перебирала листки и даже зачитывала что-то вслух шепотом. Ее глаза сузились, пухлый чувственный рот оскалился, дыхание участилось, как у возбужденного зверя. Маска скучающей городской барышни расползалась, обнажая дикое ведовское нутро, первобытные инстинкты и неутолимую жажду опасности. И Денис волей-неволей улыбнулся:

— Ну что, теперь ты веришь?

— Да, от бумаги исходят флюиды, хотя со временем они сильно ослабели. Это подлинник, — заключила Тамара, — но твой наставник не мог предусмотреть, что после его смерти случится наводнение! Что вообще осталось от того дома? Вода могла смыть все без остатка, да и рельеф местности сильно изменился. Где теперь искать этот клад?

Денис не успел ответить — внедорожник будто натолкнулся на прозрачную стену, и обоих резко отбросило назад. Тамара чертыхнулась, ударившись головой и едва не рассыпав листки. Он перевел дух и осторожно выглянул наружу.

— Во что мы там врезались? — раздраженно спросила Тамара, запахиваясь в шубу из шелковистого черного меха.

— Сам не понимаю, — пробормотал Денис и стал вылезать прямо в большой сугроб. Ботинки моментально набрали снега, и он стиснул зубы от досады. Напарница по крайней мере догадалась надеть высокие сапоги на крепкой подошве, которые доходили до самого колена и подчеркивали грациозность ее походки. Заколка слетела с волос Тамары во время столкновения, и теперь густые пряди развевались от промозглого ветра, напоминая крылья вороны.

— Посмотри сюда, — сказал Денис, обойдя машину и посветив фонариком. Тамара склонилась над землей и невольно присвистнула — колеса натолкнулись на подобие огромных граблей с острыми зубьями, пробившими резину в нескольких местах. Нечто похожее когда-то делали лесные диверсанты, но эта ловушка не была скреплена веревками, а состояла из крепких корневищ, переплетенных наподобие косы. Только кончики этих кос были твердыми и острыми, как зазубренные куски льда.

— Лучше не трогай, — предупредила ведьма, когда Денис протянул к зубьям руку. Он растерянно спросил:

— И кто мог такое смастерить?

— Лес, — отчеканила Тамара, нахмурившись. — Но отставить панику, Дэн! Загляни в стариковы записи: там наверняка есть что-то о подобных ловушках.

Денис прикрыл глаза и спрятал руку в карман, где лежало письмо наставника, переданное старой домовихой Агафьей вместе с записями. Он помнил его наизусть, а вот голос старика успел позабыть, но сейчас строки звучали в голове так ясно, будто тот стоял рядом.