Страница 1440 из 1458
Глава 56 Совсем молодая стихия
— Какой ужас! Бедный ребенок!
Бормочущий над головой голос был Ирке хорошо знаком. Просто интонации какие-то неправильные…
— К сожалению, наши возможности не безграничны, — сухо отрезал мужчина. Этот голос Ирка узнала без проблем. Ментовский Вовкулака, кто ж еще! — Техника даже не старая — древняя, на все отделение — четыре компьютера, в машине движок стучит… И без помощи общественности мы ничего сделать не можем! Вот и упустили похитителей в тот первый раз. Кто ж знал, что они вообще маньяки и будут девчонку преследовать!
— Это было поистине ужасно! — подхватил другой, женский голос — отлично поставленный, если не молодой, то, по крайней мере, моложавый, выговаривающий слова с чуть старомодной изысканной правильностью. — Спускаемся мы с девочкой из самолета, и, пока я забираю багаж, она исчезает! Если бы я только знала, я бы ее от себя ни на шаг не отпустила. Увы, ни ее мать, ни бабушка не сочли нужным поставить меня в известность о том, что Ирочку может поджидать такая опасность!
— Но сейчас мерзавцы арестованы? — В первом голосе появились знакомые строго-склочные интонации — так баба Катя отчитывала за несделанное домашнее задание. Что? Екатерина Семеновна? Что делает здесь ее классная?!
— Не беспокойтесь, дамочка! — хмыкнул Ментовский Вовкулака. — Их забрали такие компетентные органы, что можно смело рассчитывать в нашем мире мы этих двоих больше не увидим.
— Я беспокоюсь! — отрезала баба Катя. — Вокруг девочки постоянно происходят странные события. Хотя бы этот ее отчим из Германии. Он сюда приезжал, только чтоб помереть? А еще ремонт обещал! — В голосе бабы Кати звучали разом и сожаление, и острая неприязнь. — Теперь еще и похищение снова! Ребенок совершенно не присмотрен!
— Моя мать была слишком стара, чтоб присматривать за Ирочкой как следует, а младшая сестра, Ирочкина мама, слишком легкомысленна. Но теперь они обе в Германии, а здесь семейными делами займусь я, и все у нас с Иркой будет отлично! — отрезал моложавый голос.
— Может быть… Вон, одного медицинского оборудования на многие тыщи… — пробурчала баба Катя. — Если с точки зрения милицейских органов все в порядке…
— Мои органы считают, что в полном! — серьезно заверил ее Ментовский Вовкулака. — И со стороны опеки тоже никаких проблем.
— Совершшшенно никаких! — в разговор вмешалась новая собеседница.
Сколько же тут народу? И где — тут?
— Документы, представленные Елизаветой Григорьевной, нас полностью убедили.
— Погодите, так это ж бабушка Иркина была, Елизавета Григорьевна?
— И я тоже! — радостно заверил моложавый голос. — Батюшка покойный, поскольку Григорием оказался, пошутить изволил — старшую дочку тоже Лизой назвал. Вот и вышла еще одна Елизавета Григорьевна, только помоложе!
— Не такая уж большшшая возрастная разница! — любезно прошипели в ответ. — На вид почти и ни какой!
Тишина стала зловещей. И многообещающей.
— Ну тогда конечно… — наконец пробормотала баба Катя, хотя интонации все еще выдавали сомнения. — Я, со своей стороны, сделаю все, чтоб девочка благополучно перешла в следующий класс. Хотя учительница математики настаивает, чтобы Ирка писала годовую контрольную.
— Исключено! — Опять новый голос. Но этот Ирка узнала сразу — Танькина мама. На запястье Ирке легли прохладные пальцы. — Тут же полное истощение организма, да еще такая кровопотеря. На ближайшее время нагрузки исключены! Есть слабопрожаренную печенку, отсыпаться, гулять… Потом можно на пару-тройку недель в какой-нибудь санаторий, а все пересдачи — не раньше следующего учебного года.
— Я ей помогу — у меня с математикой без проблем!
О! А это уже Танька!
— У тебя проблемы со мной! — рявкнула Танькина мама.
— Ну, това-а-арищ доктор! — укоризненно протянул Ментовский Вовкулака. — Если бы не ваша дочка с приятелем, от Ирки небось и тела бы не нашли! И сделали все по уму — нас привлекли, спецназ вызвали!
— А мне врать было обязательно? — В голосе Танькиной мамы зазвенели слезы. — Неужели ты думаешь, что если бы сказала правду, я бы позволила Ирку бросить? Или Богдановы родители? А ты? Каждый день звонила по скайпу: «Мамочка, не волнуйся, у нас все в порядке, мы тут в учебном лагере программирование изучаем!» А я-то думала: что у тебя выражение лица такое неестественное, как… как после фотошопа! А ты просто врала!
— Мы правда учились — ты даже не представляешь, сколько мы с Богданом нового освоили! — выпалила Танька. — И что бы ты сделала, кроме того, что мы сами сделали? Мы когда поняли, что с Иркой могло что-то случиться, с полковником напрямую связались, потому что он уже Иркино дело вел! Он сразу ринулся на помощь! А мы вообще ничего особенного… Мы же не пострадали!
— А почему Богдан под капельницей лежит?
— Но ты же сама его осматривала! У него же ничего такого! Он просто так из-за Ирки перепугался…
— Почему я вам не верю? Богдановы родители, кстати, тоже! Я пока не знаю, что вы тут крутите, но потрохами чую — крутите! А своим потрохам я, к твоему сведению, доверяю! — послышался шумный выдох. — Ладно… комната больной совсем не место для выяснения отношений. Звоните мне сразу, если вдруг что, но я уверена — все будет в порядке. В любом случае, я вечером еще зайду. Танька, пошли!
— Ну ма-ам… Ну мамочка, мамочка, можно я еще посижу?
— Я ее подвезу, — вмешался шипящий голос. — Пусть девочка убедится, что с подружкой все в порядке.
— Если вы обещаете… — с сомнением начала Танькина мама.
— Ни шагу без меня не ступит! — заверила ее собеседница.
— Я тоже пойду, — пробурчала баба Катя.
— Давайте я вас всех развезу, мне тут тоже делать нечего. — Послышался звук отодвигаемого стула, Ментовский Вовкулака поднялся.
Раздался топот множества шагов, прощания, и наконец хлопнула дверь.
— Ирка, все лишние свалили, можешь открывать глаза! — раздался решительный Танькин голос.
Ирка тихо вздохнула и… медленно приподняла веки. И судорожно дернулась, чуть не заорав в голос! На нее смотрела жуткая оскаленная харя с всклокоченными волосами и безумным блеском в глазах. Еще и когтистую лапу тянула!
— Никто не заставлял тебя его из галереи драконоборцев утаскивать! Забрала — получай!